А́лла Серге́евна Головина́ (урожд. баронесса Ште́йгер, во втором браке де Пелиши; , с. Николаевка Киевской губернии — , ) — русская «первой волны» эмиграции, участница ряда литературных объединений Праги, Парижа и др.

Биография Из России уехала сразу после революции. Эмигрировала с семьёй в 1920 г. в Турцию, жила в Чехословакии, где и окончила русскую гимназию в Моравской -Тршебове, во Франции (с 1934), в Швейцарии (с 1939) и в Бельгии (с 1955).

В жизни Головиной было два замужества: первое в 1929 году за скульптора и художника А. С. Головина, второе — в 1951 году за бельгийца Филиппа Жиллеса де Пелиши. От первого брака у Головиной сын Сергей Александрович Головин — известный собиратель германского фольклора, писатель и переводчик, живший в Швейцарии. Автор многих книг, в числе прочих, об Илье Муромце и Теофрасте Парацельсе.

А. С. Головина — сестра поэта А. Штейгера, сохранившая его архив (и, в частности, обширную переписку с М. Цветаевой).

Творчество Творческую деятельность начала ещё в гимназии. Большое влияние оказала М. И. Цветаева, с которой А. С. Головина познакомилась в Праге. Писала как стихи, так и рассказы (в позднем творчестве). Головина Алла Сергеевна принимала активное участие в литературной жизни, но к определённой литературной группировке не принадлежала.

Поддерживала отношения с поэтическим объединением «Скит», печаталась в периодических изданиях Праги и Парижа. Публиковалась в журналах «Воля России», «Русские заметки», в газетах «Возрождение», «Руль». В основном писала в жанре камерной исповедальной лирики.

Произведения конца 1920 — начала 1930-х годов:

Стихи этого периода объединены общим лирическим героем. Лирический герой живёт в мире, полном муки, печали, страха. Но есть в стихотворениях и другой мир — «окончательный свой мир». На него герой возлагает надежды, в нём ищет помощи. Главная антитеза стихов этого периода — одиночество и слияние с природой, ожидание новой жизни. Такое противопоставление двух миров близко к духу романтизма, в котором наличие двух пространств является главной особенностью.

Георгий Адамович увидел в творчестве Головиной особый способ создания художественной выразительности. В рецензии на сборник «Лебединая карусель» критик назвал поэтессу «самым талантливым поэтом в Праге» и сравнил её творчество со стихами Бориса Поплавского (особенно симптоматично, что в последний год жизни последнего: «Об Ахматовой нет и воспоминанья. Скорей приходит на ум Поплавский, — точнее, текст стихов Поплавского, без его глубоко-гармонического напева. У Головиной напев свой». (Последние новости. 1935. 24 января)

Далёкость своей поэзии от стихов Ахматовой подтверждала в 1926 году и сама Алла Головина (тогда ещё Штейгер): «Ахматову я давно забросила — не удовлетворяет, а своего ещё не нашла, да и не найду, вероятно»…Спроге Л. Алла Головина. «Письмо наизусть не пропеть…»: хронотип послания. Rossica. 1998—1999 г. № 1. С. 69—75;

«Вдохновенное любопытство сказочника» — так характеризует Владислав Ходасевич особенность мироощущения Головиной, имея в виду то, что поэтесса пыталась рассмотреть внутреннюю суть вещей (Возрождение. 1935. 28 марта).

А вот Марина Цветаева не разделяла восторгов Адамовича и Ходасевича после встречи с Головиной:Мое впечатление? Совсем не очарована. Ни малейшего своеобразия, — чистейший литературный тип.

И интересы только литературные. За весь вечер — ни одного своего слова, — чужие умные. Скучно! — Кроме того, каждые пять — для честности: десять минут — вынимала зеркало и пудрила нос, с напряженным вниманием вглядываясь, точно не ее (нос). Так же часто и peinlich <Педантично (нем.)> расчесывалась, прижимая волосы к ушам.

Ничего личного — от нее ко мне, ни от меня к ней — я не почувствовала. Передо мной сидела литературная барышня (хотя она и “дама”), перед нею — усталая, загнанная, заработавшаяся, совсем не литературная — я. Я перед ней себя чувствовала начинающей, — нет никогда и не начавшей! (Поймите — о чем я говорю: о причастности к литературной среде.)

Она очень бойкая — все находит, всюду проникает, никого и ничего не смущается. Ни слoва (мне — всё равно, но характерно для нее) не спросила о моем писании, — все время о себе: напр<имер> стоит ли ей писать прозу. (Откуда я знаю?? Я — никого не спрашивала — и 6-ти лет.)

Полная литературная поглощенность собой. — Чтo мне с этим делать? — Намеревалась идти к Ходасевичу советоваться с ним о своих писаниях. Ну, он пожёстче, помэтристее (maitre) — меня, я — чтo? могу только сказать — как я пишу, и совсем не возвожу этого в закон. <…>.К тому же Алла Головина сама напросилась на встречу с Мариной Ивановной и та назначила ей прийти в четверг. Однако Головина невежливо явилась в среду, когда ее не ждали и нарушила планы Марины Цветаевой, известной своей склонностью к пендантичности и порядку в договоренностях:…Я просила ее придти в четверг, чтобы познакомить ее с отцом Гронского..., к<отор>ый должен был принести фотографии сына. Хотела, чтобы она рассказала, как понравилась поэма в Праге — он этим живет… <…> Пришла в среду… <…>

...

