Буддийская этика — система нравственных предписаний буддизма. Нравственность является одним из «совершенств» (парамит) — качеств бодхисаттвы, рекомендуемых адептам буддизма как психопрактики для духовного совершенствования и освобождения. Буддизм относится к так называемым этическим религиям. Будда и его учение оказали огромное влияние на духовную жизнь Востока.
Далай-лама XIV писал, что «в буддизме любая теория создаётся главным образом для того, чтобы дать ответ на этические вопросы, которые можно рассматривать лишь в отношении высших форм жизни». К таковым относятся только «чувствующие существа». Растения, одноклеточные и прочие организмы, не обладающие психикой, под категорию «чувствующие существа» не подпадают.
В основе буддийской этики лежит принцип невреждения (ахимса), а также понятия «благое» (кушала) и «неблагое» (акушала):
Неблагое — зло, зловредные деяния (негативные кармы) и их источник — корни неблагого: алчность (лобха), враждебность (двеша) и невежество (моха); то, что приносит вред живым существам, причиняет вред творящему зло как в этой его жизни, так и в будущем: ведёт к его перерождению в аду (нарака, ), ненасытным духом (прета, ; тиб. — «бирит») и животным. В буддизме зло не является абстрактным понятием, оно конкретизировано в нескольких учениях. Во-первых, это омрачения ума (клеша), во-вторых, пять беспределов, в-третьих, десять зловредных деяний. Благое — благо, благие деяния (позитивные аспекты кармы) и их источник — корни благого: не-алчность (алобха), не-враждебность (адвеша) и не-невежество (амоха, отказ от аффективного упорства в ложных воззрениях); отказ от причинения вреда живым существам; то, что создаёт благоприятные условия для духовного совершенствования в данной жизни, а также ведёт к благоприятным рождениям в будущем. В махаяне различают две разновидности нравственности: добродетель воздержания от неблагого (нивритти-шила) и положительная добродетель совершения благого (правритти-шила).
Представления о добре и зле носят обычно культурно-обусловленный характер. Например, в большинстве цивилизаций одобрялась воинская доблесть, проявляемая в захватнических войнах. Также имело место убийство по идеологическим мотивам под воздействием ложных воззрений (моха). К этой категории относятся и убийства, совершаемые по религиозным предписаниям. В частности, ритуал жертвоприношения животных. К неблагим действиям из ложных воззрений и аффекта неприязни (двеша) относится убийство живых существ, признанных обществом «вредными», и уничтожение которых одобряется (змей, скорпионов, насекомых, грызунов и т. п.). Ещё пример — убийство животного на почве алчности (лобха) с целью добыть какую-либо часть его тела (мясо, мех, органы). Кроме этого, имеют место узаконенные государством разные способы присвоения чужой собственности, обогащения за счёт других, санкционирование войн, охоты, казни преступников. Однако социально-обусловленные представления о добре и зле зачастую не соответствуют критериям, по которым функционирует карма. С точки зрения буддизма, приведённые примеры являются неблагими поступками, совершёнными из ложных воззрений и эгоистической мотивации. Разделение намеренных действий на благие (достойные) и неблагие не зависит от человеческих оценок, благое и неблагое не могут произвольно меняться местами, поскольку неотъемлемое свойство неблагих действий — порождать страдания (дуккха).
Буддолог А. Берзин, подчёркивая, что понятия «добродетельное» и «недобродетельное» подразумевают вынесение морального суждения, а также награду и наказание «свыше», что в буддизме не предполагается, предпочитает термины «действия конструктивные, созидательные» и «действия деструктивные, разрушительные».
Философское обоснование нравственности Классик буддологии академик Ф. И. Щербатской любил приводить цитату немецкого философа И. Канта, которая выражала убеждения широкого круга образованных европейцев:«Три главные идеи являются достоянием всякой религии: бытие Бога, бессмертие души и свобода воли; без них не может быть построено учение о нравственности». Однако, отмечал Щербатской, на Востоке возникла религия, представляющая собой высочайшие идеалы доброты, любви, духовной свободы и нравственного совершенства, в которой нет идеи Бога-Творца, отрицается существование души и свободы воли: всё, что живёт и движется находится под властью причин и следствий. И эта религия — буддизм, где имеют место иные способы обоснования нравственности.
Отсутствие Бога-творца Идея божественного творения отвергается буддизмом по целому ряду причин — в том числе и этической: всемогущий и благой Бог не мог бы сотворить мир, суть которого — страдания живых существ. Буддийская космология описывает психокосм, который не создан. Космическое время циклично и безначально. Существует неизмеримое множество миров, параллельных нашему, и причина существования миров — энергия совокупной кармы существ предыдущего вселенского цикла. В основе кармической активности живых существ лежит фундаментальное заблуждение относительно природы реальности, формирующее эгоцентризм, влечение и привязанность. Таким образом, мир творится не Богом, а невежеством и жадностью живых существ.
Буддизм, где нет концепции всемогущего Бога, правителя вселенной и судьи, наказывающего за грехи, но прощающего, если покаяться, учит человека брать всю ответственность за свои мысли и поступки, воспитывая осознание того, что определяют будущее человека только эти мысли и поступки, а не оценка и воля сверхъестественного существа.
Иллюзорность воспринимаемого бытия Реальность мира считается главным предрассудком, который необходимо преодолеть, чтобы вырваться из цепи перевоплощений и смертей. Эдвард Конзе отмечал, что «позиция буддистов относительно отвержения мира во всех его проявлениях более радикальна, чем та, которую мы замечаем у многих христиан».
