Моско́вия () — политико-географическое название Русского государства в западных источниках, употреблявшееся с разной степенью приоритетности параллельно с этнографическим названием «Руссия» (лат. Russia) с XV до начала XVIII векаМосковия // Славянская энциклопедия. Киевская Русь — Московия: в 2 т. / Автор-составитель В. В. Богуславский. — Т. 1. — С. 761. // Большой Энциклопедический словарь. — 2000.. Первоначально являлось латинским названием Москвы (для сравнения: лат. Varsovia, Kiovia) и Московского княжества, позже в ряде государств Западной и Центральной Европы было перенесено и на единое Русское государство, сформировавшееся вокруг Москвы при Иване III. Различные исследователи полагают, что использованию этого наименования способствовала польско-литовская пропаганда, которая сознательно сохраняла терминологию феодальной раздробленности, отрицая правомерность борьбы Ивана III и его преемников за воссоединение земель Руси. В качестве самоназвания латинизм Московия не использовалсяШмидт С. О. Памятники письменности в культуре познания истории России. М., 2007. Т. 1. Стр. 545, войдя в русский язык не ранее XVIII века как не полностью освоенное заимствование.

Происхождение и распространение

В эпоху противостояния между Великим княжеством Московским, объединившим вокруг себя Северо-Восточную Русь, и Великим княжеством Литовским, объединившим вокруг себя Юго-Западную Русь, древнее понятие «Русь» (в Европе Russia, иногда Ruthenia, Rossia или ) продолжало употребляться современниками, но в условиях её политико-географического разделения нуждалось в дополнительном уточнении. Нередко, начиная с XIV века, уточнение совершалось по византийскому образцу — Великая и Малая Русь. В других источниках — как, например, на карте венецианского монаха Фра Мауро, — различие делалось при помощи наименований Белая, Чёрная и Червонная Русь. Отмечается, что на заре русско-итальянских отношений в эпоху Ивана Великого, в письменных источниках, происходящих из Италии, речь идёт либо просто о Руссии, либо о Белой Руссии, тогда как сам Иван III называется «русским императором».

В то же время, начиная с рубежа XV—XVI веков, в европейском политико-географическом лексиконе стремительно распространяется понятие «Московия». Различные исследователи полагают, что оно возникло под влиянием польско-литовской пропагандыТихвинский, С. Л., Мясников, В. С. Восток—Россия—Запад: исторические и культурологические исследования . — Памятники исторической мысли, 2001. — С. 69.Хорошкевич А. Л. Россия и Московия. Из истории политико-географической терминологии — Acta Baltico-slavica, 1976, t. X, с. 47-57Kämpfer F. Herbersteins nicht eingestandene Abhängigkeit von Fabri aus Leutkirch . S. 12, 13., отвергавшей право Русского государства на все древнерусские землиГерберштейн, C., Записки о Московии , в 2 тт., под ред. А. Л. Хорошкевич, пер. А. И. Малеина, А. В. Назаренко. М.: Изд-во «Памятники исторической мысли», 2008 (часть которых с XIII—XIV веков находилась в составе Великого княжества Литовского и Королевства Польского, позднее — Речи Посполитой) и стремившейся закрепить это название только за «своей» частью РусиКудрявцев О. Ф. Россия в первой половине XVI в: взгляд из Европы.  — Русский мир, 1997. — С. 207.Храпачевский Р. П. Русь, Малая Русь и Украина: происхождение и становление этнонима // Российские и славянские исследования: Сб. науч. статей. — Вып. 1 / отв. ред. О. А. Яновский. — Мн.: БГУ, 2004.. Уже с начала XV века термином «Руссия» на польских картах обозначались исключительно земли Юго-Западной Руси, а в качестве её главного города указывался Львов, столица «Русского воеводства». В то же время земли Северо-Восточной Руси именовались не иначе как «Московия». Делая акцент на прежней феодальной узкорегиональной номенклатуре, этот упорно внедрявшийся термин имел целью подчеркнуть ограниченность власти главы государства пределами Московского княжества и отвергал какие-либо намёки на правомерность борьбы за объединение Руси вокруг Москвы.