Вчера тщетно прождала весь вечер А. Головину, к<отор>ая сама попросила придти ко мне вторично, чтобы прочитать свои стихи.

Ванв, 23-го февраля 1935 г.

(из письма Цветаевой М. И. к Тесковой А. А., 23 февраля 1935 г.)

Излюбленный прием трофики стихотворений — развернутая метафора, например, вдохновение — огонь «живой и жесткий», электрический ток, радиоволна, принимая которую, трепещет бумага («Вдохновение», 1931)

Сборник «Лебединая карусель»

Центральный сборник стихотворений. Главным стихотворением является «Лебединая карусель» (1930). Главный образ — образ карусели лебедей, которые сравниваются с душой человека, то несущейся к «звездам без числа», то опускающейся «на стержни». Основной прием звуковой оформленности стиха — ассонанс (повторяемость звука «е»). В сфере средств выразительности главную роль играет все та же метафора: лебединая карусель сравнивается с душой человека.

Стихи второй половины 1930-х годов, и 1940-х:

Драматизм творчества. Лирический герой тот же, но он начинает освобождаться от иллюзий жизни. Герой приходит к осознанию жизни как неповторимого, радостного чуда. («Не умирай, не верь, не жди…», 1935)

На первый план выходит эмигрантская тема. Лирический герой вспоминает о России, где «поймут её тоску и муки». Важную роль играют ассоциации культурно-исторического и фольклорного плана. История родной страны представляется цепью страшных событий.

Стихотворение «Как всегда, утверждение ваше…» (1942) описывает судьбу поэта в России: « Что ж, Россия, ты лихо рубишь / Под коленочки лучший дуб, / Что-то мало поэтов любишь, / Только кубок держишь у губ…». Но не умирает в стихах надежда на возрождение России, на возвращение былых времен.

Любовная лирика:

Любовная лирика приходится на 1940-е годы. Для неё характерна исповедальная интонация, камерность, субъективность. Стихотворения — лирический монолог автора, отражающий жизненную драму.

Поздний период творчества:

После второго замужества Головиной было написано несколько лирических новелл и рассказов из жизни эмиграции. Для прозы Аллы Сергеевны Головиной характерны сюжетная фрагментарность, внимание к психологической детали, драматизация эпизода, тяготение к сказовой форме изложения.

Отзывы «Алла Головина ― поэт не средний. Она очень талантлива. Думаю даже, что это самый талантливый поэт в Праге, — хотя „за тридевять земель“, при отсутствии настоящего, близкого знакомства с тамошней литературной жизнью, не решаюсь это утверждать с уверенностью. Во всяком случае, Головина переросла понятие „школы“, „объединения“, „группы“, — того, что французы называют „chapelle“. Стихи её читать крайне занятно, очень забавно. Если большего она не дает, то, кажется, не потому, чтобы её научили этой игривости, а потому, что такова её натура»Г. В. Адамович. Последние новости 1936—1940 гг. сост. и комментарий: О. А. Коростелев. — СПб.: Издательство «Алетейя», 2018 г.. «Головина — экспериментаторша. Ей всё время хочется то заглянуть по ту сторону вещей, то представить их в сильном и смелом ракурсе, вообще — что-то в игре подсмотреть и подслушать… <…> Вдохновенное любопытство Головиной в высшей степени привлекательно. За её опытами следишь с интересом и сочувствием. Любопытство о мире делает её поэзию любопытною для читателя, что особенно выгодно отличает Головину от наших столичных нытиков, которые не столько печальны, сколько просто скучны»Ходасевич В. Книги и люди. Новые стихи. (рецензии) — Париж. Возрождение. 28 марта 1935 г.. И.Бунин: «Дорогая Алла! Как мне не везет с Вами! Когда я был молодой, Вы были девчонка, когда Вы стали очаровательной женщиной, я стал старым хрычом!» (16 авг. 1953. Домашний архив Ф.Жиллеса де Пелиши в Брюсселе). «Самый талантливый поэт в Праге» — Г. В. Адамович (Последние новости. 1935. 24 января) «Это сусальное золото, театральный румянец» — Цветаева о творчестве Головиной.

Сборники «Лебединая карусель» (Берлин, 1935) «Городской ангел» (Брюссель, 1989) «Ночные птицы» (Брюссель, 1990) Сборник стихов и рассказов «Вилла „Надежда“» (Москва: Современник, 1992).

Примечания

Категория:Родившиеся в Смелянском районе Категория:Русские поэты первой волны эмиграции Категория:Русские эмигранты первой волны в Чехословакии Категория:Русские эмигранты первой волны во Франции Категория:Русские эмигранты первой волны в Швейцарии Категория:Русские эмигранты первой волны в Бельгии