«Ана́дырь» — кодовое название секретной операции Генерального штаба Вооружённых сил СССР по скрытной доставке и размещению на острове Куба в 1962 году армейских боевых частей и подразделений, имевших на вооружении атомное оружие, включая атомные авиационные бомбы, баллистические ракеты средней дальности, тактические ракетные комплексы «Луна», «Сопка» и «фронтовые крылатые ракеты» с присоединяемыми к ним атомными боевыми головными частями. Семь дизельных ударных подводных лодок Военно-морского флота СССР, вооружённых ракетами и торпедами с атомными боевыми головными частями, обеспечивали безопасность морских перевозок советских войск и военных грузов в Атлантике. Разработку операции осуществляли маршал Иван Баграмян, генерал-полковник Семён Иванов и генерал-лейтенант Анатолий Грибков. Операция была ответом на попытку военной интервенции на Кубу со стороны США и инициировала тяжелейшее политическое, дипломатическое и военное противостояние СССР и США, которое могло привести к атомной мировой войне глобального масштаба и известно в истории международных отношений как Карибский кризис. Руководил операцией генерал армии И. А. Плиев.
Политическая ситуация 1 января 1959 года Фидель Кастро объявил о победе революции на Кубе. Диктатура Батисты потерпела поражение; Батиста с семьёй навсегда покинул остров.
Первоначально в США восприняли эти события как смену диктаторов, поскольку Фидель Кастро происходил из состоятельной семьи. Однако после первого официального визита, совершённого в США, Кастро провёл аграрную реформу, национализировав американские латифундии, и национализировал предприятия, также в основном принадлежавшие американцам.
Таким образом, всего в 90 милях от Флориды появилось государство, проводившее антиамериканскую внешнюю политику. Уже в марте 1959 года президент США Д. Эйзенхауэр поставил перед ЦРУ задачу свержения нового кубинского режима.
В 1959 году США объявили Кубе экономическую блокаду. В то же время в СССР не очень доверяли Кастро, но после изучения обстановки решили оказать острову экономическую помощь. Никто больше не осмеливался бросить США вызов в их сфере влияния. В том же 1959 году теплоход «Дмитрий Пожарский» под руководством капитана Р. И. Евграшкина стал совершать регулярные рейсы на Кубу с различными грузами. В феврале 1960 года между СССР и Кубой было заключено первое долгосрочное торговое соглашение. Суда Балтийского и Черноморского пароходств в 1960-е годы ежегодно перевозили на Кубу 4-6 млн тонн нефтепродуктов, до 500 тыс. тонн зерна, 3-7 тыс. грузовых автомобилей и тракторов и другие народнохозяйственные грузы. Обратными рейсами советские суда доставляли в СССР от 1 до 3 млн тонн сахара-сырца.
17 апреля 1961 года бригада кубинских эмигрантов высадилась на Кубу, но уже к исходу 20 апреля была полностью разгромлена революционной армией Кубы. В конце 1961 года американцы открыли секретный проект под кодовым названием «Мангуст», в соответствии с которым к январю 1962 года кубинское подполье должно было поднять на острове мятеж и обратиться за военной помощью к США. Такая помощь должна быть оказана министерством обороны США.
Советско-кубинское военное сотрудничество Советско-кубинское военное сотрудничество началось после событий 4 марта 1960 года, когда на рейде порта Гаваны был взорван французский теплоход «La Coubre», доставивший боеприпасы, приобретённые в Бельгии. Все попытки кубинского правительства закупить вооружение в западных странах блокировались Соединёнными Штатами Америки. Вопрос о военном сотрудничестве был решён на пленуме Президиума ЦК КПСС, когда он постановил проинформировать руководство ЧССР об отсутствии возражений против оказания военной помощи Кубе.
В июле 1960 года в результате визита министра Революционных вооружённых сил Республики Куба Рауля Кастро было подписано коммюнике, в котором определялись долгосрочные обязательства СССР в отношении Кубы. Коммюнике не было секретным и советское правительство только за июль 1960 года дважды предупреждало правительство США о готовности оказывать Кубе помощь вплоть до военного содействия в обороне острова. На Кубу начались поставки военной техники из резервов, сохранившихся со времени второй мировой войны (около тридцати танков Т-34-85 и самоходных артиллерийских установок СУ-100.
Поскольку США игнорировали предупреждения СССР и послали бригаду вооружённых кубинских эмигрантов на остров — советское правительство решило оказать Кубе более значимую поддержку. 4 августа и 30 сентября 1961 года были заключены договоры о поставке военного снаряжения на льготных условиях. Всего планировалось поставить вооружений на сумму до 150 млн долларов, из которых Куба обязывалась выплатить только 67,5 млн. К концу марта 1962 года советские корабли доставили на остров до 400 танков, 40 истребителей МИГ-15 и МИГ-19, радиолокационные установки и т. д. Кубинских военных обучали как на месте, так и на военных базах на территории СССР.
