Все́волод Миха́йлович Га́ршин (, имение Приятная Долина, Бахмутский уезд, Екатеринославская губерния — , Санкт-Петербург) — русский писатель времён «контрреформ», художественный критик, автор известной сказки «Лягушка-путешественница».
Биография Гаршины — старинный дворянский род, по преданию, обрусевших татар, происходящих от мурзы Горши (или Гарши), выходца из Золотой Орды при Иване III. Детство провёл в военной среде: отец, Михаил Егорович Гаршин (1817—1870), был офицером. Он окончил 1-ю Московскую гимназию и два года проучился на юридическом факультете Московского университета, но «увлёкся военной службой» (его собственные слова) и поступил в Кирасирскую дивизию. Мать Гаршина, Екатерина Степановна (урожд. Акимова; 1828—1897), старшая дочь отставного морского офицера, «типичная шестидесятница», интересовавшаяся литературой и политикой, свободно владевшая немецким и французским языками, оказала огромное влияние на сына. Воспитателем Гаршина был П. В. Завадский, деятель революционного движения 1860-х. К нему впоследствии уйдет мать Гаршина и будет сопровождать его в ссылку. Эта семейная драма отразилась на здоровье и мироощущении Гаршина. Уже ребёнком Гаршин был крайне нервным и впечатлительным, чему способствовало слишком раннее умственное развитие. Впоследствии он страдал приступами нервного расстройства.
В 1864 году, когда Гаршину исполнилось девять лет, мать забрала его к себе в Петербург и отдала учиться в Санкт-Петербургскую 7-ю гимназию. В 1868 году она была преобразована в реальную гимназию, а в 1872 году — в Санкт-Петербургское первое реальное училище. В 1874 году он был выпущен из реального гимназического класса училищаИсторический очерк С.-Петербургского первого реального училища, 1862—1912 г. / Сост. преп. уч-ща Г. М. Князев. — Санкт-Петербург: тип. т-ва А. С. Суворина «Новое время», 1912. — С. 150. — IV, 87, , 234 с. и поступил в Санкт-Петербургский горный институт, который не окончил. Занятия прервала война с Османской империей: он поступил вольноопределяющимся в действующую армию (в Болховский 138-й пехотный полкИз воспоминаний рядового Иванова), участвовал в боевых действиях, получил ранение в ногу. В ходе войны был произведён из унтер-офицеров в прапорщики «За отличие в делах» и вышел в отставку. Придерживаясь антивоенных позиций, Гаршин пошёл на войну как «кающийся дворянин»: он считал, что раз народ вынужден страдать на войне, то и он обязан.
Гаршин дебютировал в 1877 году рассказом «Четыре дня», сразу принёсшим ему всероссийскую известность. Рассказ уже при жизни писателя был переведён на иностранные языки.
С 1884 года у Гаршина появились признаки психического заболевания, которые повторялись каждой весной, мешая ему работать и отравляя его существование. С каждым годом эти припадки становились всё длительнее, начинаясь раньше весной и кончаясь позже осенью; но в последний раз, в 1887 году, болезнь проявилась только поздно летом. Ранней весной 1888 года писатель, наконец, почувствовал себя немного лучше и по настоянию врачей и по просьбе близких друзей решил поехать на Кавказ. Но он не уехал, а совершил самоубийство: 19 марта 1888 года Гаршин после долгой бессонной ночи вышел из своей квартиры в Поварском переулке в Санкт-Петербурге и бросился в лестничный пролёт. Через несколько дней, 24 марта, от полученных травм он скончался. Писатель похоронен на Литераторских мостках на Волковском кладбище Санкт-Петербурга. Смерть Гаршина вызвала резонанс в обществе. Были опубликованы сразу два сборника, чтобы почтить память Всеволода Михайловича и создать фонд для сооружения памятника. Первый «Красный цветок» был издан по инициативе К. С. Бранцевича и сотрудников газеты «Новости», второй «Памяти В. М. Гаршина» был подготовлен А. Н. Плещеевым и редакцией журнала «Северный вестник». В нём А. П. Чехов опубликовал свой рассказ «Припадок», посвящённый памяти погибшего писателя.
