Экономика языка — область исследований на стыке экономики и социолингвистики.
Экономика языка в известной мере пересекается с социолингвистикой ввиду общности исследуемых объектов. Но, в отличие от социолингвистики, экономика языка рассматривает язык и сопряженные с ним явления и закономерности не как самостоятельные и самоценные, но как частные проявления более общих экономических понятий и закономерностей. Так, языковые компетенции с экономической точки зрения являются, наряду с иными навыками, элементом человеческого капитала, обеспечивающим своему носителю доступ к разнообразным рынкам — рынку труда, рынку благ (в том числе информационных), позволяющим с выгодой для себя взаимодействовать с иными людьми и организациями. Эта логика применима не только к анализу преимуществ от знания/использования того или иного языка индивидами, но и к использованию языков организациями и государствами, ведь все они как экономические агенты, заинтересованы в эффективном взаимодействии с другими экономическими агентами, в доступе к рынкам, а язык выступает в качестве одного из важных средств и условий такого взаимодействия / доступа.
Тематика исследований Начав формироваться с 1960-х годов (одним из основоположников считается Джейкоб МаршакMarschak, J. (1965). The Economics of Language // Behavioral Science, 10, 135—140., опубликовавший статью об экономике языка в 1965 г.), массив исследований в области экономики языка достаточно велик и продолжает расти. Среди основных тематических направлений анализа можно выделить следующие:
Экономическая логика развития языка как такового (корпуса языка, словаря, произношения и т. д.)Smith A. (2016). Dynamic Models of Language Evolution: The Linguistic Perspective. In: Ginsburgh, V., Weber, S. (Eds.). The Palgrave Handbook of Economics and Language. London: Palgrave Macmillan, 61-100.John A. (2016). Dynamic Models of Language Evolution: The Economic Perspective. In: Ginsburgh, V., Weber, S. (Eds.). The Palgrave Handbook of Economics and Language. London: Palgrave Macmillan, 101—120.; Связь языковых компетенций и благосостояния индивида (дохода, карьерного успеха и т. д.)Gabszewicz J., Ginsburgh V., Weber S. (2011). Bilingualism and Communicative Benefits // Annals of Economics and Statistics, (101/102), 271—286.Ginsburgh V., Ortuño-Ortin I., Weber S. (2007). Learning foreign languages. Theoretical and empirical implications of the Selten and Pool model // Journal of Economic Behavior and Organization, 64, 337—347.; Взаимосвязь языковой ситуации и экономикиВебер Ш., Давыдов Д. (2017). Социально-экономические эффекты языкового разнообразия // Вопросы экономики, (11), 50-62.Melitz, J. (2008). Language and Foreign Trade // European Economic Review, 52, 667—699Kadochnikov D. (2016). Languages, Regional Conflicts and Economic Development: Russia. In: Ginsburgh, V., Weber, S. (Eds.). The Palgrave Handbook of Economics and Language. London: Palgrave Macmillan, 538—580.; Экономические предпосылки и последствия языковой политикиКадочников Д. (2016). Теоретико-экономический взгляд на языковую политику // Вопросы экономики, (2), 128—140Gazzola, Michele & Wickström, Bengt-Arne (2016): The Economics of Language Policy. Cambridge: MIT Press.Кадочников Д. В. (2017). Языковая политика и экономика мегаполиса: анализ федеральных и петербургских нормативно-правовых актов // Альманах Центра исследований экономической культуры факультета свободных искусств и наук СПбГУ — 2017. Издательство Института Гайдара. Москва — Санкт-Петербург. C. 157—178..
Язык и экономическое развитие государств В теории, цель языковой политики государства — в снижении уровня неизбежных рисков для политической и экономической цельности государства, связанных с его этнолингвистическим разнообразием. На практике же языковую политику диктуют многочисленные участники, стремящиеся достигнуть политического и экономического влияния.
Связь языка и политической власти очень прочна. Проследить эту тенденцию можно на примере языковой политики разных стран.
Язык и экономическое развитие России Русский язык, в частности процесс становления его литературной нормы, начавшийся ещё в XVI—XVII вв. на основе московского диалекта, неразрывно связан с развитием экономики российского государства. Языковая политика России, вне зависимости от исторического периода, всегда представляла собой борьбу между центром и регионами за политическое и экономическое влияние. Русский язык, таким образом, был и продолжает быть инструментом для достижения политических (централизация, унификация и т. д.) и экономических (создание, развитие и консолидация экономики и рынка) целей.
Экономика и русский язык в XVI—XVII вв. С окончанием Смутного времени Россия становилась все более централизованным государством, но раздробленность, которой способствовали многочисленные войны и последствия татаро-монгольского ига, не могла не отразиться на языке. В этот период жители разных регионов говорят на собственных диалектах, а письменный язык существует сугубо на церковнославянском — слишком архаичном и сложном, чтобы занять роль доминирующего.
Куда более влиятельным оказался именно московский диалект. Раздробленная Россия объединилась вокруг Москвы, которая, как центр нового государства, занялась развитием экономики и торговых путей. Для этого требовался единый язык, на котором было бы удобно вести дела. Им стал официальный письменный язык московских приказов, где, помимо всего прочего, занимались в том числе и унификацией слов и орфографических правил.
