Осада Эривани — одно из сражений во время русско-персидской войны 1804—1813 годов; осада, проводившаяся российскими войсками с октября по декабрь 1808 года.
Предыстория Несмотря на то, что внешне Каджары всё ещё стремились к миру с Россией, с наступлением весны вновь началась война. Гудович получил информацию о том, что Иран направил гонцов к лезгинам и бакинским мусульманам для поднятия восстания против русских. Не доверяя переговорам и опасаясь ещё одного ирано-турецкого вторжения, Гудович перевёл с Кавказской линии Борисоглебский уланский полк и расположил свою армию в трёх главных пунктах: в Соганлыхе, в восьми милях от Тифлиса, в Карабахе у Барды, и в деревне Хамамлы, на пути между Карсом и Эриванью, в Памбаке. Сосредоточение русских войск в последнем пункте встревожило нового османского сераскера Осман Пашу. Несмотря на то, что Россия ещё не заключила официального мира с Османской империей, стороны согласились прекратить боевые действия. По этой причине он написал Гудовичу письмо, в котором спрашивал о причинах подобного поведения.
Аббас Мирза, опасавшийся нападения русских на Эривань, послал своих людей для обороны крепости и сбора провизии. Они наполнили водой ров вокруг крепости и запретили экспорт соли в Россию. Новый сардар Эривани Хусейнгулу Хан Каджар собрал своих людей и разбил лагерь возле Апарана, дожидаясь подхода наследного принца с войском в 12 000 человек. Тем временем, Аббас Мирза отправил посланника в Тифлис, предположительно, для обсуждения судьбы ряда сёл в Карабахе, но в реальности для того, чтобы разузнать, не изменил ли Гудович свои условия для заключения мира. Гудович задержал посланника, но 6 апреля 1808 года отправил свой ответ с подполковником бароном де Вреде с письмами Аббас Мирзе, и , спрашивая в последний раз, согласны ли они подчиниться требованиям России. Он также отправил записку генералу Гардану, прося того поставить в известность шаха, что заключённый между Россией и Францией союз препятствовал последней выполнять свои обязательства по Финкештейнскому договору. Гудович, получивший от императора инструкции добиваться прекращения боевых действий до начала любых переговоров о мире, предлагал заведомо невыполнимые условия. Его поведение соответствовало агрессивному поведению русских официальных лиц в отношении Ирана, несмотря даже на то, что прекращение огня было бы выгодно России. Представляется, что игнорировался тот факт, что принятие этих условий Ираном означало бы не только полное поражение, но и отделение от Ирана богатых провинций, населённых в основном мусульманами-шиитами.
Ответ Аббаса Мирзы чётко обозначал государственную позицию:«Мы получили письмо, привезённое подовником бароном де Вреде. Вы утверждаете, что реки Кура, Араз и Арпа формируют собой прямую линию, созданную самим Всевышним в качестве границы между двумя государствами. Вашему Превосходительству хорошо известно, что на протяжении многих лет граница между Ираном и Россией проходила по прямой линии, сформированной Моздоком и окружающими его реками… Вы также утверждаете, что Иран получает незначительный доход с занятых вами провинций и что Иран не должен рисковать дружбой с Россией ради таких проблемных областей. Мой ответ таков: если эти земли являются такими проблемными, то не лучше ли оставить их в руках у бывших владельцев, а не оккупантов? Вы также утверждаете, что наш двор отказывается отправить посла к вашему двору. Мы бы никогда не отказались бы от отправки посла, если бы ваш двор демонстрировал благосклонность в отношении нас… Вы также утверждаете, что Россия сосредоточила свои войска, поскольку в прошлом Грузия страдала