Среднеазиатские владения Российской империи — совокупность территорий Российской империи в Средней Азии, состоящих из Туркестанского и Степного генерал-губернаторств, включавших в себя: Уральскую, Тургайскую, Акмолинскую, Семипалатинскую, Семиреченскую, Ферганскую, Сырдарьинскую, Самаркандскую и Закаспийскую области, а также сохранившие определённую степень автономии Бухарский эмират и Хивинское ханство. В этих пределах центральноазиатские владения включали в себя 3 501 510 км² (3 076 628 квадратных вёрст) с 7 721 684 жителями (1897). Иногда Семипалатинскую и Акмолинскую области причисляли к Сибири.
Вошли в состав России в течение XIX века, в результате экспансии России в Средней Азии. Также стали ареной борьбы между Российской и Британской империей в рамках противостояния, известного как «Большая игра». Данные территории, также известны как «Русский Туркестан», «Западный Туркестан», «Туркестанский край». В отношении областей Степного генерал-губернаторства также использовалось название «Киргизский край».
Обоснование российской колониальной политики в Средней Азии
Большинство авторов XIX склонялись к мнению, что среди главных причин стремительного расширения владений Российской империи в Средней Азии во второй половине XIX века назывались занятие «естественных границ» России, замирение междоусобиц и прекращение разбойничьих набегов, доставлявших беспокойства на пограничных линиях и торговых путях, стремление цивилизовать отсталые азиатские народы, приобщение их к благам мировой цивилизации. Один из историков туркестанских походов генерал-майор Л. Ф. Костенко писал: «Не честолюбивые замыслы и никакие другие своекорыстные расчёты руководят Россией в её поступательном движении в Среднюю Азию, но исключительно только желание умиротворить тот край, дать толчок её производительным силам и открыть кратчайший путь для сбыта произведений Туркестана в европейскую часть России»Русские военные историки XIX в. о причинах и мотивах движения России на восток (в Среднюю Азию и Южный Казахстан).
В дипломатической ноте министра иностранных дел России А. М. Горчакова от 21 ноября 1864 года отмечалось, что политика России в Центральной Азии направлена на защиту границ от набегов и грабежей и обеспечения превосходства над нестабильными центральноазиатскими ханствами. Присоединение иноверческих племён приводило к набегам ещё более отдалённых народов, что вынуждало русские войска двигаться ещё дальше. Такую же политику по оценке Горчакова проводили США в отношении коренных народов Америки, Франция в Алжире, Англия в Индии и Голландия в своих колониях.
Также подчёркивалось якобы «бедственное положение туземцев» под властью местных ханов и знати. Приход же русских войск по мнению историков как бы знаменовал собой «приход лучшей жизни». Бларамберг писал: «Киргизы благодарили, что я освободил их от врагов и разрушил разбойничьи гнезда», военный историк Д. Я. Фёдоров: «Русское владычество приобрело в Средней Азии огромное обаяние, потому что оно ознаменовало себя гуманным миролюбивым отношением к туземцам, и вызвав сочувствие народных масс явилось для них желательным владычеством».
Общественное мнение в Европе благосклонно относилось к российской экспансии в Средней Азии. Ликвидация рабства, постоянных войн и анархии расценивались как положительное достижение западной цивилизации, привнесённое русскими. В 1891 году на Международной географической конференции воздали хвалу «русскому народу, который установил порядок в Средней Азии, который знал, как воспитать и развивать народы Средней Азии»The Revolt of 1916 in Russian Central Asia , Edward Dennis Sokol, 1954, 2016. p. 18. Британский учёный и дипломат Генри Роулинсон высказывал мнение, что «Утверждение российского господства, на самом деле, над киргизами, узбеками и туркменами на большей части Центральной Азии явилось, бесспорно, благом для человечества»Джордж Керзон. Russia in Central Asia in 1889 and the Anglo-Russian question, p. 384. Энгельс в письме Марксу так описывал продвижение России в Азию: «Россия действительно играет прогрессивную роль по отношению к Востоку… господство России играет цивилизаторскую роль для Чёрного и Каспийского морей и Центральной Азии, для башкир и татар»Письмо Энгельса Марксу от 23 мая 1851 года. «Полное собрание сочинений». Том 27. стр.241.
Другой основной причиной, и более реальной, была захватившая российские правительственные и военные круги идея необходимости противостояния Британской империи. При этом политика России рисуется как оборонительная, направленная на защиту от агрессии Британии. Одним из главных теоретиков противостояния был военный администратор и историк М. А. Терентьев, написавший трёхтомную «Историю завоевания Средней Азии» и ряд статей о политике России и Англии в регионе. При громе пушек и кликах победы, грозно и торжественно вносим мы сюда наши гражданские законы, а это уже шаг к христианству. Наше Уложение основано на началах христианства, идея возмездия «око за око» не имеет здесь места. Запрещая и карая воровство, убийство, лжесвидетельство и т. д. — законы наши карают все то, что противно и самой идее христианства. Искореняя рабство, мы приготовляем нашему закону и нашей религии — незыблемый памятник. Противостояние между Российской и Британской империями за контроль над Индией и Средней Азией в XIX веке получило в истории имя Большой игры. Ещё одним из её активных участников был Китай, прочие же государства были лишь разменными фигурами в этой битве. Противостояние закончилось в начале XX века, когда была создана Анта́нта — военно-политический блок России, Великобритании и Франции, в противовес «Тройственному союзу» (A-Entente — Германии, Австро-Венгрии и Италии) в 1904—1907 годах.
