Краеве́дение Белару́си ― изучение элементов истории, географии, культуры, быта, природы Беларуси в целом, или же города, посёлка, деревни, памятников культуры и т. д.
В самом термине краеведение заключено его определение. В науке краеведение делится на комплексное, изучающее все явления в их взаимосвязи, когда на географической базе объединяются знания истории, географии, археологии, топонимики, топографии, геральдики, белорусской этнографии, филологии, искусствознания, и отраслевое ― историческое, этнографическое, географическое и т. д.
Общие сведения о краеведении Основные методы краеведения ― собирание документов, предметов материальной культуры, образцов фауны и полезных ископаемых, поиски памятников и др. Научный и ненаучный подход обусловил междисциплинарный характер краеведения. По словам Д. С. Лихачёва, «чрезвычайно важная и исключительно редкая особенность краеведения, в том, что у него нет двух уровней: для специалистов и для широкой публики. Оно само по себе популярно и существует постольку, поскольку в его создании участвуют массы». В Российской империи краеведение активизировалось во второй половине XIX века, хотя первые фрагментарные описания встречаются в середине XVI века. В 1804 году основано Московское общество истории и древностей Российских, в 1845 году образовалось Русское географическое общество. Многие исследователи Беларуси являлись его членами. В 1867 году в Вильно стал действовать Северо-Западный отдел Русского географического общества, работавший до 1876 года. В 1846 году в Санкт-Петербурге образовалось Императорское Русское археологическое общество. Организационными центрами краеведческой работы с 1880-х годов стали губернские архивные комиссии. Большую исследовательскую и издательскую работу проделал Виленский учебный округ, выпустивший, частности, «Археографический сборник документов, относящихся к истории Северо-Западной Руси» в 14 томах (1867―1904). Сборник составили документы по истории политического строя, права и церкви в XV―XIX веков, с множеством сведений о материальной культуре населения, укладе жизни, обычаях.
В Российской империи термин краеведение появился в 1914 году. В СССР в 1920-е годы под краеведением понимали метод синтетического изучения определённой территории, выделяемой по административным, хозяйственным или политическим признакам. С 1960-х годов это уже комплекс научных дисциплин, разных по методам исследования и по содержанию, но в совокупности ставящих целью всестороннее, в той или иной степени, научное познание края. С 1980-х годов краеведение рассматривалось как всестороннее познание определённой территории местными жителями; под всесторонним познанием подразумевалось изучение истории, природы, культуры и быта.
В Беларуси сложились три организационные формы краеведения: 1) государственное ― осуществляемое центральными, областными, городскими, районными краеведческими музеями, архивами, библиотеками и научными учреждениями; 2) общественное краеведение (краеведы-любители, общественные организации, газеты); 3) школьное краеведение.
Начало краеведения Беларуси
Краеведение связано с появлением письменности — появилась возможность зафиксировать все особенности местности и передавать эти описания следующим поколениям, освобождая их от необходимости изучать и опробовать на практике то, что уже сделано предшественниками.
Первые краеведческие сведения о белорусской территории можно встретить в летописных источниках, хрониках, памятниках эпиграфики и литературе раннего Средневековья. «Повесть временных лет», Лаврентьевская и Ипатьевская летописи рассказывают о восточнославянских племенах:
«одни пришли и сели по Днепру и назвались полянами, а другие — древлянами, потому что сели в лесах, а ещё другие сели меж Припятью и Двиною и назвались дреговичами, другие сели по Двине и назвались полочанами по реке, что впадает в Двину и называется Полота… От этих последних пошли кривичи».
Летописи дают сведения о первых полоцких князьях, городах на территории нынешней Беларуси. В «Радзивилловской летописи» среди 617 миниатюр есть две, посвящённые белорусским землям: «Битва на Немиге» и «Пленение князя Всеслава Полоцкого». Миниатюры Лицевого свода Ивана Грозного дают нам представление об образе и одежде великих князей Великого княжества Литовского.
Местное летописание зародилось на белорусских землях в XII—XIV веках. Летописцы приводили в своих трудах сведения, касающиеся данной местности, раскрывали особенности быта, отношений между людьми, описывали природные явления. Наиболее известны из дошедших до нашего времени «Могилёвская хроника» и «Витебская летопись». Исторические записи велись также в Новогрудке, Пинске, Слуцке и других городах Беларуси. В местных летописях описывались события, которые имели место преимущественно в истории отдельного удельного княжества и его столицы. Летописи составлялись в основном духовными лицами: (монахами, попами, игуменами придворных монастырей), также знатными боярами и князьями. Среди непосредственно белорусских летописей краеведческие сведения встречаются в «Баркулабовской летописи» ― своде хроникальных материалов о событиях от 1563 до 1608 года, собранных из разных источников и переписанных во второй половине XVII в. Есть предположение, что её автором был житель белорусского городка Борколабово, принадлежащий к православному духовенству. Он записывал известные ему события, причём включал в свою хронику записки других очевидцев, различные универсалы, письма и др..
С середины XIV века в Великом княжестве Литовском начали формироваться хроники. В хрониках в отличие от летописей описаны события не только местного, но и европейского масштаба, с частыми отступлениями от хронологической последовательности. Хроники писались по памяти или с использованием дневниковых записей. Авторы ряда хроник изучали разнообразные исторические документы, что приближает их произведения к историческим исследованиям.