Отсутствие души Будда видел в отрицании души главную черту и превосходство своего учения. По его мнению, признание существования души и личности не только не способствовало обоснованию нравственности, но и являлось препятствием для этого. Там, где есть представление «личность», «я», там есть и представление «собственность», «моё». А где есть личная собственность, возникают любовь к ней и привязанность, что есть корень всякого зла — неблагих действий и несправедливости. Именно чувство «я» и возникающая из него привязанность к «я» суть источник всех прочих привязанностей, влечений и страстей — всего того, что образует омрачённую аффективность (клеши), затягивающую живое существо в трясину сансарного существования. Позитивный сотериологический смысл учения о несуществовании души (анатмавада), «самости», «я» заключается в разрушении эгоцентрической установки сознания (виджняна) в отношении ко всему происходящему. Будда считал, что подобное отношение препятствует ви́дению вещей такими, каковы они в действительности (ятха-бхутам).
Однако в связи с тем, что в буддизме признаётся закон кармы и перерождение (пунарбхава), возникают вопросы относительно моральной ответственности:
Если нет души (анатман), то тождественны ли агент действия (кармы) и субъект, пожинающий плоды воздаяния (пхала)? Если души нет, то кто перерождается?
Буддийское решение этой проблемы заключается в следующем. На место атмана (стабильного Я) как неизменного самобытия Будда поставил сам процесс изменения в виде континуума дхарма-элементов (сантана), чередование которых подчинено закону взаимозависимого возникновения (пратитья-самутпада). На место единства и тождества субъекта перерождения он поставил единство и тождество серии дхарм. Перерождение интерпретируется в буддизме как радикальная перегруппировка дхарм данного континуума, что выражается эмпирически в появлении нового живого существа. Характеристики рождённого существа обусловлены совокупной кармой и конфигурацией дхарм умершего существа, принадлежащего к этому континууму. Таким образом были подведены основы для решения двух других проблем, которые игнорировались в брахманизме. Во-первых, объяснялись изменения человеческой личности, её моральное совершенствование или деградация. Во-вторых, объяснялся механизм моральной ответственности индивида не только в виде лучшего или худшего перерождения, как она понималась в конкурировавшем с буддизмом идеологически брахманизме, но и как состояние индивида в каждое мгновение его настоящей жизни.
Ограниченность свободы воли Абсолютное отсутствие свободы воли предполагает жёсткий детерминизм, при котором причина порождает следствие при любых условиях. Однако в буддийском учении говорится о многофакторности и сложности причинно-следственных отношений.
Классическая двенадцатизвенная формула взаимозависимого возникновения (пратитья самутпада), или колесо становления (бхавачакра), включает следующие звенья (ниданы):
неведение (авидья) относительно Четырёх благородных истин обуславливает: кармические импульсы (самскара), которые обуславливают: сознание (виджняна), которое обуславливает: психо-физический комплекс индивида (нама-рупа), и так далее до 12-го звена — старости и смерти.
Самскара (звено 2) — это активировавшиеся кармические следы (васана), создаваемые в прошлых жизнях целенаправленными действиями (карма), обусловленными неведением (авидья, звено 1). Связь между действием (карма), оставляющим след (васанна), и результатом, кармическим импульсом (самскара, звено 2), обеспечивается процессом созревания (випака).
В Палийском каноне, в Самьютта никае (II. 214), Будда утверждает, что не всё, переживаемое человеком, вызвано прошлыми деяниями (кармой). И перечисляет «некармические» факторы, среди которых, наряду с желчью, флегмой, ветром, гуморами, временами года, случайностью, называет созревание прошлой кармы и «внутренние обстоятельства».
Созревание (випака), связывающее действие и результат, отнесено к «некармическим факторам» потому, что на эту связь действуют множество факторов, которые могут её ослабить, модифицировать или вообще прервать. Причём практически невозможно определить, какой из множества факторов сыграл роль решающего условия возникновения этого кармического импульса (самскара, звено 2). Таким образом, процесс созревания (випака) прошлой кармы играет в буддизме роль фактора, ослабляющего кармический детерминизм.
Согласно определению психо-физического комплекса (нама-рупа, звено 4), которое даётся в Ангуттара никае (113), воление (четана) является одной из психических функций (нама), входящей в психо-физический комплекс (нама-рупа). Связь между стимулом, результатом кармы, и реакцией, волением (четана), также предполагает сложное отношение, на которое воздействует множество факторов. Воздействие внешних факторов влияет на «некармический фактор», обозначенный в вышеупомянутой Самьютта никае (II. 214) как «внутренние обстоятельства», к которым относится элемент инициативы (арабддха дхату), также ослабляющий причинно-следственный детерминизм.
Таким образом, в отношения «действие — результат», «стимул — реакция» вмешивается третий фактор: условия первого и второго отношений. По мнению российского буддолога В. Г. Лысенко, «детерминизм в буддийской концепции причинности хотя и имеет место, но является довольно „мягким“, допуская вариативность причинно-следственных отношений».
Свобода выбора понимается в буддизме как возможность сознательного отношения к выбору религиозного пути.
Общие сведения об этике буддизма В раннем буддизме имели место четыре уровня этических наставлений, связанные с четырьмя степенями духовного прогресса:
Правила поведения для обычных людей (путхудж-джана) — панча шила: не убивай, не кради, не прелюбодействуй, не лги, не употребляй спиртного. Эти заповеди не носят принудительного характера, связанного с угрозой «внешней» кары. Будда взывал не только к совести, но и здравому смыслу, подводя своих слушателей к пониманию, что следование этим принципам создаёт благоприятные условия для личной и социальной гармонии. Система правил поведения в миру для членов сангхи (монахов), изложенная в «Пратимокше» и «Кхандхаке».