Творчество Сущность личности Гаршина в том, что ему был дан «гений» жалости и сострадания, такой же сильный, как у Достоевского, но без «ницшеанских», «подпольных» и «карамазовских» ингредиентов великого писателя. Дух жалости и сострадания пронизывает всё его творчество, количественно небольшое: около тридцати рассказов, вошедших в один том. <…> Нельзя сказать, что Гаршин великий писатель. Его манера слишком связана с годами упадка литературы. Техника недостаточна; даже в «Красном цветке» читателя сердят встречающиеся несоразмерности. Но со всем тем стиль его — чистый, сдержанный и искренний. …в его маленьких рассказах и сказках, иногда в несколько страничек, положительно исчерпано всё содержание нашей жизни, в условиях которой пришлось жить и Гаршину, и всем его читателям. Говоря — «всё содержание жизни нашей», я не употребляю здесь какой-нибудь пышной и необдуманной фразы, — нет, именно всё, что давала наиболее важного его уму и сердцу наша жизнь (наша — не значит только русская, а жизнь людей нашего времени вообще), всё до последней черты пережито, перечувствовано им самым жгучим чувством и именно потому-то и могло быть высказано только в двух, да ещё таких маленьких, книжках.
Гаршин узаконил в литературе особую художественную форму — новеллу, которая получила полное развитие впоследствии у Антона ЧеховаBożena Żejmo. Человек «Гаршинской закваски» в творчестве Антона Чехова // PRZEGLĄD RUSYCYSTYCZNY, 2017. — nr. 2 (158). — s. 5—18.. В эпоху упадка русской литературы Гаршину удалось открыть новые возможности малого жанра: «Строгую объективность повествования он соединил с лирической взволнованностью и чётко сформулированной авторской точкой зрения. В субъективных лирических переживаниях открыл социальную основу. Реализм описаний сочетался у него с романтическим преображением жизни, конкретные образы — с аллегорическими и символическими обобщениями, бытовые зарисовки — с философским осмыслением действительности». Сам Гаршин искал новые пути в искусстве и резко высказывался о современной ему литературе: «Бог с ним, с этим реализмом, натурализмом, протоколизмом и прочим. Это теперь в расцвете или, вернее, в зрелости, и плод внутри уже начинает гнить. Я ни в каком случае не хочу дожевывать жвачку последних пятидесяти-сорока лет, и пусть лучше разобью себе лоб в попытках создать себе что-нибудь новое, чем идти в хвосте школы, которая из всех школ, по моему мнению, имела меньше всего вероятия утвердиться на долгие годы. Ибо она-то и представляет чистое „искусство для искусства“ не в философском смысле этого слова, а в скверном. Для неё нет ни правды (в смысле справедливости), ни добра, ни красоты, для неё есть только интересное и неинтересное, „заковыристое и незаковыристое“».
В 1877 году, после возвращения с Русско-турецкой войны, Гаршин написал свой первый рассказ «Четыре дня», который сразу принёс ему известность. В нём война с предельным натурализмом описана как бессмысленное преступление. Теме войны посвящены и следующие рассказы Гаршина: «Денщик и офицер», «Аяслярское дело», «Из воспоминаний рядового Иванова» и «Трус»; герой последнего мучится в тяжёлой рефлексии и колебаниях между стремлением «принести себя в жертву за народ» и страхом перед ненужной и бессмысленной смертью. Основное в предвещающем Чехова «Денщике и офицере» — атмосфера унылой тоски и бессмысленной скуки. Гаршин написал также ряд очерков, где социальное зло и несправедливость уже обличены в мирной жизни.
В 1883 году появился один из наиболее значительных и наиболее известных рассказов Гаршина рассказов — «Красный цветок». Герой его, психически больной, борется с мировым злом, которое, как ему кажется, воплотилось в красном цветке в саду психиатрической больницы: необходимо сорвать его — и будет уничтожено всё зло мира. Рассказ признан одним из самых тонких в русской литературе образцов интроспекции, проникновения в глубину психики.
В рассказе «Художники» Гаршин ставит вопрос о роли искусства в обществе, противопоставляя искусство с «реальными сюжетами» «искусству для искусства». Художник Дедов, пытаясь уйти от ужасов и противоречий жизни, идёт в чистое искусство, в то время как его антипод Рябинин сперва пишет картину, чтобы «убить покой общества», а затем и вовсе бросает творчество.
