Валютный кризис — обострение противоречий в сфере валютно-кредитных отношений вплоть до критической ситуации, проявляющейся в резких колебаниях курсов валют на валютных рынках, исчерпанием валютных резервов страны, несбалансированности платёжных балансов.

Характеристики валютного кризиса Пол Кругман с соавторамиPaul Krugman, Kenneth Rogoff, Stanley Fischer, William J. McDonough. Currency Crises . // International Capital Flows. Martin Feldstein (ред). University of Chicago Press, 1999. ISBN 0-226-24103-3 предлагают определение типа «узнаю, когда вижу»: по их мнению, валютный кризис характеризуется порочным кругом, когда вкладчики пытаются избавиться от валюты, ожидая падения её курса, а валюта падает из-за действий вкладчиков.

МВФ определяет ситуацию как валютный кризис, когда «спекулятивная атака на обменный курс приводит к девальвации (или резкому обесценению) валюты либо заставляет власти для защиты валюты значительно расходовать иностранные резервы или резко поднимать процентные ставки». Спекулятивное давление на валютном рынке можно измерить с помощью предложенного Б. Эйхенгрином, и Ч. Выплошом средневзвешенного индекса, включающего следующие переменные: номинальный валютный курс, потерю иностранных резервов и изменение процентных ставок. Спекулятивная атака может закончиться либо успехом, либо провалом. Ситуация в случае успеха спекулянтов носит название «валютный крах»Моисеев С. Р. Международные финансовые рынки и международные финансовые институты. М.: Московский государственный университет экономики, статистики и информатики, 2005., для определения которого многие исследователи придерживаются критериев, предложенных и Э. Роузом в 1996 годуJ. A. Frankel, A.K. Rose. Currency crashes in emerging markets: An empirical treatment . // Journal of International Economics 41 (1996) с. 351—366.: валютный крах имеет место, когда курс валюты упал по крайней мере на 25 % и произошло увеличение в годовой скорости падения по крайней мере на 10 % (в случае плавного понижения курса на 25 % каждый год трудно говорить о «крахе»).

С помощью этих критериев эксперты МВФ определили с 1975 по 1997 годы 158 эпизодов в мире значительного спекулятивного давления на валютном рынке, 55 из которых закончились валютными крахами.

Модели

Первое поколение Неизбежность валютных кризисов при попытках регулятора поддержать стабильный курс была показана уже в 1970-х годах (на примере биржевых товаров, в частности, золота в 1969 году). Модель Саланта и Хендерсона предполагала необходимость неуклонного увеличения курса (в случае биржевого товара повышение цены обеспечивается ). Кругман в 1979 году заметил, что модель применима и к действиям центрального банка с валютой, причиной увеличения равновесного курса зарубежной валюты являлся дефицит бюджета. Эта «каноническая» модель кризиса предполагала следующий ход событий: если золотовалютные резервы уже исчерпаны, обменный курс неизбежно упадёт, то есть, центральный банк должен будет отказаться от фиксированного курса; но вкладчики разумны, и могут предсказать, что резервы будут исчерпаны, до этого момента; при этом рациональным поведением является скупка иностранной валюты, чтобы нажиться тогда, когда произойдёт отказ от поддержки курса; такое поведение приближает исчерпание резервов, что в свою очередь позволяет спекулянтам заметить слабость ещё раньше. В итоге, когда резервы опустятся ниже некоторого уровня, в нормальной ситуации вполне достаточного на многие годы, произойдёт внезапная и молниеносная спекулятивная атака, которая исчерпает резервы и вынудит отказаться от фиксированного курса. В канонической модели, причиной кризиса, тем самым, является фундаментальное противоречие между двумя внутриполитическими решениями: финансированием дефицита бюджета через эмиссию денег и поддержанием фиксированного курса обмена валюты.

Второе поколение Модель второго поколения была впервые описана М. Обстфельдом в 1994 году в попытке объяснить кризисы 1992—1993 годов внутри Европейской валютной системы, которые в некоторых странах (Франция, Великобритания) не были напрямую связаны с чрезмерно стимулирующей денежной политикойJeanne, Olivier. Currency crises: a perspective on recent theoretical developments. // Special Papers in International Economics. Т. 20. International Finance Section, Department of Economics, Princeton University, 2000.. Поскольку фиксированный курс валюты — это всего лишь инструмент для достижения других целей (например, антиинфляционных ожиданий или доверия к валюте), то приверженность властей к фиксированному курсу всегда ограничена, так что существует неписаная «оговорка о выходе» (). Согласно моделям с оговоркой о выходе, власти постоянно сравнивают преимущества фиксированного курса с преимуществами его изменения, кризис возникает в тот момент, когда игроки на рынке сочтут, что власти готовы использовать оговорку. Для возникновения кризиса потому необходимы три условия: с одной стороны, государство должно почему-либо быть заинтересовано в том, чтобы отменить фиксированный курс. Например, большая задолженность государства в собственной валюте создаёт предпосылки для снижения курса валюты; с другой стороны, у государства должны быть причины для того, чтобы такой курс поддерживать. Наряду с рациональными факторами, существенное влияние здесь имеет символическое значение валюты как национальной гордости; цена поддержки курса должна возрастать, если участники рынка начнут подозревать, что фиксированный курс будет отменён. Такая ситуация складывается, когда возникает убеждённость в том, что курс изменится когда-то в будущем.

Модели второго поколения включают наличие множественных состояний равновесия на валютном рынке и возможность перехода из одного состояния в другое под действием случайных факторов («солнечных пятен», см. Теория солнечных пятен в экономике).

