Андреас Пипинос (, , остров , Османская империя — , Идра, Греческое королевство) — греческий моряк, герой Освободительной войны Греции, один из самых известных капитанов Пантеона командиров греческих брандеров. В греческой историографии Освободительной войны упоминается и как равный/равноценный (ισάξιος) самому известному герою войны брандеров, Константину Канарису.
Родина Пипиноса Андреас Пипинос родился в 1778 году на греческом острове Идра, номинально находившимся в пределах Османской империи. На Идре не было турецких властей, однако остров был обязан поставлять ежегодно 250 моряков на турецкий флот. К началу Освободительной войны в 1821 году, остров населяли 28 000 душ из которых 10 000, практически всё мужское население, были морякамиΔημήτρης Φωτιάδης, Η Επανάσταση του 1821, εκδ. Μέλισσα 1971. Одним из фактором расцвета флота Идры стали Наполеоновские войны, во время которых судовладельцы острова сколотили огромные состояния, прорывая английскую блокаду Франции. Одновременно, корабли Идры с 1803 года начали пересекать Атлантику, доходя до Монтевидео. Нет информации о том что Пипинос происходил из семьи судовладельцев, но как большинство мужчин острова он стал моряком. Не располагаем портретом Пипиноса, но Д. Фотиадис описывает его «неотёсанным (άξεστος) здоровяком»Δημήτρης Φωτιάδης, Κανάρης, εκδ. Πολιτικές και Λογοτεχνικές Εκδόσεις, 1960.
Начало Освободительной войны
Первым из островов, восстал Спеце (3 апреля), затем Порос, Саламин, Эгина и Псара. Судовладельцы Идры медлили. Но как только была получена новость, что повстанцы осадили крепость Акрокоринф, А. Иконому возглавил группу моряков, которые заняли канцелярию острова и захватили кораблиΣτέφανος Π. Παπαγεωργίου, Από το Γένος στο Έθνος 1821—1862, εκδ. Παπαζήση, Αθήνα 2005, ISBN 960-02-1769-6. Когда специот капитан Г.Цупас прошёл перед Идрой, буксируя 13 (!) захваченных им турецких кораблей, моряков Идры уже нельзя было удержать. Идра, последним из «флотских островов» присоединилась к Революции, в силу нежелания её судовладельцев подвергнуться приключениям, представлявшим опасность их привилегиям, богатствам и кораблямΟ χαρακτήρας της Εθνεγερσίας του '21, Κώστας Σαρδελής, Εκδόσεις «Αστήρ», 1987 но давление восставшего народа вынудило судовладельцев принять участие в Освободительной войне.
Пипинос в начало эпопеи брандеров С началом восстания, греческие капитаны и судовладельцы обратили свои торговые суда в «боевые» — что означало установку на них ещё нескольких пушек. К счастью для Греции, борьба с корсарами в Средиземноморье позволяла грекам легально вооружать свои суда и к началу восстания греческие торговые моряки имели некоторый опыт ведения боевых действий. 24 мая 1821 года эскадры вооружёных судов Идры, Спеце и Псара загнали в залив Эреса Лесбоса отставший от турецкой армады одинокий двупалубный фрегат с 74 орудиями 40-фунтового калибра. Попытки греческих кораблей подойти и потопить фрегат своими пушками 16-ти фунтового калибра были безрезультатны. Совет капитании пришёл к выводу, что единственный путь к достижению цели это использование брандеров, но реального опыта с брандерами ни у кого не было.
Капитания срочно предоставила судно для переоборудования в брандер, командование которым принял Теохарис. Теохарис и его экипаж ночью подошли к фрегату, зажгли брандер и ушли на шлюпке под огнём турок, но брандер, за неимением опыта, был плохо закреплён и сгорел без пользы. Пессимизм охватил греческие экипажи.
Ещё одно судно было предоставлено для срочного переоборудования в брандер. К этому времени с Псара подошёл и брандер Г. Калафатиса, переоборудованый в начале восстания.
Адмирал псариотов Н. Апостолис поручил командование первым брандером своему племяннику Д. Папаниколису. Папаниколис и Калафатис приняли решение атаковать днём.
27 мая в 6:00 вся греческая флотилия пошла на фрегат и началась безвредная перестрелка. Турки ничего не заподозрили, когда сквозь дым к ним пошли 2 ничем не отличающихся «боевых» корабля. Первым атаковал Калафатис. Ему удалось закрепить свой брандер к миделю фрегата, но брандер, с малым пламенем стал кренится и тонуть.