С начала апреля 1962 года США стали проводить крупные учения в Карибском море по отработке десантирования морских пехотинцев. Размах учений (до 10 тысяч морских пехотинцев) и выбранный рельеф местности указывали на однозначные планы вторжения на Кубу. Для усиления обороны острова 12 апреля Политбюро приняло решение выслать дополнительно 4 дивизиона пусковых установок ракет ПВО С-75, 10 фронтовых бомбардировщиков Ил-28, 4 пусковых установки тактических крылатых ракет П-15, а также ещё 650 военных советников в дополнение к уже работающим 300. Тем не менее, существовало понимание того, что даже присутствие советского контингента не удержит США от агрессии.
Военно-политические предпосылки Географическое расположение Кубы в подбрюшье США (или, в соответствии с доктриной Монро, на «заднем дворе США») делало остров в глазах советского военно-политического руководства весьма привлекательным для дислокации стратегических ядерных сил СССР. Общеполитическая ситуация была такова — американские ракеты размещались в Европе по периметру советских границ (в Великобритании было развернуто 60 ракет «Тор», в Италии — 30 ракет «Юпитер» и в Турции — 15 ракет «Юпитер»); с воздуха велась непрерывная разведка советской территории. Особое беспокойство советского правительства вызывали ракеты в Турции, поскольку подлётное время до Москвы, по словам министра обороны СССР Р. Малиновского, составляло всего 10 минут.
Кроме того, по состоянию на начало 1962 года США обладали подавляющим превосходством в ядерных вооружениях: ядерная триада Советского Союза насчитывала всего 405 стратегических ядерных боезарядов, в то время как потенциал США был как минимум в 15 раз больше. Не могли вызвать оптимизма советского руководства и Единый комплексный оперативный план () по применению ядерного оружия в войне против СССР. Так, план SIOP-1, принятый в 1960 году, предусматривал использование против СССР 3500 ядерных зарядов, а план SIOP-2 редакции 1961 года — уже 6000 ядерных зарядов.
В качестве ответной меры и чтобы заставить США пойти на переговоры по ядерным вооружениям в Европе, 24 мая 1962 года на расширенном заседании Президиума ЦК КПСС было принято решение о размещении советских ракет средней дальности (РСД) с ядерными боеголовками на территории Республики Куба. Согласование деталей операции по размещению ракет с кубинской стороной проходило в ходе визита советской делегации на Кубу с 31 мая по 9 июня 1962 года. В состав делегации вошли: кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС Ш. Рашидов, главком РВСН Маршал Советского Союза С. Бирюзов, генерал-лейтенант авиации С. Ушаков, генерал-майор П. Агеев. Советское предложение вызвало «недоумение» и даже «растерянность» у Фиделя Кастро, однако аргументы об «опасности американской агрессии» его убедили.
В конце июня в Москву прибыл с рабочим визитом Рауль Кастро, который вместе с советским коллегой Р. Малиновским подписал секретный межправительственный «Договор между Правительством Республики Куба и Правительством Союза Советских Социалистических Республик о размещении Советских Вооружённых Сил на территории Республики Куба», подготовленный Главным оперативным управлением Генерального штаба. 27 августа Хрущёв принимает поправки Ф. Кастро к парафированному документу. В окончательном проекте договора отмечалось, что СССР «для усиления её обороноспособности» перед лицом опасности агрессии извне направит на Кубу свои Вооружённые силы, способствуя таким образом «поддержанию мира во всём мире». В случае агрессии против Республики или нападения на советские вооружённые силы, размещённые на её территории, правительства Кубы и СССР, используя право на индивидуальную или коллективную оборону, предусмотренное статьёй 51 Устава ООН, предпримут «все необходимые меры для отражения агрессии».
Дипломатический кризис и его следствия Отличительной особенностью операции «Анадырь» было то, что министерство иностранных дел СССР не было поставлено в известность о проводившихся высшим военным и политическим руководством СССР «мероприятиях». Обычные дипломатические каналы оказались «закрыты», что впоследствии вызвало тяжелый дипломатический кризис в отношениях между СССР и США и, в условиях взаимного недоверия, острого дефицита времени, отсутствия нормально работающей дипломатической связи и общепризнанных процедур консультаций, едва не привело к ракетно-ядерной войне глобального масштаба.
Обмен информацией между высшими политическими и военными кругами СССР и США в разгар кризиса осуществляли: со стороны СССР — офицер внешней разведки КГБ Александр Феклисов (оперативный псевдоним Фомин) и его непосредственный начальник в Москве генерал-майор Александр Сахаровский; со стороны США — младший брат президента США министр юстиции Роберт Кеннеди и его доверенное лицо американский журналист Джон Скали. Этот необычный и драматический эпизод межправительственных контактов на высшем уровне вошёл в историю под названием «канал Скали—Фомин».
Следствием «Карибского кризиса» стали двусторонние дипломатические консультации СССР и США о предотвращении подобных тяжелых инцидентов в будущем и установление процедуры немедленного взаимного информирования сторон, в том числе — путём прямых переговоров лидеров стран. С этого времени существует круглосуточный устойчивый прямой канал связи (до 1991 года — между лидером СССР и Президентом США; с 1991 года — между Президентом РФ и Президентом США).
Операция «Анадырь»