Управление
До середины 60-х годов дела, связанные со Средней Азией, находились в ведении оренбургского генерал-губернатора. С созданием Туркестанской области со столицей в Ташкенте положение мало изменилось: регион по-прежнему находился в подчинении Оренбурга. Великая степь, отделявшая их, отнюдь не способствовала эффективной и своевременной реакции на происходящее, а натянутые отношения между генерал-губернаторской администрацией и властями области усугубляли и без того нестройную систему управления краем.
Зимой 1866/67 годов для обсуждения проблемы статуса Туркестанской области и административного устройства новых районов был создан Особый комитет под председательством военного министра Д. А. Милютина, в состав которого входили: оренбургский генерал-губернатор Крыжановский, начальник Главного штаба Гейден, непосредственные участники военных действий в Средней Азии — Черняев, Романовский и Воронцов-Дашков, а также члены так называемой «Степной комиссии» — Гирс, Гутковский, Гейнс, Проценко и другие.
Члены комитета практически единогласно (за исключением Крыжановского) пришли к выводу о целесообразности отделения Туркестанской области от Оренбургского генерал-губернаторства и создания самостоятельной администрации и отдельного военного округаГлущенко Е. А. 'Россия в Средней Азии. Завоевания и преобразования. — М.: ЗАО Издательство Центрполиграф, 2010. — 575 с. — (Россия забытая и неизвестная. Золотая коллекция). ISBN 978-5-227-02167-0, С. 136.. Было предложено сосредоточить всю гражданскую и военную власть в руках одного лица, ответственного только перед императором — туркестанского генерал-губернатора.
года император Александр II утвердил проект Особого комитета об образовании Туркестанского генерал-губернаторства (соответствующий именной указ вышел 23 июля). Появление новой имперской провинции ознаменовало собой завершение начального этапа покорения среднеазиатских территорий, так как расширение границ империи и освоение новых территорий требовали решения вопроса об административном устройстве края. Кроме того, Туркестанскому генерал-губернаторству была предназначена роль плацдарма, обеспечивающего дальнейшее продвижение России в регионе и в то же время — бастиона против развёртывания дальнейшей британской военно-политической экспансии в Центральной Азии.
Необходимость решения этих задач обусловила специфику российской политики в Туркестане на долгие годы и определила её принципиальные направления. 23 апреля было утверждено «Временное положение об управлении в областях Туркестанского генерал-губернаторства», согласно которому туркестанскому генерал-губернатору предоставлено право, «применяясь к указанным в проекте основаниям, принимать все те меры, какие будут им признаны полезными для устройства края».
В 1886 году было утверждено новое положение об управлении Туркестанского края, сохранявшее силу вплоть до революции 1917 года. В административную систему генерал-губернаторства были включены управления отдельными частями различных ведомств, сохранявших подотчётность соответствующим министерствам, кроме того все должности кроме военного губернатора могли замещаться как военными так и гражданскими лицами. Указанные меры обозначили стремление распространить на Туркестан принципы общеимперского губернского управления. Новый закон создал систему унифицированного административного управления в крае, судебная часть была максимально приближена к общеимперскому положению.
Протекторат над Бухарой и Хивой Отношения России с Бухарой регулировались Шаарским договором 1873 года, с Хивой Гендемианским договором 1873 года. Оба договора признавали бухарского эмира и хивинского хана вассалами российского императора. Интересы России в Бухаре представляло Российское политическое агентство, формально подчинённое Министерству иностранных дел, но обязанное согласовывать свою деятельность с администрацией генерал-губернаторства. Российский политический агент контролировал положение на афгано-бухарской границе, регулировал взаимоплатежи бухарских и русских торговцев, принимал участие в судебных делах связанных с российскими подданными. Общий контроль за Хивой осуществлял начальник Амударьинского отдела Сырдарьинской области. Бухара и Хива лишились статуса субъектов международного права, но сохранили ограниченный суверенитет и внутреннюю самостоятельность.
По требованию России в Бухаре и Хиве были запрещены рабство и работорговля, российские подданные получили право торговать и владеть имуществом, их собственность и личность были неприкосновенны для местных властей. С 1894 года Бухарский эмират был включён в российское таможенное пространство, на афгано-бухарской границе были установлены русские пограничные посты. В Хиве была отменена чеканка собственных денег, на территории ханства обращалась российская валюта, в Бухаре чеканка собственных денег сохранялась.
Этнический состав
Сравнение этнического состава Средней Азии времён Российской империи и сегодняшнего дня способно вызвать некоторое замешательство, в связи с тем, что в официальных правительственных документах употреблялись именования, отличные от самоназвания тех или иных народов, а также в связи с упоминанием народов, ныне вошедших в титульные народы республик Центральной Азии либо ассимилированных с ними.
Современные российские этнологи считают, что этнические идентичности в Средней Азии появились только "с приходом России" в Среднюю АзиюАбашин, С. Н. Возвращение сартов? Методология и идеология в постсоветских научных дискуссиях // Антропологический форум № 10, 2009, с. 252., а до этого времени этнических групп в регионе не существовало.
Во времена Российской империи этнический состав среднеазиатских владений выглядел следующим образом: Узбеки, распределение, например, населения Самаркандской области по родному языку по состоянию на 1897 год было следующим: узбекский — 507 587, таджикский — 230 384, киргиз-кайсацкий — 63 091, кашгарский — 19 993, сартский — 18 073.