8 января 1977 года в Москве была осуществлена серия террористических актов в виде трёх взрывов в общественных местах. Первая бомба взорвалась в 17:33 в третьем вагоне на перегоне между станциями «Измайловская» и «Первомайская», что стало первым терактом в истории Московского метрополитена. Второй взрыв прогремел в 18:05 в торговом зале продуктового магазина № 15 на улице Дзержинского (ныне Большая Лубянка), неподалёку от зданий КГБ СССР. Третья бомба взорвалась в 18:10 у продовольственного магазина № 5 на улице 25 Октября (ныне Никольская). В результате погибло 7 человек (все — при первом взрыве в метро), 37 были раненыН. П. Патрушев «Тайна Андропова» // Российская газета, 15 июня 2004. 24 января 1979 года в этих преступлениях были признаны виновными Степан Затикян, Акоп Степанян и Завен Багдасарян, они были осуждены к высшей мере наказания — смертной казни и 30 января 1979 года расстреляны.

Следствие К поискам преступников были привлечены лучшие следователи прокуратуры, МВД и КГБ СССР. Руководил оперативно-розыскной группой генерал-майор КГБ Вадим Удилов. Операция получила кодовое название «Взрывники». Было допрошено более 500 свидетелей, видевших предполагаемых преступников. Однако никто из них так и не смог чётко описать внешность террористов, многие путались в своих показаниях.

По собранным осколкам взрывных устройств следователями были установлены детали и материалы, которые использовались при их изготовленииПамятка по выявлению предметов, использованных преступниками для изготовления взрывного устройства // kgbdocuments.eu. Выяснив места производства и продаж многих из этих материалов, следователи очертили круг «подозреваемых» городов: Ереван, Ростов-на-Дону и Харьков. Выдвигались версии, что теракты могли устроить украинские или армянские националисты. Позже в аэропорту Ташкента один из сотрудников КГБ обратил внимание на сумку в руках пассажира: сумка была такой же, что использовалась террористами. Выяснилось, что сумку сшили в Ереване.

Эксперты установили, что электросварка бомб была проведена особым электродом с фтористо-кальциевым покрытием, который использовался только на предприятиях ВПК. На основании этого пришли к выводу, что кто-то из террористов работает в «оборонке»Удилов В. Н. [militera.lib.ru/memo/russian/udilov_vn01/index.html Записки контрразведчика. Взгляд изнутри]. — М., 1994..

В конце октября 1977 года те же преступники решили совершить ещё один теракт и с этой целью прибыли в Москву на Курский вокзал. Взяв обратные билеты на поезд «Москва — Ереван», они вышли, оставив сумку с бомбой в зале ожидания вокзала. Спустя несколько минут бесхозяйная вещь обратила на себя внимание одного из пассажиров, который заглянул внутрь сумки и, обнаружив мотки проводо́в и часовой механизм, сообщил о находке в дежурную службу милиции. В результате следственного осмотра были получены ценные улики: синяя спортивная куртка с олимпийской нашивкой из Еревана и шапка-ушанка. На шапке сыщики обнаружили несколько чёрных волос«Смотреть на это было страшно».

На поиски брюнетов без верхней одежды с чёрными вьющимися волосами была ориентирована милиция на всех железнодорожных вокзалах и в аэропортах страны в направлении Закавказья. На границе Грузии и Армении в третьем вагоне поезда № 55 «Москва — Ереван» был обнаружен черноволосый молодой человек в синих спортивных брюках (от того же костюма, что и синяя куртка), при нём не оказалось верхней одежды, документов и дорожных вещей. Это был рабочий Акоп Степанян (1947 года рождения). Ехал он вместе со своим товарищем — художником Завеном Багдасаряном (1954 года рождения). Цель поездки в Москву Степанян и Багдасарян объяснить не могли. Их задержали и этапировали в Ереван. При обыске в квартире Степаняна нашли тумблеры, заглушки, шпильки, изоленту, мотки проводов. С помощью подслушивающего устройства, установленного в квартире Степаняна были записаны слова его брата: «Папа, знаешь что? Если это связано с Затикяном, то я боюсь, что мы нашего брата больше не увидим...»

