Организованная преступность в Беларуси () — организованные преступные группировки, действующие в Республике Беларусь.
История и деятельность Организованная преступность в Белоруссии стала развиваться после распада СССР. Помимо объективных экономических и социальных причин, распространению организованных форм преступной деятельности способствовал также распад единой правоохранительной системы СССР и неизбежные трудности, возникшие при формировании правоохранительных органов новых государств. Республика Беларусь представляла интерес для мощных ОПГ Российской Федерации из-за того, что страна находится на границе с восточной Европой. В то время через республику проходили сотни железнодорожных составов с грузами цветных и чёрных металлов, а также электронной техники и товаров широкого потребления, идущие после падения «железного занавеса» из России в Европу. А из Европы в Россию шёл реэкспорт продукции ВАЗа. Криминальные силы не собирались оставлять эти каналы без внимания, они собирались контролировать контрабандные потоки и участки вдоль западной границы. В главных приграничных городах Белоруссии — Гродно и Бресте — организованная преступность расцвела в большей степени, чем в Минске.
В декабре 1992 года в Витебске (по другим данным — в Москве) российскими и грузинскими криминальными авторитетами в воры в законе был «коронован» Пётр Науменко по кличке Наум. За короткое время он консолидировал разрозненные белорусские преступные группировки и стал контролировать не только практически всю территорию молодой независимой республики, но и часть восточной Польши.
По некоторым данным, к 1994 году белорусские ОПГ окончательно консолидировались в криминальное сообщество, а вся страна была поделена между преступными группировками. По данным МВД, в конце 1994 года в Белоруссии насчитывалось 150 организованных преступных групп, во главе которых стояли 112 криминальных авторитетов. В небольших городах численность группировок, подчинённых «центру», составляла до 35 бойцов, а в крупных — по 100 и более человек.
Вербовка и подготовка участников преступных группировок проходила в основном так же, как и в России. Так, тенденция привлечения бывших спортсменов, десантников, сотрудников МВД и КГБ, которая проявилась в России, получила развитие и в Белоруссии. Российская организованная преступность выступала в роли своеобразного патрона белорусских ОПГ. Так, для укрепления дисциплины в белорусском преступном мире российские криминальные лидеры в середине 1990-х годов расширили круг воров в законе из числа криминальных авторитетов Минска. Белорусские ОПГ регулярно отчисляли средства в совместный российско-белорусский воровской общак. Со своей стороны, российские преступники строго следили за поступлениями от белорусских бандитов.
С начала 1990-х годов расширяется участие белорусских ОПГ в угонах автомобилей в Европе. Контакты с ОПГ установили представители немецкой преступных группировок, специализирующихся на автоугонах, которые сбывали украденные автомашины в странах СНГ и Балтии. Главными участниками этих операций были жители Германии, ранее проживавшие на территории бывшего СССР и Польши. Эти переселенцы быстро наладили связи с криминальными структурами Белоруссии. Только в 1993 году по криминальным каналам из Германии ушло около 60 тысяч похищенных автомобилей. В середине 1990-х годов лидерство по угону автомобилей захватили польские преступные группировки. Участники белорусских ОПГ стали активно помогать польским преступникам. В свою очередь, участники польских ОПГ организовали в Гдыне специальный учебный центр по подготовке угонщиков автомобилей. Среди слушателей этих курсов было немало уголовников из Белоруссии. По окончании обучения, стоившего 2 тысячи долларов, каждый «выпускник» получал не только знания, необходимые для угона автомобиля, но и набор «рабочего инструмента», а также список адресов в Польше, где можно сбыть похищенные автомобили.
Особенно активно криминальным автобизнесом занимались банды из Бреста. Они действовали и на дорогах Польши, угоняя автомобили у граждан бывшего СССР. Сотрудниками польской полиции были арестованы шестеро участников группировки некого Робика, а позже белорусские правоохранительные органы арестовали ещё троих бандитов в Белоруссии.
Организованные преступные группировки республики в 1990-е годы специализировалась на рэкете, выбивании долгов, кражах автомобилей, сутенёрстве, операциях с фальшивой валютой, торговлей наркотиками и алкоголем. ОПГ обложили «данью» практически все коммерческие структуры. Хозяева коммерческих предприятий ежемесячно отчисляли преступным группировкам до 10 процентов от товарооборота. Провинциальные группировки отчисляли от своих криминальных доходов процент в республиканский воровской «общак». Изготовленные белорусскими преступниками фальшивые доллары отличались низким качеством, в Москве и Наро-Фоминске они продавались по цене пять центов за доллар. Более успешным бизнесом была торговля фальшивыми долларами в самой Белоруссии, где местные преступники сотрудничали в основном с дагестанскими ОПГ. Поскольку в Белоруссии были очень развиты валютные операции на чёрном рынке, преступные группировки наладили «импорт» фальшивых долларов высокого качества (на которых имелась и металлическая лента, и голограмма, и микротекст) из Чечни. Эти фальшивые доллары поставлялись большими партиями, сотрудники милиции нередко перехватывали партии по 100 тысяч долларов.
В 1990-е годы в республике возникли самые известные ОПГ — «Морозовская», «Речицкие», «Пожарники» и «Поселковые». Эти группировки действовали и в начале 2000-х годов. По словам некоторых сотрудников МВД Белоруссии, этим группировкам покровительствовали отдельные представители правоохранительных органов.