В сказке-аллегории «Attalea princeps» о пальме, рвущейся к солнцу сквозь крышу оранжереи и погибающей под холодным небом, Гаршин показывает, что руководствуясь практическими доводами и фактами, заключённые растения приходят к пассивному отношению к жизни и ни к чему не движутся, в то время как стремящаяся к одному идеалу свободы пальма в итоге разбивает крышу оранжереи. Но если такое стремление и приносит результаты, то далеко не те, которые ожидались: достигнутая свобода не приносит радости. Гаршин написал ещё ряд сказок и рассказов для детей: «То, чего не было», «Лягушка-путешественница», где та же гаршинская тема о зле и несправедливости исполненa грустного юмора; «Сказание о гордом Аггее» (пересказ легенды об Аггее), «Сигнал» и другие. В этих произведениях он идёт по указанному Львом Толстым пути создания «народных» рассказов.
В 1885 году появляется единственное крупное произведение писателя — повесть «Надежда Николаевна».
Лягушка-путешественница
Сказка В. М. Гаршина Лягушка-путешественница (написана и была впервые опубликована в 1887) десятки раз переиздавалась, в том числе многомиллионными тиражами. Сказку иллюстрировали известные художники, среди которых: Е. М. Рачёв (дважды: 1936 и 1948), Г. Е. Никольский (трижды: 1945, переиздания, 1960, 1972, переиздания), Н. Е. Чарушин (1972, переиздания, 1982, переиздания, 1986, переиздания), Н. А. Устинов (1977, переиздания) и др.
Произведение дважды (1965, 1996) экранизировалось.
Одноимённое словосочетание стало иносказательным выражением, означающем незадачливого любителя путешествовать, который постоянно попадает в неприятные ситуации.
Семья Двое старших братьев писателя, Виктор Михайлович (ок. 1853—1873) и Георгий Михайлович (1849—1895), юрист, также окончили жизнь самоубийством, застрелившись. Единоутробный младший брат, Евгений Михайлович Гаршин (1860—1931) — педагог, литератор, критик, общественный деятель, издатель. Его дочь, Наталья Гаршина-Энгельгардт, искусствовед и археолог, также совершила суицид. Жена (1883) — Надежда Михайловна Золотилова, земский врач. На её сестре, Вере Михайловне Золотиловой, был женат Евгений Михайлович Гаршин.
Библиография Рассказы. [Первая книга]. — С.-Петербург: Тип. А. М. Котомина и К⁰, 1882. — , 216, с. Первая книжка рассказов. — 2-е изд. — Санкт-Петербург: скл. изд. в кн. торг. А. Я. Панафидина, 1885. — 218, с. Вторая книжка рассказов. — Санкт-Петербург: тип. лит. Р. Голике, 1885. — , 302, с. Из записок рядового Иванова, о походе 1877 года., СПб., 1887. Третья книжка рассказов. — Посмерт. изд. — Санкт-Петербург: скл. изд. в кн. торговле А. Я. Панафидина, 1888. — , 196 с. Сочинения Гаршина в I т., 12-е изд. Литературного фонда, СПб., 1909. То же, в приложении к журналу «Нива» за 1910. Полное собрание сочинений В. М. Гаршина: С портр., автобиогр. очерком, воспоминаниями о Всев. Гаршине в разные эпохи его жизни и крит. ст. — Вновь просм. и доп. изд. — Санкт-Петербург: т-во А. Ф. Маркс, 1910. — 568 с. Рассказы: с биографиею, написанною А. М. Скабичевским, и 4-мя портретами / Всеволод Гаршин. — Санкт-Петербург: Лит. фонд, 1912. — IV, 528 с. Собрание сочинений. — Берлин: И. П. Ладыжников, 1920 (Лейпциг: тип. Шпамера). — 554, с. Избранные рассказы, Гиз, М., 1920. Избранные рассказы. — Москва; Петроград: Гос. изд-во, 1923 (Пг: тип. Печатный двор). — 220, с. — (Классики русской литературы; № 74). Художники: Рассказы. — Москва; Ленинград: Госуд. изд-во, 1927 (М.: 1-я Образцовая типо-лит.). — 59 с., с. Рассказы / В. М. Гаршин; Редакция, введение, комментарии Ю. Г. Оксмана. — Москва; Ленинград: Госуд. изд-во, 1928 (М.: тип. «Красный пролетарий»). — 375 с. Рассказы / В. М. Гаршин; Пояснительная статья и примеч. Н. В. Балаева. — Москва; Ленинград: Госуд. изд-во, 1929 (Л.: тип. Печатный двор). — 123, с. — (Дешёвая библиотека классиков. Школьная серия).