Наступил критический момент не только для этого сражения, но и для дальнейшей судьбы войны на море. Если и в этот раз греческой флотилии не удастся потопить единичный османский корабль в идеальных условиях, то останется мало надежд на успех в морской войне.
Брандер Папаниколиса под огнём пристал к фрегату, экипаж закрепил крюк в орудийный порт, спрыгнул в шлюпку и зажёг брандер. Турки безуспешно пытались отвязать брандер и потушить огонь. Фрегат взлетел на воздух. С этой минуты у греческого флота появился новый греческий огонь. Брандеры стали основным оружием греческого флота в боях с намного более сильным противником. Пантеон греческого флота пополнили десятки капитанов брандеров. Хотя греки не были пионерами в использовании брандеров в парусном флоте, но только в годы Освободительной войны Греции 1821—1829 гг. брандеры были использованы в таких масштабах, в любое время суток и против судов у причала, на якоре, на ходу.
Имена членов экипажей последующих брандеров приходится искать в архивах. Но добровольческий экипаж брандера Папаниколиса отмечен греческой историографией. Согласно судовой роли от 27 мая 1821 года, единственным идриотом среди 21 членов экипажа этого брандера был Андреас Пипинос.
Капитан брандера После Лесбоса Андреас Пипинос прославился в последующие годы Освободительной войны в качестве капитана брандера.
«Великий подвиг» — Возмездие за Хиосскую резню
В апреле 1822 года османский флот и иррегулярные войска разрушили остров Хиос и устроили массовую резню населения. Из 120 000 жителей до 25 000 были убиты, 45 тыс. проданы в рабство, 23 тыс. бежали с острова. (По другим данным 30 тыс. были убиты, 48 тыс. проданы в рабство, 40 тыс. нашли спасение на Псара и других острова.
Дерзская идея не просто отомстить туркам, но и сжечь турецкий флагман и убить капудан-пашу зародилась у псариота Константина Канариса. Он запросил капитанию Псара предоставить ему брандер. Информация дошла до Миаулиса, бывшего по старшинству первым среди адмиралов трёх островов. Осознавая опасность плана, Миаулис не стал препятствовать ему, но придал Канарису и один брандер Идры — под командованием Пипиноса. Зная этого «неотёсанного здоровяка» как смелого и способного моряка, но и как грубияна, и во избежание межостровного антагонизма, Миаулис приказал Пипиносу во всём подчиняться Канарису. Пипинос неукоснительно следовал указаниям своего адмирала.
Канарис и Пипинос вывели свои брандеры (экипажи 29 и 19 моряков соответственно) из гавани Псара под австрийским флагом. Турки праздновали последний день рамазана: 2200 человек, много знатных гостей, собрались на борту флагмана капудан-паши Кара-али. На реях висели нескольких повешенных греков и «подарок», присланный с Крита: голова и правая рука корсиканского филэллина Балеста.
Австрийские флаги позволили брандерам подойти к якорной стоянке турецкого флота. 2 самых освещённых двупалубных фрегата стояли на якоре в миле от берега. Перед ними стояли ещё 12 фрегатов, которые было легко атаковать. Но Канарис и Пипинос намеревались убить «капудана-мясника». Турки первоначально решили что капитаны двух подошедших судов неумело маневрируют, но когда осознали что это брандеры было уже поздно. Брандер Канариса пристал к флагману, крюк был закреплён. Канарис зажёг брандер и прыгнул в шлюпку. На вёслах, под огнём шлюпка ушла. Пипинос атаковал второй двупалубный фрегат, капудан-бея, но его брандер вероятно был плохо закреплён, и турки смогли его отвязать. Но и неуправляемый брандер Пипиноса внёс панику и нанёс повреждения многим судам.
Тем временем на флагмане бушевал огонь, 84 орудия взрывались один за другим. Турецкие суда в панике снимались и уходили в Чешме и на юг. Jean P. Jourdain писал: «если в этот час у греков было бы ещё несколько брандеров, то они сожгли бы весь турецкий флот».
