Исследования последствий использования MDMA начались с момента широкого распространения наркотика в середине 1980-х годов и сопровождались публичными и научными скандалами, связанными с общественными наркотическими паниками и наркополитикой. Оценки потенциала вреда и пользы MDMA очень различались, вплоть до полярно противоположных точек зрения.

MDMA — полусинтетическое психоактивное соединение амфетаминового ряда, относящееся к группе фенилэтиламинов, широко известное под сленговым названием таблетированной формы э́кстази (, другие названия — Адам, XTC, E, X, Молли, Манди). MDMA входит в число наиболее популярных наркотиков, особенно в молодёжной среде (см. «Социология рекреационного использования MDMA и экстази»). Производство, хранение, транспортировка и распространение MDMA запрещено конвенцией ООН и является уголовным преступлением в большинстве стран мира.

Согласно оценкам медиков, MDMA как таковой относится к группе низкоопасных рекреационных наркотиков, безопаснее алкоголя и табака. Основным поводом для беспокойства является потенциальная нейротоксичность MDMA, продемонстрированная на животных. Нейротоксичность рекреационного использования экстази, однако, до сих пор является предметом дебатов. Наибольшую опасность представляет то, что экстази могут принимать в сочетании с другими, более вредными наркотиками. Традиционно считается, что длительное использование MDMA из-за предполагаемой нейротоксичности может приводить к понижению когнитивных способностей, проблемам с памятью, бессоннице, вспыльчивому и агрессивному поведению и расстройствам настроения и внимания, но эти вопросы не выяснены до конца. Очень редко приём MDMA может приводить к серьёзным медицинским последствиям, крайне редко — к смертельному исходу. Вопросы вреда и пользы MDMA и его легализации, полной или частичной, стали предметом длительной борьбы в «войне с наркотиками» и сопровождались моральной паникой, публичными и научными скандалами. Так же доподлинно известно о том, что в течение 72 часов после употребления MDMA, часто происходит спонтанный выброс нейромедиаторов , что может вызвать кратковременный мидриаз, продолжающийся вплоть до 6 часов. Увеличение глазного дна может сопровождаться паническими атаками, повышенной тревожностью и депрессией. Почему эффект возникает в течение 72 часов с момента употребления и возникает даже от минимальной принятой дозы, является ещё одним вопросом для более глубокого исследования воздействия MDMA на организм человека.

Помимо рекреационного использования, до своего запрета MDMA использовался в качестве вспомогательного средства в психотерапии. В XXI веке возобновились исследования MDMA как медицинского препарата: исследовательские организации в США, Швейцарии, Израиле, Великобритании тестируют его потенциальное использование как психотерапевтического средства для лечения посттравматических расстройств психики и депрессии, а также возможное применение его производных для лечения рака крови. Тем не менее по состоянию на 2015 год MDMA не имеет утверждённых медицинских применений, а по всем этим направлениям необходимы дополнительные исследования, чтобы определить баланс рисков и пользы.

История

Вред MDMA и «война с наркотиками» В западном мире MDMA оказалось предметом длительной борьбы в «войне с наркотиками» между сторонниками максимально жёсткого запрета всех наркотиков и сторонниками более мягкого баланса пользы и вреда психотропных препаратов. Эта борьба вылилась в серию политических решений, затрагивавших в том числе и научные исследования. Большое количество предлагавшихся исследований, в том числе пилотные исследования возможности употребления MDMA для облегчения психологического состояния безнадёжных раковых больных, было либо запрещено FDA, либо стало поводом для многолетних дебатов об этичности и протоколах работ, а отсутствие исследований в свою очередь служило поводом для официальных лиц утверждать об отсутствии возможностей применения MDMA в медицинеСм. и дискуссию в работах, цитируемых в.

Сторонники запрета настаивают на том, что нейротоксичность MDMA уже продемонстрирована и доказана, и что широко распространённое среди пользователей и учёных — сторонников легализации мнение об этом препарате как «безопасном» является мифом, так как на протяжении многих лет постепенно выявляются всё новые доказательства негативных нейропсихобиологических эффектов потребления MDMA. Ещё одним аргументом является непредсказуемость смертельных исходов от приёма экстази и применение . В политике эту точку зрения поддерживают в первую очередь консерваторы.

Сторонники противоположной точки зрения указывают на проблему в общественной дискуссии вокруг вопроса о вреде MDMA, связанную с тем, что основания, на которых покоятся нынешние решения о признании экстази опасным веществом и тяжёлым наркотиком, не подтверждаются эпидемиологическими исследованиями, эти находки часто не воспроизводятся в последующих экспериментах, а научные исследования вопроса подвержены конформистскому подтвердительному по отношению к опасности MDMA сдвигу в финансировании и публикации результатов. Безусловно соглашаясь, что экстази не является «безопасным веществом», они указывают, что выявленные проблемы среди потребителей далеко не соответствуют по масштабам риторике прогибиционистов, и что многолетние и многочисленные исследования так и не обнаружили по-настоящему серьёзных проблем, которые безусловно уже были бы найдены, если бы они существовали. С политической точки зрения эта сторона дискуссии указывает, что запрет MDMA, соединённый с его широким распространением, фактически сделал уголовными преступниками существенную долю населения, связав молодёжную мейнстримную культуру с нарушением закона.