В XV веке белорусское летописание приобрело новые качества и черты. В летописях того времени выявились взгляды общественных сил Беларуси и Литвы, вставших на сторону великокняжеской власти в борьбе против феодальной раздробленности за единство и могущество державы, за её высокий международный авторитет. Известны четыре таких отдельных историко-литературных летописных памятника; «Летописец великих князей литовских», «Белорусско-литовская летопись 1446 года», «Хроника Великого княжества Литовского и Жомойтского», «Хроника Быховца». В них изложена история Великого княжества Литовского.
В XVI веке белорусско-литовские летописи постепенно утратили общерусский характер. Во второй половине XVI века летописание прекратилось, однако летописи и хроники XV―XVI веков ещё долго переписывались. В «Хронике Быховца», предположительно созданной в 1550—1570-х годах, достаточно подробно изложены события ВКЛ до начала XVI века. «Могилёвская хроника» создавалась с XVII по XIX век, охватывала время с 1526 по 1856 год. Является важным источником по экономической и культурной жизни Могилёва. В Витебской летописи Аверки ценны сведения по истории Беларуси и Витебска, особенно о событиях конца XVII — начала XVIII века. В летописи даны имена членов витебского магистрата 1597 года, витебских воевод 1516—1753 годов, различные юридические материалы.
Краеведение Беларуси в XV веке Бургундский дипломат Жильбер де Ланнуа путешествовал по Восточной Европе в 1413—1414 и 1421 годах. Направлялся послом английского короля Генриха V к великим князьям Ягайле, Витовту. В первую очередь де Ланнуа интересовали фортификационные сооружения ВКЛ, но в его дневниках довольно много и этнографических сведений.
Краеведение Беларуси в XVI веке
Ценным краеведческим источником служит изданная Виленской археографической комиссией под редакцией директора народных училищ К. И. Снитко «Писцовая книга Пинского и Клецкого княжеств, составленная пинским старостою Станиславом Хвальчевским в 1552—1555 гг.» (Вильно, 1884). По приказу короля Сигизмунда Августа пинский и кобринский староста Лаврин Война в 1561―1566 годах занимался составлением Писцовой книги Пинского староства. Это вылилось в объёмный труд, содержащий различные историко-краеведческие сведения о жизни региона.
Русский купец-паломник Трифон Коробейников отправился в 1593 году в Константинополь и Палестину. Проезжая Минск, оставил в дневнике запись: «Городок Менск древяной худ, в ыном месте развалился, величиною с Вязму (в Вязьме в конце XVI века было около 500 дворов), а под ним река Сыслан (Свислочь) поменши реки Березыни, да пруды». О Слуцке: «Городок Слутьцк невелик, поменши Коломны, древяной, а около городка острог на городовое дело, а в остроге торги да двор церков каменная да полаты каменные, да на посаде ратуша велика каменная, а порусски полата, а под нею подклет и погребы, а над погребы с надворья лавки, а над лавками сверху светлицы, а живёт в той палате коньстянтиновской жилец, их судья, а политовски ивоит, а посаду в Констянтинове с Ростов, а река под ним Случь». Пишет Коробейников также о Борисове и Орше.
Польский историк XVI века Матей Стрыйковский был первым, кто заинтересовался археологическими древностями Беларуси и Литвы. Занимаясь археологией, по найденным артефактам пытался определить местонахождения несохранившихся поселений и время их существования. Его интересовали городища, замки, церкви. Стрыйковский был знаком с архивами и библиотеками князей слуцких, заславских. В Супрасльском монастыре он обнаружил около 200 рукописей. Итогом его краеведческой деятельности явилась «Хроника польская, литовская, жамойтская и всея Руси» («Kronika Polska, Litewska, Żmudzka i wszystkiej Rusi», 1582), рассказывающая о событиях в Речи Посполитой до 1581 года. К повествованиям Стрыйковский сочинил стихотворные вступления на польском языке. Хроника является творческой компиляцией предыдущих хроник Я. Длугоша, М. Меховского и других, использовалась в хрониках XVII―XVIII вв.
Итальянец Александр Гваньини с 1550-х годов служил ротмистром в войске ВКЛ. Считается автором памятника историографии XVI века, ставшим источником для белорусских и украинских хроник ― «Описание Европейской Сарматии» (Sarmatiae Europeae descriptio).Это первое произведение, познакомившее западноевропейского читателя с историей ВКЛ. Составлено на латинском языке в первой половине 1570-х годов, рассказывает о Московии, Польше, Литве и других краях, о культуре и обычаях народов (например, статья «Способ пахоты почвы и сева на Белой Руси»). Описан город Борисов, замки в Орше, Логойске, Копыси.
В поэме белорусского поэта-латиниста Н. Гусовского «Песнь о зубре» (1522) впервые рассказывается о белорусской природе, дана картина охоты на зубра. Как отметил В. А. Колесник, «Н. Гусовский надеялся ввести белорусскую жизнь и историю в контекст гуманитарной культуры Европы».
С 1581 года польский историк-кальвинист Ян Ласицкий жил в Вильно, учительствовал в семье каштеляна минского Яна Глебовича, затем поселился в Заславле. Итогом наблюдений за жизнью Вильно, Заславля и Радошкович стала его работа «О религии, жертвоприношение, свадебные, похоронные обряды русинов, московитов и татар…» («De Russorum, Moscovitarum et Tartarorum religione, sacrificiis, nuotiarum funerum ritu», 1582), где автор рассказывает об одежде, еде и обрядах белорусов, заниях Вильно и Полоцка. Посмертно вышла его работа «О богах жамойтов, других сарматов и ложных христиан» («De diis Samogitarum, caeterorumque Sarmatarum…», Базель, 1615) — первые известия о языческих верованиях Литвы.