Историк Анна Хорошкевич отмечала, что название «Московия» начало преобладать в странах, получавших информацию из Великого княжества Литовского и Польши, в первую очередь в католических Италии и Франции. В имевших более прямое сообщение с Русским государством странах Северной Европы, равно как и при дворе императора Священной Римской империи, преобладало правильное этнографическое название «Руссия» или «Россия», хотя название «Московия» проникло и туда. Одним из наглядных примеров «перемены» имени, по словам Хорошкевич, являются протоколы секретаря венецианской синьории Марино Сануто, в которых начиная с 1500 года наблюдается постепенный переход от названия (Белая) Руссия к Московии. Историк связывает это с усилением польско-литовской пропаганды накануне и во время русско-литовской войны 1500—1503 годов, когда между Москвой и Вильной разгорелся дипломатический конфликт вокруг претензионного титула Ивана III «государь всея Руси», содержащего в себе программу объединения всех русских земель, в том числе находившихся в составе Литвы.

Как пишет Борис Флоря, в дополнение к обстоятельствам политического характера в Речи Посполитой в последней четверти XVI века оформилось представление о «русских» и «московитах» как о двух разных народах, которое повлияло и на самосознание восточнославянского населения государства. В предшествующую эпоху для этого существовали лишь предпосылки на основе разного социально-политического устройства двух государств, которые, однако, ещё не давали оснований к осознанию их как признаков принадлежности к разным этническим общностям. Так, польский историк Матвей Меховский в своём «Трактате о двух Сарматиях» (1517) писал, что жители Московии Rutheni sunt et Ruthenicum loquunturФлоря Б. Н. О некоторых особенностях развития этнического самосознания восточных славян в эпоху Средневековья — Раннего Нового времени // Россия-Украина: история взаимоотношений / Отв. ред. А. И. Миллер, В. Ф. Репринцев, М., 1997. С. 9-27 (то есть являются русинами и говорят по-русски). Такие же высказывания встречаются у Михалона Литвина, Александра Гваньини, Матвея Стрыйковского и многих других писателей XVI века. Возросшая в позднем XVI веке популярность этногенетических теорий, построенных на легендарных персонажах, привнесла различные версии об ином происхождении московитов (от библейского Мосоха либо от младшего брата Леха, Чеха и Руса, Москвы). После заключения Брестской унии 1596 года в памятниках полемической литературы Речи Посполитой, написанных в том числе и православными авторами, прослеживается представление о «московитах» и «русских» как о разных народах. В первой половине XVII века восточные славяне по обе стороны границы уже воспринимались как два разных общества и два разных народа, но, особенно в произведениях православных авторов, рассматривались как тесно связанные между собой части некоего общего целого.

Употребляя термины «Московия» и «московиты», западноевропейские географы, историки и путешественники XVI и XVII веков часто подчёркивали, что московитов следует считать русскими. Знаменитый барон Сигизмунд Герберштейн прямо называет Московию главным государством в РуссииСигизмунд Герберштейн. Записки о Московии . М. МГУ. 1988. При этом он конкретизирует, что Руссия/Россия (Russia, Rosseia) находится между Карпатскими горами и Польшей на западе и средним течением Волги на востоке, «Северным морем» на севере и по течению рек Днестра и Днепра на югеАнтонов В. А.. Слово украина/Украина в письменности XV—XVIII вв. и его использование в позднейшей историографии. Русский сборник № 23. Москва 2017, демонстрируя понимание исторических и этнографических границ Руси. По отношению к описываемым им владениям Василия III он использует оба термина — Moscovia и Russia. Цезарь Бароний писал: «Московия получила своё наименование по названию реки и расположенной на ней столице, являясь частью Руссии». В своём ставшем популярным университетском учебнике немецкий географ Георг Хорн подчёркивал: «московиты суть русские, лишь именуемые так по названию столицы их государства»Мыльников А. С. Глава 3 // Картина славянского мира: взгляд из Восточной Европы . Представления об этнической номинации и этничности XVI — начала XVIII века. — СПб., 1999.. Развёрнутый комментарий к понятиям «Московия» и «московиты» оставил в начале XVII века французский путешественник Жак Маржерет. Он пишет, что русские после освобождения от татарского ига стали называться московитами — по главному городу Москве, обладающему княжеским титулом, но не являющемуся первым в стране, потому что ранее государь русских назывался «великим князем владимирским», а в современное Маржерету время продолжал называться «великим князем владимирским и московским». Из этого Маржерет делает вывод: «ошибочно называть их московитами, а не русскими, как делаем не только мы, живущие в отдалении, но и более близкие их соседи. Сами они, когда их спрашивают, какой они нации, отвечают: Russac, то есть русские, а если их спрашивают, откуда, они отвечают: is Moscova — из Москвы, Вологды, Рязани или других городов»Маржерет Ж. Состояние Российской империи и великого княжества Московии. Предуведомление читателю // Россия начала XVII в. Записки капитана Маржерета. — М.: Институт истории РАН, 1982. — С. 141—142.. Доктор исторических наук В. Н. Малов называет это наблюдение Маржерета «чрезвычайно важным для понимания этнической (и государственной) самоидентификации российских людей в конце XVI — начале XVII в.»Примечание № 21 д. и. н. В. Н. Малова в книге: Маржерет Ж. Состояние Российской империи и великого княжества Московии. Предуведомление читателю // Россия начала XVII в. Записки капитана Маржерета. — М.: Институт истории РАН, 1982. — С. 141—142.. К 1592 году относится пример контаминации наименований «Московия» и «Россия»: Львовское братство в письме к царю Фёдору Иоанновичу называет его «пресветлый царь и великий князь Москвороссии»Соловьёв А. В. Византийское имя России (1957). Византийский временник. Том 12(37). С. 149..

В XVII веке в Московском государстве была написана «Повесть о Мосохе», легендарно-историческое сочинение, согласно которому, Мосох (библейский Мешех) — «шестой сын Афетов, внук Ноев», «шедше от Вавилона с племенем своим» (после Вавилонского столпотворения), сделал остановку на реке, названной по его имени Москвой, и «народил московитов от своего имени». Потомками этих «московитов» была разрушена Троя. Они стали первыми насельниками «Римской области», этрусками, русский язык которых впоследствии «извратился»; пленили Филиппа, отца Александра Македонского; завоевали Рим и стали его владыками ещё до того, как на Рим пришли готы и др. Хотя «един московский народ» населил почти всю Европу, это, «аще и разны имяны, но вси един московский народ»; «истинный же столп языка славянского в Московстей земли». Произведение имеет фантастичный характер и сходно по замыслу со «Сказанием о Словене и Русе», созданным в то же время. Источниками повести были польские сочинения.

По данным Александра Мыльникова, в XVII — начале XVIII веков в западных источниках часто встречалось устойчивое словосочетание «Великая Россия или Московия»Мыльников, А. С. Картина славянского мира: взгляд из Восточной Европы . Представления об этнической номинации и этничности XVI — начала XVIII века. Глава 4 СПб., 1999.. В эпоху Петра I русским правительством предпринимались дипломатические усилия по преодолению двуимённости России в ЕвропеСоловьёв С. М. История России с древнейших времен. — М., 1963. — Кн. 9. — С. 333..

В русском языке В русском языке латинское слово «Московия» появилось с середины XVIII века. Семантически может употребляться либо как обозначение допетровской Руси (особенно при переводах), либо как неофициальное название Москвы и/или Московской области. Название «Московия» носили одна из российских авиакомпаний, а также поезд по маршруту Москва—Адлер.

Использование в публицистике и пропаганде

Европа XIX века