Даже критически относящиеся к легализации экстази авторы отмечают, что результаты многих работ, спонсированных и распропагандированных правительством США, являются вводящими в заблуждение. Классическим примером такого подхода считается скандал со статьёй о дофаминергической нейротоксичности рекреационных доз MDMA в журнале Science в 2002 году — которая была через год отозвана как ошибочная, что разрушило репутацию её основного автора Джорджа Рикарти, до этого считавшегося крупнейшим специалистом по нейротоксичности.

Дэвид Натт и вред экстази

В 2009 году профессор Дэвид Натт, тогда глава Великобритании, опубликовал в Journal of Psychopharmacology статью, сравнивающую риски употребления экстази с рисками занятия конным спортом: в то время как медицинские осложнения наступают примерно от каждой 10000-й таблетки экстази, аналогичные по тяжести инциденты случаются в среднем по разу на 350 человеко-часов верховой езды, что делает этот спорт, по его заключению, опаснее приёма экстази, и «». Это вызвало бурную реакцию политиков, часто возникающую, по мнению Натта, в политических дискуссиях о рекреационных наркотиках, и основанную на порочном круге рассуждений в терминах чёрно-белого мышления: «наркотики — это плохо и незаконно, поэтому сравнивать их вред с законными вещами нельзя, даже для того, чтобы определить, что будет законно, а что нет».

В 2009 году Дэвид Натт раскритиковал в публичной лекции отнесение каннабиса в более тяжёлые наркотики — из класса C в класс B — с точки зрения того, что каннабис является менее вредным наркотиком, чем неконтролируемые алкоголь и никотин, и Хоум-офис потребовал, чтобы Дэвид ушёл с поста главы Совета. Вместе с Наттом в знак протеста против этого решения уволились ещё несколько членов Совета по борьбе с наркотиками, что породило публичный скандал. Заручившись финансовой поддержкой молодого директора хедж-фонда Тоби Джексона (), Натт основал . Взгляд Натта на иррациональность наркополитики, не принимающей во внимание научные исследования о вреде различных рекреационных наркотиков, разделяют и другие авторы, а в 2013 году Дэвид Натт стал лауреатом за отстаивание научных оснований в социально-значимых вопросах.

В 2010 году Натт с соавторами опубликовали в журнале Lancet экспертную шкалу вредности рекреационных наркотиков, вызвавшую очередные жаркие дебаты, как научныеСм. также ответы на эту работу и на исходную работу Натта, указанные на PubMed., так и публичные. На вершине списка по вредности оказался алкоголь, опередивший даже героин, а галлюциногенные грибы и экстази оказались в хвосте. Оценки работы варьируются от «псевдонаучного упражнения» — самые жёсткие критики отвергли саму методологию сопоставления наркотиков по вреду — до «квантового скачка» в направлении разработки более научно обоснованных и рациональных решений в наркополитике, однако, по мнению Юргена Рема (), та статья, при всех её недостатках, является весьма влиятельной и открыла новую эпоху, разделив исследования в этой области на «до неё» и «после». Все работы, выполненные в этой парадигме экспертных оценок вреда рекреационных наркотиков различными группами экспертов, показывают высокую сходимость результатов.

Современные исследования С самого запрета MDMA в 1986 году потенциальные его применения как психотерапевтического средства продвигает некоммерческая Междисциплинарная ассоциация изучения психоделиков. Исследования идут достаточно медленно из-за трудностей в получении необходимого финансирования, так как MDMA не интересует фармацевтические компании, NIH и обычные фонды, по мнению MAPS, из-за невозможности запатентовать его медицинское применение и нежелания финансировать исследования, которые могут показать положительные применения веществ, объявленных «тяжёлыми наркотиками». Организация критикуется за излишнюю уверенность в сугубой положительности использования психоделической психотерапии.

В 1993—1995 годах в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе прошли исследования первой фазы клинических испытаний MDMA — проверка безопасности его применения в предлагаемой для психотерапии форме. Затем с конца 2000-х годов в Израиле, США, Канаде и Швейцарии идут клинические испытания второго уровня для метода лечения посттравматического стрессового расстройства с помощью психотерапевтических сеансов под воздействием MDMA, в них приняли участие ветераны военных кампаний, женщины, подвергшиеся сексуальному насилию, и другие пациенты. Результаты этих пилотных экспериментов показали вероятную долговременную эффективность MDMA в случае таких расстройств, устойчивых к прочим видам лечения. Вопрос использования MDMA в психотерапии активно дебатируется с точки зрения баланса возможной пользы и вреда для пациента, а сторонники его использования с 2016 года приступили к третьему этапу широкомасштабных клинических испытаний MDMA, после которого, если он окажется успешным, возможно будет подать заявки на включение MDMA в списки медицинских препаратов, по которым, как планирует MAPS, будут вынесены решения к 2021 году. Параллельно с 2013 года идут клинические исследования возможности использования MDMA в психотерапии социофобии при расстройствах аутистического спектра, а также для облегчения психологического состояния безнадёжных больных.

MDMA использовался неофициально как средство, подавляющее тремор при болезни Паркинсона, эффективность его (+)-изомера в этих целях была продемонстрирована на мышах-моделях и других животных, но на людях официальных испытаний не проводилось. Также эффектом MDMA вызывать апоптоз клеток лимфомы в культурах заинтересовались онкологи, его производные соединения демонстрируют хороший потенциал как средства для химиотерапии.