от набегов со стороны иранцев и дагестанцев, которые парализовали торговлю в регионе. Я прошу Ваше Превосходительство обратиться к своей совести и ответить — стоят ли беззакония некоторых иранских подданных разрыва нашей дружбы и нарушения наших границ? Вы также утверждаете, что поскольку Франция заключила с Россией союз, то она не сможет сдержать данное Ирану обещание. Но сей факт вовсе не говорит о том, что наше правительство не будет защищать свои владения… Мы дали указание нашему послу в Париже обратиться к французскому императору и к вашему послу в Париже графу Толстому о заключении договора между Ираном, Францией и Россией. Посол Франции в Тегеране генерал Гардан Хан обратился к вашему послу, подовнику барону де Вреде, и французскому послу в Санкт-Петербурге Коленкуру о прекращении боевых действий сроком на один год…».21 мая, узнав о том, что Аббас Мирза вместе с Хасан Ханом, братом Хусейнгулу Хана Эриванского, собрал в Эривани 5000 пехоты и 5000 кавалерии, Гудович начал собирать в Соганлыхе авангард своей армии, состоявший из двух батальонов пехоты и одного казачьего полка. Он испытывал недостаток в боеприпасах и начал запрашивать отправку дополнительного контингента. С Линии ему отправили 2000 человек милиции, из которых 1000 человек были направлены оборонять Баку и Каспийское побережье. В целях защиты Гюмри в направлении Ахалцихе, Карса и Эривани, генерал-майору Несветаеву и его батальонам из 9-го егерского и казачьего полков было приказано укрепить свои оборонительные позиции. Генерал-майор Небольсин с войсками из Троицкого, 17-го егерского и казачьего полков должен был оборонять Шушу и Гянджу.
Силы сторон
Русская армия Херсонский гренадерский полк (40 офицеров и 1467 нижних чинов)Нарвский драгунский полк (23 офицера и 539 нижних чинов)Борисоглебский уланский полк(21 офицера и 449 нижних чинов)Кавказский гренадерский полк (44 офицера и 1660 нижних чинов)Саратовский мушкетерский полк (13 офицеров и 555 нижних чинов)Тифлисский мушкетерский полк (11 офицеров и 463 нижних чинов)батальоны 9-го егерского полка (26 офицеров и 667 нижних чинов)15-го егерского полка (29 офицеров и 1004 нижних чинов)20-й артиллерийской бригады (17 офицеров и 467 нижних чинов)Донского казачьего полкаДенисова (9 офицеров и 401 нижних чинов)2-го Донского казачьего полка Ребрикова (7 офицеров и 315 нижних чинов)Линейных казаковгрузинские добровольцытюрки (совр. азербайджанцы) из Газаха и ШамшадиляАрмия Небольсина: 3130 человекТроицкий полк (54 офицера и 2104 нижних чинов)17-й егерский полк (18 офицеров и 716 человек)Донской Казачий полк Попова (6 офицеров и 232 нижних чина).
Начало боевых действий 14 июля 1808 года Гардан отправил послание Гудовичу о том, что Каджары желают отправить посла в Санкт-Петербург с тем, чтобы организовать мирную конференцию в Париже. По иронии судьбы, в тот же день Гудович в своём письме Аббасу Мирзе вновь повторил позицию России. Гудович, хорошо знавший о том, что император не согласится на встречу в Париже, начал подготовку к своему вторжению в Эривань. С целью воспрепятствования иранским разведчикам обнаружения позиций своих войск, Гудович запретил иранским караванам проезд через регион. Он издал указ о том, что границу дозволяется пересекать только официальным придворным лицам от Аббаса Мирзы или . С целью ослабления иранской кавалерии, зависевшей от фуража, Гудович решил начать свою кампанию в середине осени. Он послал свой ответ на возражение Аббаса Мирзы о том, что естественной границей между двумя государствами является Моздок. 18 сентября Гудович начал движение со своей армией из Соганлыха по направлению к Эривани.
