История Международного общества сознания Кришны (ИСККОН) в СССР началась в 1971 году с пятидневного визита в Москву основателя организации Бхактиведанты Свами Прабхупады (1896—1977). Прабхупада тайно встретился с советским индологом Г. Г. Котовским (1923—2001) и молодым москвичом Анатолием Пиняевым (1948—2013), ставшим первым последователем Кришны в СССР. После отъезда Прабхупады Пиняев активно занялся миссионерской работой и привлёк в ряды ИСККОН первых новообращённых, среди которых преобладали представители интеллигенции.
В конце 1970-х годов деятельность кришнаитов привлекла внимание КГБ. В 1980 году председатель КГБ Юрий Андропов направил в Президиум ЦК КПСС секретную докладную записку, в которой охарактеризовал ИСККОН как «самую радикальную» из всех мистических восточных групп на Западе и утверждал, что ИСККОН «стремится путём отрицания коммунистической идеологии и социалистического государства, борьбы с ними, увести своих приверженцев от участия в общественно-политической и трудовой деятельности в сторону мистики». Вскоре после этого ИСККОН был объявлен инспирируемой спецслужбами США «антикоммунистической сектой», осуществляющей «идеологическую диверсию» против СССР. В 1982 году началась кампания репрессий против советских кришнаитов, продолжавшаяся до 1987 года. В этот период преследования кришнаитов было «чуть ли не обычным явлением» — из разных уголков СССР регулярно поступали сообщения об арестах и судах. Жертвами репрессий стали около 60 советских кришнаитов; несколько из них умерли в лагерях и психиатрических больницах. В 1988 году, после прихода перестройки, ИСККОН был зарегистрирован Советом по делам религий как религиозная организация, став первой «новой» религиозной конфессией, легализованной за всё время советской власти.
Появление и распространение «сознания Кришны» в СССР Исследовательница религии в странах социалистического лагеря Оксана Антич отмечает, что среди культов, проникших в СССР через Запад, движение кришнаитов занимало «очень особое и наиболее заметное место». ИСККОН нашёл в СССР благоприятную почву, привлекая в свои ряды преимущественно молодых и образованных представителей интеллигенции, интересовавшихся йогой, медитацией и другими элементами восточной культуры. Существовавший среди советского населения интерес к этим темам стал одним из основных факторов успеха миссионерской деятельности кришнаитов. В 1983 году Сергей Шмеман на страницах The New York Times сравнил советских кришнаитов с ранними христианами, отметив при этом, что «движение кришнаитов пустило корни среди представителей советского эквивалента западного среднего класса — образованной, городской, привилегированной молодёжи — в то время как ранние христиане традиционно находили себе последователей среди малограмотного деревенского населения». Британский политолог Джон Андерсон, в свою очередь, отмечал в 1986 году, что «одним из наиболее недавних проявлений возрождения интереса советской молодёжи к религии стало распространение восточных религий и связанных с ними практик, таких как йога» и утверждал, что «возможно, наибольшим влиянием» среди восточных учений в СССР обладает кришнаизм.
Религиовед Сергей Иваненко выделяет несколько факторов, способствовавших успеху проповеди кришнаитов в СССР: кризис коммунистической идеологии, «утратившей способность давать убедительные ответы на насущные духовные и интеллектуальные запросы советских людей»; нараставшие среди творческой интеллигенции и молодёжи «духовно-нравственные и религиозно-философские поиски» и потребность в новой системе ценностей; неспособность Русской православной церкви и других легально существовавших в СССР религиозных организаций заполнить образовавшийся «духовный вакуум» и в то же время способность ИСККОН предложить «целостное мировоззрение, сочетающееся с высоконравственным образом жизни, практикой религиозного аскетизма и преданного служения Богу».
Начало истории ИСККОН в СССР положил визит Бхактиведанты Свами Прабхупады в Москву, состоявшийся в период с 20 по 25 июня 1971 года. Прабхупада прилетел в Москву из Индии в сопровождении двух своих учеников (Шьямасундары и Аравинды) и остановился в гостинице «Националь». За 5 дней пребывания в Москве Прабхупаде удалось лично пообщаться лишь с двумя советскими гражданами: заведующим отдела Индии и Южной Азии Института востоковедения АН СССР Григорием Григорьевичем Котовским (сыном героя Гражданской войны Григория Ивановича Котовского) и 23-летним москвичом Анатолием Пиняевым. 22 июня Котовский принял Прабхупаду и его учеников у себя в кабинете, располагавшемся в здании Института востоковедения в Армянском переулке. В продолжавшейся около часа беседе Прабхупада рассказал учёному-атеисту о ценности вайшнавского вероучения для советских людей и отметил, что в священных текстах индуизма «Бхагавад-гите» и «Бхагавата-пуране» «содержатся идеи, перекликающиеся с социалистическими и коммунистическими идеалами».
Анатолия Пиняева, которому суждено было стать первым советским кришнаитом, на встречу с Прабхупадой привёл его знакомый Нараяна — сын индийского дипломата, устроившего приезд Прабхупады в Москву. Пиняев проявил огромный интерес к кришнаизму, в связи с чем Прабхупада впоследствии привёл цветистое восточное сравнение: подобно повару, который по одному зёрнышку риса определяет готовность целого блюда, так и по тому, с каким энтузиазмом Пиняев принял сознание Кришны, он, Прабхупада, понял, что «к тому же готовы и миллионы других русских».