Экономика и русский язык в XVIII в. К началу XVIII века русский язык окончательно вытеснил церковнославянский. Петр I, понимая необходимость распространения науки и культуры в России, обновил русский алфавит и создал гражданский шрифт для использования в светской печати. Популяризации русского языка способствовало и возникновение первой грамматике, разработанной М. В. Ломоносовым, и его использование в образовании, в том числе в первом российском университете.
Таким образом, к концу XVIII — началу XIX вв. русский язык стал доминирующим языком в государстве. Это и официальный язык, и язык делопроизводства, и язык науки, и язык торговли.
Экономика и русский язык в XIX в. Начиная с XIX в., наравне с русским немаловажную роль начинают играть иностранные языки, в особенности французский. В среде российских аристократов развился негласный билингвизм: знание французского языка было обязательным, хотя и неофициальным. Свободное владение иностранными языками положительно сказалось на российской экономике: образовывались новые торговые связи, шел культурный и научный обмен, способствовавший прогрессу.
Вместе с тем неофициальный билингвизм спровоцировал возникновение социального и культурного разрыва между российской аристократией и народом. Крестьяне и городские жители, не имеющие доступа к образованию, оказались отрезаны от экономического, культурного и научного роста.
Расширение территорий Российской империи, в свою очередь, не могло не сказаться на языковой политике государства, целью которого было создание единого многонационального государства. Центральными были два аспекта: язык образования в регионах и язык административного управления. В разных частях государства он решался по-разному, но в итоге сводился к русификации:
В Украине и в Беларуси русский язык считался официальным языком образования, делопроизводства и печати, а также был необходим для выстраивания карьеры; В Финляндии, Польше и Прибалтике (Литва, Латвия и Эстония), обладавших существенной автономией в языковом плане в том числе (право использовать собственный язык в образовании и делопроизводстве) во второй половине XIX в., в результате Польского восстания 1862—1864 гг., русский язык стал официальным.
Политика русификации, однако, спровоцировала ещё большую национальную консолидацию в этих регионах.
Исключением стали Кавказ и Средняя Азия. Русский язык в эти регионы приходил постепенно и стал доминирующим естественным путем: школы, где преподавание велось на родных языках, закрывались за ненадобностью. Однако образование в этих регионах, как и в центральных, почти не интересовало государство: обсуждение обязательного начального образования на территории страны началось только в конце 1910-х гг. По итогам Переписи населения Российской империи 1897 г., только 44,31 % жителей государства называло русский своим родным языком.
Таким образом, к концу XIX в., Российская империя представляет собой крупную экономически развивающуюся страну, использующую политику русификации для экономического и политического объединения государства. Попытки сделать русский язык доминирующим, однако, не были успешными: они провоцировали политическую нестабильность (Польша, Финляндия и Прибалтика), а также не подразумевали свободное образование на русском языке по всей стране.
Экономика и русский язык в XX в. Языковая политика Советского Союза была изначально основана на принципах марксизма-ленинизма. Маркс и Ленин считали государственный язык инструментом угнетения. Соответственно, идея создания единого многонационального государства была отвергнута. Вместе с этим, в СССР начали кампанию по ликвидации безграмотности (см. Ликбез) населения и занялись популяризацией образования на национальных языках и их развития в целом (см., в том числе, Коренизация).
Русский язык в первые годы существования СССР значительно упростился, и экономическая целесообразность сыграла в этом существенную роль. В частности, обновились правила использования буквы «Ъ» — это помогло удешевить процесс печатания книг и газет. С издательской точки зрения экономически выгодной была идея латинизации русского алфавита — латиница подразумевает более короткие слова и также сократила бы расходы на печать.
Однако в 1930-е гг. языковая политика СССР кардинально меняется. Так, возвращается идея использования русского языка для объединения государства, в том числе и экономического — необходимости выполнять пятилетние планы государственной экономики (см. Пятилетки СССР). Русский язык становится необходимым для развития карьеры и поиска работы. В 1938 году он становится обязательным предметом в школе, а жители разных регионов страны все чаще просят обучать на нем своих детей. Великая Отечественная война способствует дополнительной консолидации представителей разных национальностей в СССР вокруг русского. Он становится универсальным языком общения для всех жителей. По итогам Переписи населения СССР 1989 г., 81,4 % из 286 миллионов, проживающих в СССР, назвали русский язык своим родным или вторым языком.
В конце 1980-х — 1990-х гг., политические послабления (см. Перестройка) привели к тому, что многие национальные республики стали требовать автономии (например, Казахстан и Узбекистан). В некоторых регионах СССР национальные языки приобрели статус официальных. В какой-то мере это тоже сыграло свою роль в распаде СССР.
Экономика и русский язык в XXI в. В Российской Федерации русский язык играет доминирующую роль и защищен Конституцией. Это официальный язык образования, делопроизводства, бизнеса, печати и т. д. Действуют государственные программы по поддержке и развитию русского языка как в России, так и за рубежом (см. Русский язык в мире). По данным Всероссийской переписи населения 2010 г., 96,2 % из 142,9 миллионов граждан РФ знают русский язык и владеют им.
Выводы На примере России видно, что языковое разнообразие становится проблемой только тогда, когда оно усложняет процесс административного управления государством и мешает экономическому развитию. Так, Польша, Финляндия и Прибалтика в XIX в. лишились языковой автономии после попыток обрести независимость, что мешало планам Российской империи по созданию всероссийского рынка. А в СССР русский язык стал инструментом объединения наций только тогда, когда появилась экономическая нужда.