«Лес шумит» («Полесская легенда») — рассказ В. Г. Короленко, опубликован в 1886 году в журнале «Русская мысль», в 1957 году экранизирован.
Как отдельный вариант рассматривается рассказ с правкой А. П. Чехова, сделанной в 1887 году, впервые опубликованный в 1962 году.
Содержание
Рассказ ведётся от лица деда, который в сторожке лесника в Полесье живёт уж «давненько. Француз приходил в царскую землю, я уже был…». Оставшись сиротой, он ребёнком был взят Романом — лесником, крепостным местного паныча, и стал свидетелем произошедшего здесь случая.
В то время паныч заставил Романа взять в жёны Оксану — девчину красивую — а то на охоте панычу к леснику было «заехать не весело». Хотя Роман и не хотел жениться, а Оксану любил бандурист паныча Опанас и, падая панычу в ноги, просил выдать девку за него, но паныч Романа на Оксане женил.
Роман нарадоваться не мог на жену и дурнем считал себя, что отказывался от свадьбы. Спустя немного времени Оксана родила дитятко, но оно не прожило и дня, при этом люди-то поговаривали, что ребёнок этот был не от Романа — срок с момента свадьбы прошёл ещё небольшой.
Как-то, возвращаясь с охоты в сторожку лесника, заехал паныч со свитой, средь которой был и бандурист Опанас, по-тихому поведавший Роману, как паныч над его жинкой потешается…, и задумал Опанас «лихо». Как ни пытался крестьянин предотвратить задуманное Опанасом, но только когда паныч всех, и Опанаса с Романом тоже, отправил на болото за добычей, а сам остался в хате с Оксаной, уходя, Роман сказал Оксане: «Пану сготовь постелю», да только уж знал, что лежать панычу не в постели…
Создание Рассказ написан в ноябре — декабре 1885 года, впервые напечатан в январе 1886 года в № 1 журнала «Русская мысль»Лузянина Л. Н., Шершнева Г. Н., Изергина Н. П. Жанр рассказа в русской и советской литературе. — Киров: Кировский государственный педагогический институт имени В. И. Ленина, 1983. — 173 с. — С. 45..
Это был первый опыт В. Г. Короленко по работе для журнала, и, написанный в спешке — по-заказу «Русской мысли» рассказ сам автор не считал чем-то серьёзным в литературном плане:
…Рассказ этот написан совсем-таки по заказу, объявления о нём в газетах появились, когда он еще не был окончен, и мне пришлось порядочно-таки испортить себе крови срочной работой. Если рецензенты его «распушат», то это будет иметь основание, это, собственно, художественная безделка.
В одном из писем Короленко упомянул, что черновик этого рассказа был так испещрён украинскими словами и оборотами, что его пришлось сильно выправлять при переписке.
Однако, как отмечается литературоведами, сама идея леса, ключевая в рассказе, берёт начало ещё в детстве писателя — «из детского впечатления шумящего леса, слившегося с другими впечатлениями жизни, родилась поэтичная легенда». Такой вывод делается на основе воспоминания писателя о своей первой прогулке в лесу в раннем детстве, имеющегося в автобиографическом произведении «История моего современника»:
Меня заворожил протяжный шум лесных верхушек, и я остановился как вкопанный на дорожке… Я, кажется, чувствовал, что «один в лесу» — это, в сущности, страшно, но, как заколдованный, не мог ни двинуться, ни произнести звука, и только слушал то тихий свист, то звон, то смутный говор и вздохи леса, сливавшиеся в протяжную, глубокую, нескончаемую и осмысленную гармонию, в которой улавливались одновременно и общий гул, и отдельные голоса живых гигантов, и колыхания, и тихие поскрипывания стволов… Все это как бы проникало в меня захватывающей могучей волной… Я переставал чувствовать себя отдельно от этого моря жизни, и это было так сильно, что когда меня хватились и брат матери вернулся за мной, то я стоял на том же месте и не откликался… Впоследствии эта минута часто вставала в моей душе как первообраз глубокого, но живого покоя… Цензура коснулась созданной в 1893 году на основе повести оперы «В грозу».
