Богословский диалог между православными и древневосточными православными (нехалкидо́нскими) церквями — богословские консультации в рамках работы Смешанной богословской комиссии с целью установления евхаристического общения между двумя группами церквей.
Активные консультации между представителями двух групп церквей были начаты во второй половине XX века: в Орхусе (1964), Бристоле (1967), Женеве (1970) и Аддис-Абебе (1971). После неофициальных контактов православные и древневосточные церкви создали собственные богословские комиссии для участия в диалоге, которые образовали Смешанную богословскую комиссию. Заседания Смешанной комиссии состоялись в Шамбези (Швейцария) (1985, 1990, 1993), в коптском монастыре Святого Паисия (Египет) (1989) и привели к принятию ряда выработанных документов.
Реализация данных документов должна была состояться после утверждения поместными православными церквями и древними восточными церквями. Документы, принятые Смешанной богословской комиссией, положительно восприняли Константинопольская, Румынская, Александрийская и Антиохийская церкви, с православной стороны, и Сиро-яковитская, Маланкарская и Коптская православные церкви, с древневосточной стороны. Несмотря на принятие совместных документов, богословские, канонические и другие причины воспрепятствовали дальнейшим действиям церквей по объединению. Таким образом, снятия взаимных анафем и восстановления полного евхаристического общения между православными и нехалкидонитами не произошло. Так, например, Русская православная церковь на Архиерейском соборе 1997 года отметила, что Шамбезийское заявление «не должно рассматриваться как окончательный документ, достаточный для восстановления полного общения между Православной Церковью и Древними Восточными Церквами».
Предыстория
Практически сразу после проведения в 451 году IV (Халкидонского) Вселенского собора и разделения, по инициативе византийских императоров начались попытки воссоединения. В VI веке после преодоления Акакианской схизмы и очередного витка противостояния произошёл окончательный разрыв халкидонитов (дифизитов) с нехалкидонитами (миафизитами). Последние организовали собственные независимые церковные иерархии в Сирии и Египте, а Армянская церковь в 550-х годах на поместном соборе окончательно отвергла решения Халкидонского собора. Дальнейшие попытки диалога осложняло то, что нехалкидониты не являлись единым сообществом, и византийская церковь была вынуждена контактировать с каждой древневосточной церковью отдельно.
Арабские завоевания значительно ограничили связи нехалкидонитов с Византией и фактически церковные контакты продолжились только с Армянской церковью. Попытки воссоединения дохалкидонитов предпринимались императором Ираклием I, патриархом Сергием I (VII век) и императором Мануилом I (XII век). В IX веке патриарх Фотий I вёл переписку с армянским католикосом Закарией I, однако никаких последствий она не имела. В ходе богословских контактов XII века между византийцами и армянами сторонам удалось добиться согласия по ряду важнейших вопросов. Тем не менее, в ходе этих собеседований были выявлены и серьёзные расхождения в богослужебной практике и церковном праве. Предложение принять участие в диалоге было послано и предстоятелям других древневосточных церквей. Падение Константинополя в 1204 году прервало все инициативы по достижению церковного единства между халкидонитами и нехалкидонитами. В поствизантийский период османское владычество являлось главным препятствием для проведения официальных богословских дискуссий между православными и древневосточными православными церквами. Несмотря на обширные неофициальные контакты в местах компактного проживания нехалкидонитов и православных (Египет, Палестина, Малая Азия, Сирия), официального богословского диалога на синодальном уровне не было. В связи с жизнью в окружении мусульманского большинства дохалкидониты проявляли стремление к христианскому единству с православными. Исследователи отмечают, что так или иначе двусторонние контакты были постоянными и фактически непрерывными. Началу богословского диалога способствовали исследования богословов и историков (В. В. Болотов, Порфирий (Успенский), Ж. Лебон и ряд других) XIX—XX веков, которые заявляли о тождественности христологии двух групп церквей. Возможность диалога православных с древневосточными церквями обсуждалась межправославной подготовительной комиссией по подготовке Всеправославного собора на Афоне в 1930 году.
Предмет диалога Несмотря на общие исторические корни, схожесть в богословии, литургике и монашестве, между православными и восточными православными церквями произошёл раскол. Наряду с богословскими и экклезиологическими проблемами, причинами раскола также стали политические и культурные разногласия. За время разрыва в вероучениях православных и древневосточных церквей появились существенные отличия. Среди догматических проблем центральное место занимает христологическое учение. Вопрос о количестве природ Иисуса Христа стал главной причиной спора между православными дифизитами и миафизитами. Православные церкви исповедуют учение об одном лице (ипостаси) и двух природах — божественной и человеческой, закреплённое оросом Халкидонского собора. Древневосточные церкви придерживаются дохалкидонских христологических доктрин, разработанных Кириллом Александрийским и Севиром Антиохийским. Эти воззрения сводятся к вере в «единую сложную природу Иисуса Христа». Это противоречие порождает и различный взгляд на количество воль и действий во Христе.