В феврале 1994 года Науменко был задержан по обвинению в организации преступной группы, занимавшейся вымогательством. Через несколько месяцев криминальный авторитет скоропостижно скончался в СИЗО Витебска. Место Наума занял Владимир Клещ по кличке Щавлик.
В 1995 году правоохранительными органами была задержана группировка киллеров, состоящая из четырнадцати человек, которые на протяжении нескольких лет совершала заказные убийства на территории Белоруссии, Украины и Казахстана.
В 1995 году в Минске прошла представительная воровская сходка, на которой один из самых известных российских воров в законе Александр Окунев по кличке Саша Огонёк (он был «смотрящим» за преступными группировками в Центральной России, занимающихся наркобизнесом и торговлей оружием, а также курировал связи с ОПГ Белоруссии и Прибалтики) предъявлял претензии местным уголовникам за то, что они после распада СССР перестали отчислять средства в общак. Белорусская милиция прервала сходку и задержала всех участников. У Огонька были обнаружены наркотики, шприцы и жгут. Вор в законе был осуждён и депортирован во Владимирский централ. Позже отношения ОПГ двух стран были отрегулированы, и белорусские группировки возобновили выплаты в совместный общак.
В общем контексте взаимоотношений преступных группировок на территории бывшего СССР белорусские ОПГ начали специализироваться в том числе на исполнении заказных убийств.
20 марта 1996 года Президент Белоруссии Александр Лукашенко предоставил Брестской области статус свободной экономической зоны. Этим воспользовался белорусский криминалитет, сделав Брест своим перевалочным пунктом между Польшей и остальной Белоруссией.
19 июня 1996 года криминальный авторитет Валерий Шелаев был взорван в автомобиле. По официальной версии правоохранительных органов, он стал жертвой борьбы между преступными группировками. Позже был подорван автомобиль ещё одного минского криминального авторитета, который получил ранение в ногу. Этот взрыв был расценён работниками правоохранительных органов как предупреждение со стороны российской мафии, которая уже давно требовала навести порядок в минской преступной группировке.
До 1997 года в республике было только два коронованных вора в законе законник послевоенного поколения по кличке Бельмо, отошедший от дел и выполнявший лишь консультативные функции, и Щавлик, являвшийся самым крупным воровским авторитетом, сосредоточившим в своих руках реальную власть над большей частью преступного мира республики. В 1997 году уголовник по кличке Биря, один из лидеров мощной ОПГ, действовавшей на территории Белоруссии, по инициативе российских криминальных авторитетов был «коронован» в воры в законе.
Осенью 1997 года в Бресте был убит «смотрящий» за городом Александр Стасюк по кличке Стас. Также в 1997 году в Гомеле был убит криминальный авторитет Осипенко по кличке Кабан. В том же году в Гомеле было совершено покушение на Солдатенко. 10 декабря 1997 года Владимир Клещ пропал без вести после того, как вышел из дому отогнать машину на стоянку. Позже был обнаружен его автомобиль со следами крови в салоне. 11 января 1998 года в городе Мозыре Гомельской области был смертельно ранен из снайперской винтовки местный криминальный авторитет.
Вскоре после исчезновения Клеща в республике пропали без вести ещё несколько криминальных авторитетов, менее влиятельных, чем Щавлик. К тому времени в Белоруссии на свободе находились пять воров в законе. Остальные либо были арестованы, либо покинули страну и перебрались в Москву.
Ещё одним влиятельным белорусским криминальным авторитетом был вор в законе Николай Солдатенко по кличке Коля Солдат. До 1998 года Солдат был «смотрящим» за Гомельской областью и контролировал средний бизнес, в том числе на рынке нефтепродуктов. Солдат выступал своеобразным арбитром между ОПГ и следил за порядком. В 1998 году ворами в законе стали двое региональных криминальных авторитета из Гомеля и Бобруйска.
Летом 1999 года пропал без вести вор в законе Александр Трацевский по кличке Траца, имевший большой авторитет. Так же, как и в случае с Клещом, был обнаружен автомобиль Трацы со следами крови. В независимых СМИ появились слухи о неком «эскадроне смерти», состоящем из бойцов спецназа.
По мнению Генерального прокурора Республики Беларусь Шеймана, происходящие в стране масштабные социально-экономические реформы, возникновение и развитие новых форм собственности наряду с положительными результатами сопровождались ростом количества тяжких преступлений и активизацией организованной преступности, которая стала не только профессиональной, но часто и вооружённой. При этом уровень и степень сложности организации преступных групп постоянно повышался. Именно в связи с существованием преступных организаций у преступности появлялась возможности влиять не только на экономическую и социальную ситуацию на национальном уровне, но и выходить на транснациональный уровень.
Этнические преступные группировки В то время воры в законе и криминальные авторитеты пытались взять под контроль целые сферы деятельности. Среди них были и представители Кавказа, тем более, что коронации белорусских воров в законе проходили при прямом участии грузинских преступных лидеров. Одним из основных видов деятельности для кавказских бандитов была незаконная приграничная торговля табачной продукцией и спиртом польского производства. Быстро оттеснив местных криминальных авторитетов, кавказские преступники взяли эту торговлю, а также белорусских «челноков» под полный контроль, получая большую прибыль. Кавказская диаспора в Бресте была многонациональной, но её ядро составляли чеченцы. Довольно быстро, в течение 1992—1993 годов, в Бресте образовался настоящий этнический анклав из нескольких тысяч выходцев из Кавказа. Улица Богданчука, где осели мигранты, стала называться жителями города «улицей Дудаева».