Развитие ИСККОН в СССР до начала репрессий (1972—1980) Анатолий Пиняев «оправдал надежды учителя», став верным приверженцем ИСККОН и его активным пропагандистом. В последовавшие за отъездом Прабхупады 10 лет он много разъезжал по территории СССР, распространяя вайшнавское вероучение. В 1973 году Пиняев заочно получил от Прабхупады духовное посвящение и имя на санскрите «Ананта Шанти Дас». По словам православного миссионера Олега Стеняева, лично знавшего Пиняева, это был «образованный и начитанный» юноша, владевший иностранными языками и обладавший «поразительной энергией», которую он всецело направил на миссионерскую деятельность. Как свидетельствует Стеняев, Пиняев проповедовал в вузах, в библиотеках и в других общественных заведениях, рассказывал о Кришне монахам в православных монастырях и даже распространял «Бхагавад-гиту как она есть» воспитанникам Московской духовной семинарии.
Проповедь Пиняева имела успех, в особенности среди людей, интересовавшихся индийской культурой, религией и философией. Выходцами именно из этой среды были первые советские кришнаиты, обращённые в новую веру благодаря усилиям Пиняева. Кришнаитские общины в те годы возникали на основе секций йоги, групп здоровья и даже кружков по изучению биополей. Постепенно среди советских последователей Кришны выделилось несколько искусных проповедников, с увлечением занимавшихся миссионерской работой. Они духовно окормляли кришнаитские группы внутри страны и поддерживали связи с зарубежными единоверцами. К 1980 году по необъятным просторам Советского Союза разъезжало уже несколько кришнаитских проповеднических групп. Они устраивали религиозные собрания, на которых давали лекции по священным вайшнавским текстам, воспевали мантры, готовили освящённую вегетарианскую пищу (прасад), показывали фильмы и слайды об Индии и гаудия-вайшнавизме.
По данным КГБ, к 1980 году такие массовые проповеднические программы (с участием до 100 человек) были проведены в Москве, Киеве, Вильнюсе и Риге. Согласно Сергею Иваненко, к 1980 году сплочённые группы кришнаитов сложились в Москве, Риге, Таллине и Каунасе, а неорганизованные группы — в Ленинграде, Красноярске, Свердловске и некоторых других городах. В 1979 году кришнаиты появились в Украинской ССР,По данным В. В. Дворникова, первыми украинскими городами, в которых появились группы последователей Кришны, стали Винница, Николаев и Чернигов. где одним из первых проповедников стал уроженец Днепропетровска Валентин Ярощук.
В 1970-е годы советских кришнаитов регулярно навещали западные единоверцы, приезжавшие в СССР под видом туристов. Они привозили с собой кришнаитскую литературу, фильмы, диапозитивы, ритуальную одежду (дхоти, курты и сари), обучали советских последователей Кришны азам миссионерской деятельности. В те годы миссионерством за «железным занавесом» занималось несколько учеников Прабхупады, в том числе американец итальянского происхождения Харикеша Свами (Роберт Кампаньола), которому суждено было сыграть центральную роль в становлении ИСККОН в СССР. В 1976 году Прабхупада назначил Харикешу членом Руководящего совета ИСККОН, поручив ему курировать проповедническую деятельность в СССР и других странах Восточной Европы. После смерти Прабхупады в 1977 году, Харикеша стал одним из его 11 духовных преемников. Гуру-преемники разделили весь мир на «зоны влияния», в каждой из которых один из них получил эксклюзивное право принимать новых учеников. Часть Европы, включая СССР, отошла в зону влияния Харикеши, который в конце 1970-х годов несколько раз приезжал в Советский Союз. Во время миссионерских визитов Харикеши за «железный занавес», его, как правило, сопровождали другие кришнаиты, в частности американец польского происхождения Киртираджа (Дэвид Якупко), который в 1979 году был назначен региональным секретарём (вице-президентом) ИСККОН в СССР. Советские кришнаиты организовывали религиозные собрания с участием «западных эмиссаров», на которых Харикеша давал лекции, проводил киртаны и церемонии инициации новых учеников. КГБ знало о деятельности кришнаитов, но первое время не трогало их, возможно из-за того, что движение кришнаитов в СССР было крайне малочисленным.
Мощный толчок распространению кришнаизма в СССР дала 2-я Московская международная книжная выставка-ярмарка 1979 года, на которой имелся стенд кришнаитского издательства «Бхактиведанта Бук Траст». В роли официального переводчика «Бхактиведанта Бук Траст» на ярмарке выступил Анатолий Пиняев. Стенд кришнаитов вызвал огромный интерес публики и позволил тысячам советских людей ознакомиться с кришнаитской литературой.
Борьба советского режима с «древнеиндийской антисоветчиной» (1980—1988)
Краткий обзор периода репрессий
До конца 1980-х годов ИСККОН в СССР развивался в условиях подполья, а с начала 1980-х годов — также и в условиях гонений со стороны КГБ и государства. Появление независимого движения кришнаитов, без одобрения сверху, не могло не привлечь внимание советских властей. Вайшнавизм не имел исторических корней на территории СССР и не мог быть отождествлён ни с одним из известных в стране религиозных течений, что вызвало со стороны органов власти настороженность по отношению к кришнаитам и попытку пресечь их деятельность. Советский режим воспринял кришнаитов как своих идеологических противников. Для КПСС и КГБ, ИСККОН и другие новые религиозные движения были «идеологической диверсией мирового империализма и западных спецслужб».По мнению Владимира Пудова советские власти пытались объяснить распространение ИСККОН вмешательством западных спецслужб из-за «непонимания причин, породивших такое явление, как вайшнавизм».