Турецко-японские отношения (; ) — двусторонние дипломатические отношения между Японией и Турцией. У Японии есть в Анкаре и генеральное консульство в Стамбуле. У Турции есть в Токио и генеральное консульство в Нагое.
Турция и Япония являются членами Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и Всемирной торговой организации (ВТО). Также Турция является членом Совета Европы и Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), а Япония — наблюдателем.
Согласно опросу общественности Турции, проведённому МИД Японии в 2012 году — 83,2 % респондентов ответили, что отношения между Японией и Турцией являются «дружескими» или «почти дружескими».
История
Османский период
Отношения между двумя странами начались в XIX веке. Основополагающее событие произошло в 1890 году, когда турецкий фрегат Эртогрул затонул у берегов Вакаямы, Япония, после аудиенции у императора Мэйдзи. Выживших моряков доставили в Стамбул два японских фрегата, в составе которых был японский журналист Сётаро Нода, оставшийся в Османской империи преподавать японский язык, и он считается одной из первых фигур в установлении отношений между Японией и Турцией. В Кусимото префектуры Вакаяма, недалеко от турецкого мемориала и музея Кусимото, установлен памятник османским морякам. В 2015 году к 125-летию дружбы между Японией и Турцией вышел фильм «». В фильме отражены два исторических инцидента в турецко-японских отношениях, затопление Эртогрула и эвакуация японских граждан из Ирана в 1985 году«125 Years Memory» ,125yearsmemory.com. Retrieved on 30 Mai 2021..
В конце XIX и начале XX веков японофилия охватила османскую прессу с сотнями статей, написанных о ЯпонииWorringer, Renée «'Sick Man of Europe' or 'Japan of the near East'?: Constructing Ottoman Modernity in the Hamidian and Young Turk Eras» pages 207—230 International Journal of Middle East Studies, Volume 36, Issue # 2, page 208.. Как «восточный» народ, происходящий из Восточной Азии, многие турки чувствовали особую близость к другой восточно-азиатской нации, такой как Япония, которая модернизировалась, не став вестернизированнойWorringer, Renée «'Sick Man of Europe' or 'Japan of the near East'?: Constructing Ottoman Modernity in the Hamidian and Young Turk Eras» pages 207—230 International Journal of Middle East Studies, Volume 36, Issue # 2, page 211.. Ещё больше взаимного притяжения между турками и японцами добавлялась их общая неприязнь к России, заклятому врагу османов на протяжении веков и новому заклятому врагу ЯпонииWorringer, Renée «'Sick Man of Europe' or 'Japan of the near East'?: Constructing Ottoman Modernity in the Hamidian and Young Turk Eras» pages 207—230 International Journal of Middle East Studies, Volume 36, Issue # 2, page 212.. Уже начав продвигать идеологию паназиатизма, японцы начинают искать расположения Великой Порты, когда император Мэйдзи отправляет принцев Дома Ямато навестить султана-халифа Абдул Хамида II с подарками и предложениями по заключению договоров, что вызвало большой ажиотаж в османской прессе. Абдул Хамид II, который в определённой степени восхищался Японией, был одержим страхом, вызванным популярными слухами о том, что император Мэйдзи обратится в ислам и провозгласит себя халифом, тем самым выставив себя объектом почитания всех мусульман-суннитов мира.
Комитет единения и прогресса очень восхищался Японией, которую они взяли за образецWorringer, Renée Ottomans Imagining Japan: East, Middle East, and Non-Western Modernity at the Turn of the Twentieth Century, London: Palgrave pages 53-54.. Тот факт, что такая азиатская нация, как Япония, победила в 1905 году Россию, традиционного врага Османской империи, очень вдохновил юнионистов, и все юнионистские газеты изображали победу Японии как триумф не только над Россией, но и над западными ценностямиAkmeșe, Handan Nezir The Birth of Modern Turkey: The Ottoman Military and the March to World I, 2005 London: IB Tauris page 32. Юнионисты особенно восхищались японцами за то, что они приняли западную науку и технику, не теряя при этом их «восточной духовной сущности», что рассматривалось как доказательство того, что можно модернизироваться, не принимая западные ценности, и вдохновляло превратить Османскую империю в «Японию Ближнего Востока»Worringer, Renée «'Sick Man of Europe' or 'Japan of the near East'?: Constructing Ottoman Modernity in the Hamidian and Young Turk Eras» pages 207—230 International Journal of Middle East Studies, Volume 36, Issue # 2, pages 210—211 & 222.. Турки возникли как народ, живущий к северу от Великой Китайской стены, и первое упоминание о турках в истории произошло в письме, написанном китайскому императору Вэню в 585 году нашей эры. На протяжении веков турки странствовали по Евразии, в большом количестве поселившись в Анатолии после победы над византийцами в битве при Манцикерте в 1071 году. Юнионисты гордились восточноазиатским происхождением турецкого народа и проводили много времени, прославляя Туран — название, которое они приняли для родины турок в Восточной Азии, которая находилась где-то к северу от Великой Китайской стеныKarsh, Effraim & Karsh, Inari, Empires of Sand, Cambridge: Harvard University Press, 1999 pages 100—101.. Поскольку китайцы и арабы были традиционными врагами турок, с этими народами нельзя было праздновать узы дружбы. Зия Гёкальп, главный идеолог младотурок, заявил в эссе 1913 года, что «меч турка, а также его перо возвысили арабов, китайцев и персов», а не самих себя, и что современным туркам «нужно повернуть вспять, в своё древнее прошлое». Гёкальп утверждал, что туркам пора ещё раз изучить важных фигур их собственной , таких как Аттила, Чингисхан, Тимур и Хулагу-хан.