Согласно русским источникам, Гудович пересёк реку Лори и прибыл в Памбак 21 сентября. Портнягину было приказано подготовить провизию в Караклисе. С целью не дать возможности шаху двинуть на Эривань свою армию и взять русских в окружение, как он уже делал во время осады со стороны Цицианова, Гудович приказал Небольсину наступать на Нахичевань и взять его до осады им (Гудовичем) Эривани. 7 октября 1808 года Гудович достиг границы, имея под командованием 240 офицеров и 7506 солдат. 8 октября он вторгся в Эриванское ханство и достиг села Апаран, где он столкнулся с каджарским отрядом в 500 человек, которые отступили и сообщили Хусейнгулу Хану о вторжении русских. Хусейнгулу вместе с 4000 кавалерии занял позицию на высотах у села Аштарак, но 10 октября отступил в направлении Эчмиадзина. Гудович следовал за ним до монастыря, где армянское духовенство приветствовало русских. В целом, армянское население считало Русскую армию своими спасителем и всячески старалось помогать ей.
Хусейнгулу продолжил своё отступление по направлению к Эривани, сжигая на своём пути все посевы хлеба и фуража и уводя крестьян в горы. С окружавших город садов были собраны все фрукты, предположительно, что бы ослабить противника. Однако согласно письму Аббаса Мирзы знати Кахетии, Хусейнгулу Хан на своём пути убил 6000 русских и захватил несколько пушек. Он также утверждал, что принц Александр в сопровождении двух грузинских вельмож прибыл в Тебриз, и что он, получив войска, направляется в Тифлис. Тем временем, несмотря на Тильзитский мир, французские офицеры подготавливали Эриванскую крепость к защите путем возведения оборонительных сооружений на парапете и установки мин. На крепостном вале были помещены большие камни и брёвна для того, чтобы сбрасывать их на русских, если те попытаются взобраться на стену. Большая часть населения, в особенности армяне, была выслана южнее Аракса. Аббас Мирза расположился со своей армией в Хое. Принц приготовил большое количество палаток для ожидавшегося прибытия из Эрзурума османского сераскера Осман Паши для совместной атаки русских.
Осада Гудович задержался на два дня в Учкилисе, где он оставил повозки и больных под охраной из 180 человек, и две полевые пушки. 15 октября русские были в двух милях от Эривани. 16 октября Гудович отправил к жителям Эривани воззвания, в которых гарантировалось, что в случае мирной сдачи города все жители и их имущество останутся нетронутыми и каджарскому гарнизону будет предоставлен свободный выход для отступления. Он требовал ответа к утру следующего дня.
Ответа так и не последовало. Хусейнгулу Хан оставил в крепости отряд в 3000 человек под командованием своего брата Гассан хана (по прозвищу Сары Аслан) и взял с собой оставшуюся часть войска в село Веди у рек Веди и Гарни, находившееся на господствовавших над крепостью высотах. Гудович послал для преследования Хусейнгулу Хана генерал-майора Портнягина с тремя батальонами из Тифлисского и 15-го егерского и четырьмя эскадронами Нарвского драгунского полка. Узнав, что хан отступил по направлению к границе Нахичевани, Портнягин вернулся в лагерь у Эривани. Тем временем, Гудович издал ещё одно воззвание, требуя от крестьян вернуться в свои сёла, не опасаясь преследования.
19 октября, не получив ответа, Гудович приказал полковнику Симановичу взять по одному батальону из Тифлисского, Кавказского, 9-го и 15-го егерского ов, перейти Грузинскую дорогу и занять предместья. Батальону из Херсонского гренадерского полка под командованием майора Бухвостова было приказано занять сады. На следующий день каджарская армия, не заметившая выдвижения Симановича и полагавшая, что отряд Бухвостова является главным наступающим отрядом русских, расположилась на ближайшем к садам холме, и направила весь огонь на находившихся там русских. Бухвостов не наступал, поскольку ожидал прибытия войск из 15-го егерского полка, линейных казаков, Тифлисского и Кавказского полков. Иранцы в ходе боя были вытеснены с холма обратно в крепость. Сады были заняты, и Саратовский мушкетерский полк под командованием майора Борщова перешёл на левый берег реки Занги (Раздан) и занял находившийся вблизи крепости холм Муханат. Здесь они установили две батареи мортир, одну на расстоянии примерно 400, а вторую — на расстоянии примерно 500 футов от крепостной стены.