Некоторые исследователи относятся к моделям второго поколения критически, постулируя, что кризисы всегда вызываются объективными обстоятельствами. Так, Бордо и Шварц, проанализировав большое количество кризисов, делают вывод, что модели второго поколения, хотя и являются формально корректными, не улучшают понимания механизмов реальных кризисов.

Субъективные факторы В целом модели описывают валютный кризис, как неизбежное следствие политических решений, несовместимых с фиксированным курсом (многие исследователи убеждены в том, что несовместимы даже просто свободное движение капитала и фиксированный курс обмена). Кругман указывает также на дополнительные субъективные факторы, способствующие зарождению и развитию кризисов: «самоисполняющиеся кризисы» () возникают тогда, когда вкладчики считают, что имеется вероятность того, что фиксированный курс может быть отброшен вследствие какой-либо структурной слабости экономики и сопутствующей ей нерешительности правительства. При этом возникает несимметричная ситуация: если играть на понижение валюты такой страны путём покупки иностранной валюты, то в том случае, если понижение курса состоится, игроки получат существенную прибыль, а если понижение не произойдёт, то убытки будут минимальными (потерянными окажутся лишь технические издержки, связанные с собственно обменом валюты). Тезис о существовании самоисполняющихся кризисов разделяется не всеми экономистами: и А. Шварц, например, проанализировав кризисы до 1994 года, пришли к выводу, что все они были вызваны фундаментальным отсутствием баланса в атакованных экономикахBordo, Michael D., and Anna J. Schwartz. Why clashes between internal and external stability goals end in currency crises, 1797—1994 . Open Economies Review 7.1 (1996): 437—468.; «поведение толпы» (люди иррационально предпочитают делать то же, что делают другие). В случае больших фондов в таком поведении есть и рациональное зерно: их вкладчики оценивают качество решений руководство фонда, сравнивая финансовые результаты его деятельности с результатами схожих фондов. При этом копирование поведения конкурентов позволяет руководству выглядеть по крайней мере компетентно. Поведение толпы одновременно задерживает раннее начало кризиса и ускоряет его ход; «инфекция» (кризис переходит с одной валюты на другую). Здесь играют роль как объективные факторы (экономики близких стран тесно связаны или их проблемы схожи), так и субъективные (руководство фонда, обжёгшегося в Таиланде, постарается избавиться от возможного риска в Корее); манипуляции рынками. Крупные игроки, которых Кругман назвал «соросами», могут запустить кризис, просто раскрыв свою короткую позицию против определённой валюты. Кругман отмечает, что этот сценарий происходит нечасто, но политики всегда готовы возложить вину на спекулянтов, даже если они не сыграли никакой роли в конкретном кризисе.

Методы борьбы с кризисами Центральный банк имеет много способов для борьбы с кризисом: введение жёсткого валютного регулирования и валютного контроля, предотвращающего быстрые перемещения «горячих» денег (в терминологии Кругмана, «возврат к 1960-м годам»); проведение экономической политики, предотвращающей снижение сбалансированного курса валюты. По мнению Кругмана, это сделать на самом деле трудно, так как рынки реагируют не на то, что правительство делает, но на то, что оно могло бы делать. Тем самым, даже жёсткие технические меры, вроде введения валютного совета, могут не помочь, если рынок сочтёт высокой вероятность отказа от них при возникновении экономических трудностей. Так, Сорос в 1992 году корректно предсказал, что правительство Великобритании сочтёт более важным снижение уровня безработицы, а не продолжение участия в Европейской валютной системе; увеличение затрат спекулянтов на приобретение иностранной валюты усложняет запуск «самоисполняющегося» кризиса. По замечанию Кругмана, возможно, что валютные кризисы случаются ныне столь часто именно из-за того, что улучшилась эффективность валютных рынков; введение плавающего курса валюты позволяет уменьшить вероятность кризиса, так как увеличивает риск для спекулянтов, делая ситуацию симметричной, а не односторонне выгодной для игроков на понижение.

Повышение процентной ставки Популярным методом противодействия кризису является повышение процентной ставки. Резкое повышение ставки центральным банком сокращает отток валютных резервов через простой механизм: типичный спекулянт занимает рубли (местную валюту, в оригинальном изложенииAllan Drazen. Interest-rate and borrowing defense against speculative attack // Carnegie-Rochester Conference Series on Public Policy 53 (2000). North-Holland. С. 303—348. — кроны) и покупает на них иностранную валюту; по сути обе операции проводятся с центробанком (коммерческие банки в такой ситуации служат лишь посредниками для валютных потоков). Высокие процентные ставки (в наиболее примечательных случаях доходившие до 500—1000 % в годовом эквиваленте) создают проблему для таких займов; спекулянты, лишённые возможности выиграть на потенциальном понижении курса сумму, превышающую затраты на проценты по займу, сдаются и продают иностранную валюту обратно центробанку.

A. Дразен указывает на следующие проблемы, из-за которых повышение ставок часто не останавливает кризис: Поднятие ставок как сигнал о намерениях центробанка имеет двойственный эффект: в зависимости от общей оценки эффективности властей, спекулянты могут счесть повышение ставок как признаком ужесточения политики, так и знаком паники в правительстве; Спекулятны могут решить, что правительство не рискнёт удерживать ставки на достаточном уровне в течение достаточного времени, так как повышение ставок создаёт проблемы в других секторах экономики: повышение ставок снижает экономическую активность; если существенная часть ипотек оформлена не с применением , а в форме , то при достаточно длительном повышении ставок центробанка возникнут проблемы на рынке недвижимости; повышение ставок ухудшает ситуацию с займами самого правительства, если бюджет уже сводится с дефицитом; высокие ставки могут дестабилизировать банковскую систему.

Займы