Политика модернизации, проводимая юнионистским режимом, начиная с 1908 года после младотурецкой революции, была тщательно смоделирована после модернизации Японии эпохи МэйдзиAkmeșe, Handan Nezir The Birth of Modern Turkey: The Ottoman Military and the March to World I, 2005 London: IB Tauris page 72.. Один юнионист, полковник Пертев Бей написал после революции 1908 года: «Мы скоро встанем… с таким же блеском, как восходящее солнце Дальнего Востока несколько лет назад! В любом случае давайте не будем забывать, что нация всегда восстаёт от собственной силы!». В инверсии западной паранойи по поводу «жёлтой опасности» младотурки часто фантазировали о создании союза с Японией, который объединил бы все народы «Востока» для ведения войны против ненавистных западных стран, которые доминировали в мире. «Жёлтая волна», которая навсегда смоет европейскую цивилизациюWorringer, Renée Ottomans Imagining Japan: East, Middle East, and Non-Western Modernity at the Turn of the Twentieth Century, London: Palgrave pages 54-55.. Для младотурков термин жёлтый (который на самом деле был уничижительным западным термином для жителей Восточной Азии, основанный на их восприятии цвета кожи) означал «золото Востока», врождённое моральное превосходство народов Востока над коррумпированным западомWorringer, Renée Ottomans Imagining Japan: East, Middle East, and Non-Western Modernity at the Turn of the Twentieth Century, London: Palgrave pages 55-56.. В глазах юнионистов именно цивилизации Ближнего Востока, Индийского субконтинента и Дальнего Востока были цивилизациями, превосходящими западную цивилизацию, и то, что Запад стал более значительным, было просто досадной историей, что Запад оказался более экономически и технологически развитым, чем азиатские цивилизации, и они были полны решимости это исправить. Младотурки были очень впечатлены тем, как японцы вели русско-японскую войну, заметив, что из-за бусидо («путь воина»), жестокого воинского кодекса самураев, которому все японские мужчины были обучены после Реставрации Мэйдзи, японцы не боялись смерти, поскольку для них было величайшей честью умереть за Императора, в то время как русские боялись умереть и не знали, почему они сражаются в Маньчжурии, что дало японцам преимущество в боюAkmeșe, Handan Nezir The Birth of Modern Turkey: The Ottoman Military and the March to World I, 2005 London: IB Tauris pages 75-78. Юнионисты намеревались подражать японскому примеру, создав милитаристскую образовательную систему, призванную сделать каждого мужчину солдатом, а каждую женщину, по сути, машиной для производства солдат; концепция джихада сыграла бы ту же роль в побуждении турецкого солдата сражаться и умереть за халифа (считающегося представителем Аллаха на Земле), как Бусидо давал путь японскому солдату, чтобы он умер за своего императора (которого японцы считали живым Богом)Akmeșe, Handan Nezir The Birth of Modern Turkey: The Ottoman Military and the March to World I, 2005 London: IB Tauris page 79.. С Реставрации Мэйдзи до 1945 года японских студентов учили, что бусидо было высшим моральным кодексом, что для мужчины величайшей честью было умереть за Императора, а для женщины — величайшей честью родить сыновей, которые умрут за ИмператораAkmeșe, Handan Nezir The Birth of Modern Turkey: The Ottoman Military and the March to World I, 2005 London: IB Tauris pages 75-76. Как и в случае с олигархией, правившей Японией эпохи Мэйдзи, целью политики модернизации режима CUP было позволить стране побеждать в войнах, и образовательной политики режима CUP, которая была тщательно смоделирована по образцу японской системы образования, была предназначена для обучения учеников мужского пола стать солдатами, когда они станут взрослымиAkmeșe, Handan Nezir The Birth of Modern Turkey: The Ottoman Military and the March to World I, 2005 London: IB Tauris pages 76-77. Турецкий историк Хандан Незир Акмеше писал, что наиболее важным фактором в юнионистском мышлении была «девальвация жизни», вера в то, что восточные народы, такие как японцы и турки, не придают ценности человеческой жизни, включая свою собственную, и в отличие от жителей Запада, которые якобы жалко цеплялись за свою жизнь, когда сталкивались с опасностью, жители Востока якобы умирают добровольно и счастливо за делоAkmeșe, Handan Nezir The Birth of Modern Turkey: The Ottoman Military and the March to World I, 2005 London: IB Tauris page 79.
Попытки установить договорные отношения между Японией и Османской империей не увенчались успехом из-за того, что Япония настаивала на капитуляции, как и другие великие державы, а также из-за требования Империи, чтобы две страны вели переговоры только на условиях абсолютного равноправияRenée Worringer, Ottomans Imagining Japan: East, Middle East, and Non-Western Modernity at the Turn of the Twenteith Century (Palgrave Macmillan, 2014)..
+ Османско-японская торговляF. Şayan Ulusan Şahin — Türk-Japon İlişkileri (1876—1908) s.122 Годы Османский экспорт в Японию (в йенах)1 йена= 12 курушей Османский импорт 1902 1.189 41.860 1905 342.389 50.632 1907 130.394 70.598 1910 944.824 81.166 1912 138.665 162.675
Первая мировая война Во время Первой мировой войны страны были на противоположных сторонах враждебных альянсов: Япония была одним из союзников Антанты, а Османская империя была одной из Центральных держав. Япония оказывала поддержку России на Кавказском фронте, хотя прямое участие японских войск в боевых действиях было невелико. Уже в ноябре—декабре 1914 года Япония начала поставлять в Россию большое количество винтовок собственного производства (калибр 6,5 мм). Часть этого оружия было направлено для Кавказской армии. Всего на Кавказский и Северный фронты было поставлено около 300 тысяч японских винтовок.