Критика В статье о писателе в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона за авторством С. А. Венгерова, так сказано о рассказе:Венгеров С. А. Биографии. Публицистика.
Полесская легенда «Лес шумит» написана почти сказочной манерой и по сюжету довольно банальна: пана убил оскорбленный в своих супружеских чувствах холоп. Но подробности легенды разработаны превосходно; в особенности прекрасна картина волнующегося перед бурей леса. Выдающее уменье Короленко описывать природу сказалось здесь во всем блеске. Зорким глазом подсмотрел он не только общую физиономию леса, но и индивидуальность каждого отдельного дерева. Вообще дар описания природы принадлежит к числу важнейших особенностей дарования Короленко. Он воскресил совсем-было исчезнувший из русской литературы, после смерти Тургенева, пейзаж. Чисто романтический пейзаж Короленко имеет, однако, мало общего с меланхолическим пейзажем автора «Бежина Луга». При всей поэтичности темперамента Короленко меланхолия ему чужда, и из созерцания природы он пантеистически извлекает то же бодрящее стремление ввысь и ту же веру в победу добра, которые составляют основную черту его творческой личности. О том, что начало рассказа напоминает ритмичную прозу Тургенева, говорил и исследователь творчества обоих писателей Г. А. БялыйБялый Г. А. Короленко // История русской литературы: В 10 т. / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). — ; : Изд-во АН СССР, 1941—1956. — Т. IX. Литература 70—80-х годов. Ч. 2. — 1956. — С. 340..
Д. С. Мережковский писал, что идея протеста, выраженная в рассказе, у автора последовательна, и «Лес шумит» с действенным, но не разумным протестом, по осмысленности протеста героем находится между новеллой «Сон Макара», в герое которого только проснулся гнев, и очерком «По пути», протест героя которого уже разумен, это протест интеллигентного человека:Мережковский Д. С. Рассказы Вл. Короленко // Журнал «Северный вестник», 1889, № 5. — С. 1—29.
В поэтической новелле «Лес шумит» крепостной мужик Роман убивает из ревности барина, деспота-самодура. Здесь, как и во всех рассказах г. Короленко, «униженный и оскорбленный» принимает наступательное положение по отношению к обидчику — представителю высшего класса. Как видите, основная тема всё та же. Но протест — совершенно животный, грубый, чуждый сознательных, нравственных мотивов; это возмущение первобытного естественного инстинкта против одной из вопиющих несправедливостей, порождаемых общественными неравенствами. Представителем более определенного и осмысленного протеста является в рассказе эпизодическое лицо — Опанас, вольный казак-бандурист родом с Украины.
Корней Иванович Чуковский отмечал парадоксальную особенность творчества писателя: Короленко писал о страшных вещах, практически в каждом его произведении присутствует смерть — насильственная, и часто не одного персонажа, но при этом его творчество, такой результат — уничтожение ужаса — достигался разными методами, один из которых смех, но:Чуковский К. О Владимире Короленко // «Русская мысль», № 9, 1908.
У Короленки для этой цели имеются и другие, более изощренные средства. Вот в очерке «Лес шумит» лесник убивает помещика, — и смерть эта, конечно, ужасна, но какое нам дело до этой смерти, если очерк «Лес шумит» — есть легенда, а время действия в легенде всегда так от нас далеко, и самое действие совершается в легенде так гармонично и размеренно, и вся легенда покрыта таким прекрасным туманом, что, поистине, у Короленки нет более верного средства для борьбы с ужасным, роковым и трагическим, чем именно легенда.
Жанр произведения определяется критикой как рассказ, хотя он и назван легендой: «в этой легенде преобладает рассказовое начало, несмотря на предельную точность в описании».