Через час после атаки Канариса огонь достиг порохового погреба, и флагман взлетел на воздух. Согласно консульскому агенту Австрии, из 2286 человек, находившихся на борту, спаслись лишь 200. Кроме сожжёного флагмана, один турецкий фрегат вышел из строя и ещё 6 турецких кораблей были повреждены. (Согласно докладам Миаулиса, Л. Лалехоса и И. Вулгариса фрегат капудан-бея, к которому пристал брандер Пипиноса, был также уничтожен). Тело капудана-паши Кара-али нашли и похоронили в крепости. Паника на турецком флоте не прекращалась: в каждом встречном греческом судне туркам мерещился брандер, немногочисленные греческие корабли гонялись за турками до Тенедоса. Французский адмирал и историк Жюрьен де ла Гравьер позже писал: «хиосская резня не прошла безвозмездно, и море снова перешло под греческий контроль».
С этого момента и по сегодняшний день греческая историография и популярная литература отмечает что Пипинос, вместе с Канарисом, составили «потрясающий дуэт» (φοβερό δίδυμο) брандеристов и несмотря на незавершённое сожжение фрегата капудан-бея иногда именуют Пипиноса «не уступающим/равноценным (εφάμιλλος) Канарису».
Сражение при Спеце
В сентябре 1822 года турки попытались разрушить оплоты греческого флота, острова Спеце и Идра. Османская армада направилась к проливу между Спеце и Идра, чего командующий греческим флотом Миаулис Андреас-Вокос не ожидал. Миаулис поднял сигнал «флот следует за адмиралом» и направился к берегу Пелопоннеса. Согласно греческим историкам, его план мог привести к катастрофе.
Но капитаны Цупас, Ламбру, Криезис, Антониос, Лембесис, Теодорис отказались следовать за Миаулисом и пошли навстречу армаде, открыв огонь «на удивление врагам и друзьям»Τρικούπης (1853—1857), τόμ. Α΄, σελ. 329.
После этого Миаулис развернулся и также пошёл на армаду, которая уже вошла глубоко в пролив. Капитан Пипинос бросился со своим брандером на алжирский фрегат. Около 50 алжирских моряков, с хорошими морскими навыками, бросились на абордаж уже горящего брандера. Многие из алжирцев сгорели, но им удалось отогнать брандер от фрегата. Брандер сел на мель (мель сегодня именуется «Брандер») сгорел, но не без пользы, внеся замешательство в османские линии и дав грекам передышку.
К 14:00 исход сражения был ещё не ясен, когда в атаку пошёл брандер кап. Барбацис, Космас, из числа 18 кораблей стоявших перед Спеце и принявших основной удар османского флота.
Подбодряемый экипажами других кораблей, Барбацис «превзошёл себя в этот момент»Ορλάνδος, Ναυτικά, τ. Α, σ. 310 и пошёл прямо на турецкий флагман.
Хотя героем сражения стал Барбацис, именно брандер Пипиноса внёс замешательство в османский флот, дал передышку греческому флоту и переломил ход сражения. Кёсе Мехмет не выдержал атаки Барбациса и развернул свой корабль к выходу из пролива. За ним последовала вся армада под возгласы греческих моряков и населения. Острова были спасены от смерти и порабощенияΑρχείον Ύδρας, τ. Η, σ. 487—488.
Самос
В некоторых источниках упоминается что Пипинос принял участие в серии сражений у Самоса — Первое сражение в проливе Микали, Второе сражение в Микали (1 августа 1824 года), Третье сражение в Микали (4 августа), Четвёртое сражение в Микали (5 августа), однако его нет в списках отличившихся. Напротив, его соратник по Хиосу, Константин Канарис сжёг днём и на ходу третий по счёту двухпалубный фрегат, с 1 тысячей солдат на борту. Д. Фотиадис пишет, что этот третий подвиг Канариса был также ответом своим и иностранным завистникам, которые ссылались на то, что в двух предыдущих случаях на островах Хиос и Тенедос Канарис сжёг неприятельские корабли ночью, к тому же стоящими на якоре.
Геронтас
17 августа 1824, получив информацию о том, что османский и египетский флоты стоят у острова Кос, совет адмиралов островов принял решение не дожидаться турок и атаковать их в проливе между Кос и Галикарнасом (Бодрумом). Впереди шли 6 брандеров: капитаны Пипинос, Роботис, Теохарис с Идры, Кастелиотис с Спеце, Д. Папаниколис и Вурлос с Псара. При приближении греческого флота, Хосреф и Ибрагим-паша дали приказ своим кораблям поднять паруса.