Степан Сегбосович Затикян, 1946 года рождения, окончил школу с золотой медалью. В 1966 году, будучи студентом Ереванского политехнического института, вместе с художником Айказуном Хачатряном и студентом Шагеном Арутюняном основал нелегальную «Национальную объединённую партию Армении» (НОП). В 1968 году основателей НОП, а также нескольких их последователей арестовали и судили по обвинениям в «антисоветской агитации и пропаганде» и участии в «антисоветской организации». В 1972 году, после отбытия заключения, Затикян стал работать сборщиком трансформаторов на Ереванском электромеханическом заводе; в 1975 году подавал заявление о выходе из советского гражданства и добивался выезда из СССР, но получил отказ. Был женат, имел двоих детей. В момент взрыва находился в Ереване. Акоп Степанян (1947 г. р.) и Завен Багдасарян (1954 г. р.), рабочие, были соседями Затикяна и родственниками между собой и так же, как и Затикян, состояли в НОПМедведев Р. А. Юрий Андропов и Андрей Сахаров // Вестник Российской академии наук. — 1999. — Т. 69. — № 1. — С. 72—80..

Во время обыска в доме Затикяна обнаружили детали для сборки бомбы и схему взрывного устройства.

По данным следствия, главным организатором и руководителем терактов был Степан Затикян, а Степанян и Багдасарян — их непосредственными исполнителями. На допросах Степанян и Багдасарян заявили, что были запуганы Затикяном, который, сидя в заключении, «подвинулся» на идее национализма и твердил, что нужно наказать русских за угнетение армянского народаТроллейбусная война // Коммерсантъ. — 13 июля 1996. По словам Степаняна и Багдасаряна, Затикян после того, как ему отказали в возможности эмигрировать, задумал месть. Багдасарян утверждал, что Затикян сам в Москву не ездил, а их заставил участвовать в терактах при помощи угроз.

Судебный процесс Судебный процесс в Верховном суде СССР проходил с 16 по 20 января 1979 года. Сохранилась видеозапись выступлений обвиняемых во время судебного процесса. Одно из заявлений Затикяна на суде:Я уже неоднократно заявлял, что я отказываюсь от вашего судилища и ни в каких защитниках не нуждаюсь. Я сам есть обвинитель, а не подсудимый. Вы не властны меня судить, поскольку жидороссийская империя — не есть правовое государство! Это надо твёрдо помнить. Затикян закончил своё последнее слово призывом на армянском языке: Передайте другим, что нам остаётся месть, месть и ещё раз месть!Волжская коммуна : газета. — № 23. — 7.2.2004. (Дословно: «Передайте людям, что это были последние слова Степана: Месть, месть и ещё раз месть»д/ф Дело армянских террористовиз цикла «Следствие вели…»)

24 января все обвиняемые были признаны судом виновными и приговорены к высшей мере наказания — смертной казни через расстрел. 30 января Президиум Верховного совета СССР отклонил ходатайство о помиловании, и в тот же день приговорённые были расстреляны. Единственной информацией о суде и приговоре в центральной печати была краткая заметка в газете «Известия» от 31 января 1979 года: Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда СССР рассмотрела в открытом заседании уголовное дело по обвинению особо опасного рецидивиста Затикяна С. С. и двух его сообщников в совершении в январе 1977 года в вагоне Московского метрополитена взрыва, повлекшего за собой человеческие жертвы. В ходе судебного разбирательства вина подсудимых полностью доказана показаниями свидетелей, заключениями экспертиз и другими материалами дела. Затикян и его сообщники приговорены к исключительной мере наказания — смертной казни. Приговор приведен в исполнение.