Отмечается, что рассказ оказал влияние на молодого Максима Горького: «Уже в „Макаре Чудре“ чувствуется несомненное влияние короленковской полесской легенды „Лес шумит“. Именно она подсказывает Горькому форму рассказа в рассказе, а Макар Чудра во многом напоминает старого деда, рассказывающего лесную бывальщину, которую сам Короленко назвал легендой»Шустов М. П. М. Горький как продолжатель сказочной традиции в русской литературе. — Нижегородский государственный педагогический университет, 2005. — 239 с. — С. 50..
Лес в произведении Писатель Юрий Маркович Нагибин, размышляя о точности фраз литературных произведений, с восхищением писал о находке Короленко слов при описании леса:Нагибин Ю. Размышления о рассказе. — : Советская Россия, 1964. — 107 с. — С. 24.
«Лес шумел… В этом лесу всегда стоял шум — ровный, протяжный». Какая счастливая находка! Писатель, верно, долго размышлял над тем, каким словом обозначить слышимый им лесной шум. Постоянный, нескончаемый, неумолчный, вечный. И вдруг — протяжный! Точнее не скажешь — и именно в сочетании со словом «ровный»: ровный, протяжный шум… Разве скажешь словами, что рождают в тебе эти слова: ровный, протяжный шум леса. За ними целый мир, уместившийся не только что на крохотном поле рассказа, но в одной короткой фразе!
Образ леса как самостоятельного героя рассказа многократно подчёркнут критиками.
Лес рассматривается как некая сверхъестественная, но в то же время натуральная сила, помогающая людям отстоять справедливость:
«Полесская легенда» в лирико-романтическом ключе рассказывает о нравственном противостоянии лесника Романа и молодого пана. Роман как человек, живущий в гармонии с природой, болезненно воспринимает малейшую несправедливость по отношению к нему и его жене. Убийство пана — вынужденная мера: он хотел разрушить семейное счастье лесника. Казалось бы, виновникам не миновать Сибири, но лесная буря «покрывает» их грех. Рассказ о хозяине леса, его повадках звучит увертюрой к разыгравшейся драме. Именно лес помогает людям, охраняющим свое достоинство и честь.
По мнению С. М. Петрова, лес — это народ, крепостные крестьяне, и его шум — это голос народного гнева на гнет помещиков:
На фоне лирического мирного пейзажа мы видим трагическую судьбу крепостных людей, лишенных права на любовь и семью в условиях крепостнического гнета. Крепостные крестьяне поднялись против помещика, видя в расправе с угнетателями единственно возможный путь к освобождению. В рассказе «Лес шумит» трагическое повествование о возмущении крепостных крестьян развивается параллельно описанию дремучего бора — этой почти одушевленной «хмурой рати… высоких столетних сосен». Романтический пейзаж нужен был писателю для того, чтобы у читателя создалось впечатление силы и могущества народного гнева. «Лес шумел…».
Д. С. Мережковский заметил, что невозможно отделить шум леса от речи деда-рассказчика:
Его речь с ее простым и вместе с тем грандиозным былинным складом до такой степени гармонирует с однообразным гулом ветра в деревьях, что, когда дед умолкает, кажется, можно уловить продолжение прерванной повести в шуме леса, и, наоборот, когда лес умолкает, можно уловить в монотонной речи деда бесконечный шум деревьев. И эти две величавые мелодии — голос человека и стихийный голос природы, переплетаясь в легенде, сливаются в душе читателя в одно смутное, глубоко торжественное поэтическое впечатление.
Правка рассказа А. П. Чеховым
Рассказ в правке А. П. ЧеховаКороленко. Лес шумит: (Полесская легенда). был впервые опубликован в 1962 году, а затем в 1974 году вошёл в 18-томное собрание его сочиненийВпервые: «Редактор и книга. Сб. статей». Вып. 3. — , 1962. — С. 255—274 // Печатается по тексту: Владимир Короленко. Очерки и рассказы. — : Изд. «Русской мысли», 1887. — С. 143—172, с правкой Чехова. На книге дарственная надпись: «Антону Павловичу Чехову от В. Короленко» (ДМЧ).Короленко В. Г. Лес шумит: (Полесская легенда) / Ред. А. П. Чехов // Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Сочинения: В 18 т. / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького. — : Наука, 1974—1982..