Главной экклезиологической проблемой является отношение к числу Вселенских соборов. Православные церкви признают семь Вселенских соборов. Древневосточные церкви отвергли томос папы Льва I, четвёртый (Халкидонский) собор и соответственно последующие, признавая статус Вселенских только за тремя первыми. Также в ходе исторической борьбы между православными дифизитами и миафизитами, святые одной группы церквей оказались анафематствованы противоположной стороной. Так, например, почитающиеся в Православной церкви папа Лев I и патриархи Флавиан, Анатолий и Геннадий I отлучены в древневосточных церквях. В свою очередь, святые, почитающиеся в нехалкидонских церквях преданы анафеме у православных: патриархи Диоскор, Севир, Тимофей II Элур и епископ Филоксен Маббугский. Таким образом, взаимные анафемы стали главной канонической проблемой на пути к восстановлению евхаристического общения.
Начало диалога
Документы первого (1961) и второго (1963) всеправославных совещаний выразили стремление Православной церкви к богословскому диалогу с представителями древневосточных православных церквей. В январе 1965 года в Аддис-Абебе прошло первое в истории на котором присутствовали представители Эфиопской, Коптской, Сиро-яковитской, Армянской апостольской, Киликийского католикосата Армянской и Маланкарской церквей. Собрание высказалось за более тесные взаимоотношения с Православной церковью, что способствовало началу диалога. При посредничестве Всемирного совета церквей были организованы неофициальные встречи православных и древневосточных богословов: в Орхусе (1964 год), Бристоле (1967 год), Женеве (1970 год) и Аддис-Абебе (1971 год). На встрече в Орхусе обе стороны подтвердили безусловное неприятие вероучений Евтихия и Нестория. В Бристоле был выработан проект документа, в котором были указаны те вопросы, которые необходимо обсудить уполномоченным богословам церквей для достижения евхаристического общения. На встрече в Женеве стороны пришли к общему мнению по христологическим вопросам, отметив при этом, что две традиции могут использовать различную терминологию для объяснения учения Кирилла Александрийского. Также на встрече в Швейцарии был определён ряд проблемных вопросов для дискуссии: значение и место Вселенских Соборов в жизни Церкви, взаимные анафемы (например, анафемы Вселенскими соборами святых древневосточных церквей Диоскора и Севира), вопросы экклезиологии и канонизация святых. Совещание 1971 года в Аддис-Абебе преимущественно было посвящено темам анафем и канонизации святых. В ходе этой встречи богословы пришли к выводу, что для восстановления общения необходимо снятие взаимных анафем. В 1973 году в Греции прошло заседание Объединённого подкомитета по подготовке официального богословского диалога. Обеими сторонами были сформированы комиссии, которые образовали объединённую подкомиссию по диалогу. Заседания объединённой подкомиссии прошли в Афинах в 1974 году и в Аддис-Абебе в 1975 году. Первое предсоборное Всеправославное совещание в 1976 году в Шамбези высказалось за активизацию диалога с древневосточными церквами. В феврале 1979 года также в Шамбези было проведено заседание Межправославной комиссии по диалогу с нехалкидонитами на котором были определены дальнейшие стадии диалога. Делегаты предложили древневосточной стороне определить богословов для начала официального диалога. В работе комиссии принял участие коптский патриарх Шенуда III. При подготовке третьего Всеправославного предсоборного совещания (1986 год) Константинопольский патриарх Димитрий дал поручение о подготовке к началу официального диалога и направлению соответствующих предложений главам древневосточных церквей. Подготовительная работа в 1970-х и начале 1980-х годов привела к созданию богословских комиссий из представителей автокефальных церквей и продолжению диалога на официальном уровне.
Официальный богословский диалог
Первая встреча Смешанной комиссии по богословскому диалогу между православными и древневосточными церквями состоялась в декабре 1985 года в Шамбези в Православном центре Вселенского патриархата. Богословами были сформулированы основные христологические и экклезиологические вопросы для продолжения дальнейшего диалога под названием «К общей христологии».
В 1987 году по три богослова с каждой стороны (члены подкомиссии) в греческом Коринфе обсуждали тему богословского диалога «К общей христологии», сформулированную в Шамбези в 1985 году. На этой встрече стороны подтвердили мнение, сформулированное во время неофициальных консультаций: «важнейшие термины употребляются и с различными оттенками, тем не менее обе ведущие диалог Церкви этими терминами выражают православное богословие». В 1989 году в резиденции коптского патриарха монастыре Святого Паисия Скитской пустыни прошла вторая встреча Смешанной комиссии, по итогам которой стороны подписали первое общее заявление. Данный документ декларировал, что стороны сохранили единую веру в Господа Иисуса Христа, несмотря на различия формулировок. Стороны пришли к единству формулировок на основе богословской формулы Кирилла Александрийского «единая природа Бога Слова воплощённая» (). Богословы, подписавшие первое совместное заявление, согласились, что нехалкидониты, говоря о единой богочеловеческой природе Христа, не отвергают наличия двух природ (божественной и человеческой), а халкидониты, утверждая о двух природах, соглашаются с их нераздельным и неразлучным единством.