В Армении руководство пыталось замалчивать этот факт. Как отмечал бывший начальник 5-го управления КГБ СССР Филипп Бобков, «по указанию первого секретаря ЦК компартии Армении Демирчяна ни одна газета, выходившая на армянском языке, не опубликовала сообщения о террористическом акте». Карен Демирчян препятствовал следствию, однако впоследствии, после предъявления доказательств, согласился с выводами следственной группыБомба в московском метро .. Бобков высказал предположение, что к терактам имела отношение Армянская секретная армия освобождения АрменииБобков Ф. Д. КГБ и власть. — Изд-во Ветеран МП, 1995.:…мне стало известно об этом странном поведении председателя КГБ Армении Юзбашьяна. Он тщательно скрывал от руководства КГБ СССР информацию о действиях в республике представителей международной армянской террористической организации — Армянская секретная армия освобождения Армении «АСАЛА», созданной взамен «Дашнакцутюн». Именно этой организации принадлежит разработка взрывов в московском метро…

Отвечая на обвинения в фальсификации дела, бывший следователь КГБ СССР Аркадий Яровой, занимавшийся расследованием теракта, в 2004 году заявил«Мы собирали и плавили снег» . // Независимая газета. — 2004-02-09.: Я могу только сказать, что мы честно делали своё дело и сегодня я могу спокойно смотреть в глаза своим детям и внукам. Что касается Затикяна, то я бы говорил не столько о его антисоветских, сколько о сепаратистских настроениях, которые в конце концов привели его на скамью подсудимых.

Протесты советских диссидентов Некоторые советские диссиденты, в частности, Андрей Сахаров, протестовали против приговора, утверждая, что вина осуждённых «не доказана». Объектом критики был прежде всего закрытый характер процесса. В своём письме Леониду Брежневу 30 января 1979 года Сахаров требовал приостановки исполнения приговора и нового судебного разбирательства. По его словам, Есть веские основания опасаться, что в этом деле имеет место судебная ошибка или умышленная фальсификация. Затикян не находился в Москве в момент взрыва в метро — много свидетелей могут подтвердить его алиби; следствие не проявило никакой заинтересованности в выяснении этого и других важных обстоятельств. Суд без всякой к тому необходимости был полностью закрытым и секретным, даже родственники ничего не знали о его проведении. Такой суд, на котором полностью нарушен принцип гласности, не может установить истину…

Альтернативные версии Как утверждали в 1980-х годах некоторые советские диссиденты, а также историки М. Я. Геллер и А. М. Некрич, существует ряд фактов, ставящих под сомнение причастность Затикяна к взрывам: По утверждению А. Д. Сахарова, во время свидания с братом Затикян заявил: «Я не виновен ни в чём, кроме того что оставил своих детей сиротами». Согласно книге А. Д. Сахарова, по утверждениям знавших Затикяна людей, террор в его принципы не входил. По утверждениям некоторых правозащитников, на заключённых в ереванских тюрьмах оказывалось давление, чтобы они дали показания, что Затикян замышлял терактМемориал. Информационный бюллетень. . Некрич и Геллер в книге, изданной в 1996 году, утверждали, что все обвиняемые имели алибиРоссия в 20 веке: М. Геллер, А. Некрич // krotov.info.

По мнению Сахарова, «корреспонденция Виктора Луи явно была пробным шаром, прощупыванием реакции. За ней, при отсутствии отпора, мог последовать удар по диссидентам. Силу его заранее предугадать было нельзя. Кроме того, нельзя было исключать, что сам взрыв был провокацией, быть может, имеющей, а, быть может, и не имеющей прямого отношения к инакомыслящим».

«Хроника текущих событий» утверждала, что сразу же после взрыва многие видные диссиденты были допрошены в связи с ним, и от них требовали доказательств своей непричастности к взрыву; в «вопросниках», составленных следствием и направленных осуждённым диссидентам, просматривалась попытка связать НОП с Хельсинкской группой.

11 января 1977 года А. Д. Сахаров узнал из радиопередачи о статье Виктора Луи. Встревоженный возможным обвинением диссидентов в терроризме, он на следующий день обнародовал «Обращение к мировой общественности», где сообщал всё, что ему было известно об обстоятельствах взрыва и о статье Виктора Луи, напомнил о ненасильственных принципах диссидентов и о событиях, которые он расценивал как беззаконные действия властей, в частности, убийствах ряда диссидентов, в которых подозревалось КГБ. В конце «Обращения» он писал: