«Running to Stand Still» — песня ирландской рок-группы U2, пятая композиция альбома The Joshua Tree (1987). Представляет собой балладу с аккомпанементом фортепиано и гитары. Сюжет описывает героинозависимую пару, проживающую в башнях Баллимуна, которые после релиза «Running to Stand Still» стали прочно ассоциироваться с этим произведением. Хотя песня изначально рассматривалась как одна из ключевых вещей пластинки, в связи с чем сочинению её текста было посвящено много времени, её музыка была полностью сымпровизирована в студии.
Во время работы над The Joshua Tree группа исследовала , поэтому мелодия «Running to Stand Still», в частности, демонстрирует влияние фолк-рока и акустического блюза. Песня была высоко оценена профильными критиками, многие из которых назвали её одним из лучших произведений пластинки. С тех пор она нередко исполнялась группой на концертах, присутствуя в сет-листах нескольких гастрольных туров U2 в двух разных аранжировках и с несколькими тематическими интерпретациями (в зависимости от текущей повестки музыкантов).
Предыстория «Running to Stand Still» была сочинена Боно в контексте эпидемии , развернувшейся в Дублине в 1980-х годах, во многом схожем с предыдущими песнями U2, посвящёнными этой теме «Bad» (и, в некоторой степени, «Wire») из альбома The Unforgettable Fire 1984 года. Одно время басист группы Адам Клейтон даже называл песню «Bad Part II». Многие друзья, знакомые и коллеги-музыканты Боно из Ирландии оказались «пленниками героина», что также нашло отражение в событиях, подтолкнувших фронтмена к сочинению песни. Одним из них был из группы , другим — Фил Лайнотт из Thin Lizzy, чья моральная деградация из-за зависимости от наркотика привела его к смерти (от почечной недостаточности) в январе 1986 года.
До альбома Songs of Innocence (2014) участники группы сочинили относительно немного песен, связанных с их взрослением в Дублине, часто отдавая приоритет произведениям, посвящённым конфликту в Северной Ирландии или международным проблемам. Когда они всё же писали о Дублине, упоминания зачастую были завуалированы. Однако «Running to Stand Still» была одной из песен, напрямую связанных с их родным городом:
I see seven towers But I only see one way out Я вижу семь башен, но выход из них только один.
Текст песни ссылается на дублинские башни Баллимуна — группу из семи высотных муниципальных зданий, построенных в 1960-х годах в одноимённом городском районе. Пол Хьюсон (позже известный как Боно, фронтмен U2) вырос на Сидарвуд-роуд в соседнем районе Гласневин, в доме напротив башен (находившемся через поле от них, с задней стороны), там же жили его друзья и будущие музыканты Фионан Ханви (позже известный как Гэвин Фрайдей) и (прославившийся под псевдонимом Гугги). В детстве Боно часто играл на фундаменте башен во время их строительства, а впоследствии катался в их лифтах с целью получить острые ощущения. Со временем плохое техническое обслуживание, отсутствие детских дошкольных учреждений, засилье кратковременной аренды жилья и другие факторы привели к упадку условий общественной жизни внутри домов и деградации отношений между соседями. Башни начали превращаться в помойки — в них пахло мочой и рвотой, обычным явлением стали валяющиеся повсюду использованные иглы и тюбики токсикоманов, а также постоянные облавы Гарда Шихана. Впоследствии Гугги жил в этих башнях на протяжении многих лет — в тот период он сам боролся с наркозависимостью. Именно благодаря общению с разочаровавшимися в жизни людьми из этих башен у Боно начало формироваться общественное сознание via Rock’s Backpages .
Существует мнение, что Боно мог использовать Баллимун в качестве источника вдохновения (без каких-либо прямых отсылок в тексте) для песни «Shadows and Tall Trees» 1980 года, а позже сравнил жизнь в этом районе с некоторыми сценами из фильма Майка Ньюэлла «На запад» (1992). Проезжая туда в 1987 году, Боно сказал: «Видите, там возвышаются семь высотных зданий? Это „семь башен“. В них самый высокий уровень самоубийств в Ирландии. После того, как все в мире уже поняли — нельзя, чтобы люди жили друг на друге [буквально как в муравейнике], мы взяли и водрузили их здесь».
Запись Заглавная фраза песни возникла после разговора Боно со своим старшим братом. Когда музыкант поинтересовался, как продвигается его дышащий на ладан бизнес — он ответил: . Прежде Боно никогда не слышал этого выражения и подумал, что оно описывает героиновую зависимость или воздействие наркотика на организм; впоследствии один из рецензентов охарактеризовал название как «идеальное воплощение концепции зависимости от наркотиков». Боно слышал реальную историю о семейной паре героиновых наркоманов, мужчине и женщине, которые жили в башнях Баллимуна. Оставшись без денег и будучи не в состоянии платить арендную плату из-за прожигания финансов на наркотики, мужчина решил заняться контрабандой героина между Дублином и Амстердамом, тем самым подвергаясь большому риску ради хороших денег. Однако Боно чувствовал, что в глубине души это был порядочный человек, скованный убогими условиями жизни, а также ошибочным выбором, и музыкант хотел показать, как неблагоприятная среда влияет на жизнь этих людей. Итоговый текст не содержит явных отсылок, вместо этого он освещает эмоциональную атмосферу, в которой проживает пара. При этом песня не осуждает своих героев и даже демонстрирует симпатию к женщине. Монолог одного из персонажей фильма Вима Вендерса «Париж, Техас» (1984) также оказал значительное влияние на сочинение этой песни.
Хотя на сочинение текста было потрачено много времени, музыкальная составляющая «Running to Stand Still» по существу была сымпровизирована группой прямо в процессе записи. Эдж начал наигрывать аккорды на фортепиано во время сессии, предназначенной для другой песни. После чего продюсер Дэниель Лануа присоединился к нему на гитаре, а остальная часть группы последовала за ним. Эта первоначальная, сымпровизированная версия включала в себя все элементы оставшиеся в окончательном варианте композиции, а звук и внутреннее ощущение музыкантов, играющих в одной комнате все вместе без каких-либо аудио-ухищрений, способствовали продуктивной работе над треком. «Walk on the Wild Side» Лу Рида и «Candle in the Wind» Элтона Джона, небольшие фрагменты которых звучали в конце концертной версии «Bad» во время турне , также послужили косвенными источниками вдохновения для песни. Влияние работ Рида чувствуется на протяжении всего трека, как и, в некоторой степени, Ван Моррисона. В подтверждение этому в панегирике, опубликованном после смерти Рида в 2013 году, Боно сослался на «Running to Stand Still» как «прямое доказательство» того влияния, которое Рид и его бывшая группа — The Velvet Underground — оказали на творчество U2.
Эдж записал для песни отдельную партию на слайд-гитаре, которая была «усилена через бластер [аудио-примочку]», доработав гитарную композицию, сидя в холле студии Windmill Lane Studios. Даниэль Лануа вошёл в комнату и, впечатлённый звучанием инструмента, захотел записать его прямо тут, не перемещаясь в студийное помещение. Он принёс музыканту наушники и подключил гитару к микрофонному входу микшерного пульта напрямую. Продюсер вспоминал: «Бластер великолепно усиливал его слайд-гитару. Он уже отточил тот самый звук [попавший в итоговую версию песни] и лишь немного поменял настройки консоли по своему вкусу».
Музыка и тематика композиции
Бо́льшая часть альбома The Joshua Tree отражала увлечение группы американской культурой, политикой и музыкальными формами. Поэтому, несмотря на то что текст «Running to Stand Still» был посвящён событиям в Ирландии, музыкальная аранжировка этой песни начинается с проигрыша в стиле акустического кантри-блюза, исконно американских жанров, которая демонстрирует расширение творчества группы за счёт музыкальных идиом. Хотя продюсер Брайан Ино был известен тем, что ввёл европейскую фактурную музыку в звучание U2, он также очень любил фолк и госпел. В подтверждении этому музыкальные критики отмечали в звучании песни отголоски полностью акустического альбома Nebraska влиятельного американского музыканта Брюса Спрингстина, выпущенного в 1982 году.
В музыкальном плане «Running to Stand Still» представляет собой нежную фортепианную балладу, исполняемую в тональности Ре мажор с темпом 92 удара в минуту См. партию фортепиано и нотную тетрадь, некоторые страницы доступны в режиме предварительного просмотра.. Песня сочинена в традиционной куплетно-припевной форме. Вступление и композиции сопровождает тоскливая акустическая слайд-гитара, спродюсированная Брайаном Ино и Даниэлем Лануа, которую журнал Rolling Stone назвал одновременно мрачной и мечтательной. Бо́льшая часть фортепианной партии чередуется между аккордами Ре и Соль — яркий пример давней практики Эджа применения двухаккордовых последовательностей. Эта партия придаёт песне элегический антураж. На протяжении большей части композиции фортепиано сопровождает мягкая игра Лануа на так называемой электрической «скрэп-гитаре», которая была добавлена продюсером, чтобы придать песне фактурности. Мягкие, гулкие барабаны Ларри Маллена-младшего вступают после второго припева. Сыгранная Боно партия на губной гармонике предвосхищает меланхоличный финал песни. фронтмена варьируется в диапазоне от A3 до D6.
В этой песне женская зависимость и ошибочное стремление к трансцендентности отражены в таких строчках, как и . Помимо этого, лирика Боно демонстрирует беспомощность и разочарование в отрывке: . В свою очередь, заглавная фраза фигурирует лишь в самой последней строчке песни. Эта композиционная техника отложенного удовлетворения присутствует в нескольких других популярных композициях, таких как «Just Like Heaven» группы The Cure и «One More Try» певца Джорджа Майкла.
В аннотации к переизданию The Joshua Tree, приуроченному к двадцатилетию альбома, писатель Билл Флэнаган отмечал: «„Running to Stand Still“ — для всех, кто чувствует себя пойманным в ловушку неразрешимых обстоятельств из-за неподъёмной ответственности». В свою очередь, публицист журнала Uncut подчёркивал, что эта песня была эффективна в изображении «наркотика как ещё одного иллюзорного побега [от действительности], ещё одного мошеннического обещания, что [с помощью него] можно спрятаться от реальности».
Отзывы критиков Песня «Running to Stand Still» была высоко оценена музыкальными критиками, как и альбом, в котором она вышла, впоследствии ставший самой продаваемой пластинкой в дискографии коллектива. Так, обозреватель журнала Rolling Stone писал: «После первых нескольких прослушиваний композиции вы отмечаете [для себя её] замечательную музыку… Она звучит как прекрасная умиротворяющая фантазия, за исключением того, что представляет собой грёзы наркомана, и когда это осознание достигает цели, нежная акустическая колыбельная приобретает разъедающую силу». В статье о группе для журнала Time (выпуска, в котором U2 появились на его обложке) публицист Джей Кокс, обращаясь к творчеству ирландского квартета, писал о «Running to Stand Still» следующее: песня «с трансовой мелодией, которая скользит по краю сознания и проникает в ваши мысли». В специальном выпуске журнала Uncut под названием Ultimate Music Guide to U2 рецензент описал образ персонажа из этой композиции как один из лучших в карьере коллектива. Однако авторы музыкального альманаха Trouser Press Record Guide (1991) сетовали, что у песни «есть настроение, но отсутствует законченная форма».
«Running to Stand Still» стала своего рода гимном Дублина, увековечив в своём тексте башни Баллимуна. Автор нескольких книг о поп-музыке Брент Манн считал её одной из самых сильных песен, посвящённых проблеме наркомании, наряду с композициями: «White Rabbit» (1967) группы Jefferson Airplane, «The Needle and the Damage Done» (1972) Нила Янга, (1989) американской певицы Мартики и (1997) рок-группы Third Eye Blind.