Э́лис Ле Плонжо́н (, урождённая Ди́ксон, 12 декабря 1851, Лондон — 8 июня 1910, Бруклин, Нью-Йорк) — американский фотограф, писательница и археолог-любитель британского происхождения.
Родилась в лондонской артистической семье, её отец и брат занимались художественной фотографией и живописью. В 19-летнем возрасте вышла замуж за фотографа и путешественника Огюста Ле Плонжона, сопровождала его в длительных путешествиях по Мексике и Британскому Гондурасу, продолжавшихся в 1873—1884 годах. Ассистировала при раскопках и фотофиксации археологических памятников Ушмаля, Чичен-Ицы, Майяпана, островов восточного побережья Юкатана. Активно пропагандировала оккультные и псевдонаучные теории своего супруга, сама развивала их в собственных сочинениях. В 1890 году выступала перед главой Теософского общества Еленой Блаватской с лекцией об открытиях в стране майя, но не нашла с нею общего языка.
В 1980-х годах фотоархивом супругов Ле Плонжон занимался антрополог Лоренс Гюстав Десмонд, который в 2009 году напечатал отдельную биографию Элис и опубликовал её полевые дневники за 1873—1876 годы, а также несколько вариантов каталога выполненных супругами Ле Плонжон фотографий.
Ранние годы и замужество (1851—1873)
Лондон
Элис была вторым ребёнком в браке Генри Диксона (1820—1893) и Софии Кук (1827—1916); всего в их браке родилось девять детей. Она появилась на свет 21 декабря 1851 года в районе Риджентс-парк, в доме № 83 по Стэнхоуп-стрит. Генри в тот период работал гравёром в типографии, что в дальнейшем привело его к ремеслу фотографа. Позднее он стал известным пейзажным фотографом и фиксировал исторические постройки в Лондоне, которым угрожало разрушение, его ателье с 1860-х годов стало прибыльным предприятием. Дед Элис по материнской линии был владельцем гостиницы и мясной лавки в Байфлите в Суррее, а дядя — брат отца — Джейкоб Диксон (1806—1889) служил в гомеопатической больнице на Грейт-Ормонд-стрит, всячески опекал племянницу и привил ей интерес к спиритуализму. Остальные родственники в основном придерживались унитарианства, но в целом в семье религия не занимала много места. Младший брат Томас Джеймс унаследовал отцовское ателье, а ранее получил художественное образование в Париже в Академии Жюлиана, в мастерских Бугро и Лефевра, стал известен как живописец и скульптор-анималист. Его акварель «Львы» была выставлена в Галерее Тейт, и он работал фотографом до своей кончины в 1943 году. Между 1875 и 1885 годами он получил заказ на фотографирование животных в Лондонском зоопарке.
Элис получила хорошее образование, играла на музыкальных инструментах, была начитана в истории и литературе, пробовала писать сама. В юности она думала о карьере певицы и занималась музыкой до конца жизни. Искусство фотографии она восприняла в общении с отцом, и в данных переписи населения 1871 года в графе «род занятий» она была зафиксирована как «ассистент фотографа» вместе с сёстрами Люси и Джесси. Семья обитала тогда в доме со студией № 112 на Олбани-стрит.
С Огюстом Ле Плонжоном Элис познакомилась в Лондоне, куда он прибыл, обуреваемый идеей доказать связи древних культур Старого и Нового Света. В позднейшей переписке она утверждала, что замужество было ей предсказано на спиритическом сеансе. Огюст был старше на двадцать пять лет, но произвёл на родных впечатление своими светскими манерами и джентльменством, «несмотря на французское происхождение». Они общались весной и летом 1871 года, однако Элис отказывалась выходить замуж, при этом братья и сёстры явно были на стороне потенциального жениха, тем более что Огюст был состоятельным человеком. Элис заинтересовалась цивилизацией майя, которую собирался изучать Ле Плонжон, и была сфотографирована своим отцом с книгой Стефенса. Наконец, осенью того же года Элис и Огюст, не вступая формально в брак, вместе отправились в Нью-Йорк, впрочем, соблюдая викторианские приличия.
Нью-Йорк
В Америке Элис согласилась выйти за Огюста замуж официально. Гражданская церемония была проведена в Бруклине 16 октября 1871 года мировым судьёй Форрисом. В брачном договоре был указан адрес: Марси Авеню, 403. Почти полтора года, проведённых в США, супруги потратили на подготовку к большому путешествию в Мексику. Огюст Ле Плонжон всерьёз воспринял идеи аббата Брассёр де Бурбура о том, что Центральная Америка является родоначальницей мировой цивилизации и была каким-то образом связана с Древним Египтом. Именно в трудах аббата указывалось, что ещё ни один исследователь не занимался на Юкатане археологией. Ле Плонжон также активно совершенствовался в фотографическом искусстве, чтобы запечатлеть как можно больше памятников. Пионером фотографирования древних памятников Мезоамерики выступил Дезире Шарне, использовавший тяжёлую павильонную камеру, требовавшую стеклянных фотопластин форматом 12 × 16 дюймов (30 × 41 см). Элис и Огюст решились перейти на другую технологию, вдобавок в 1870-х годах Дэвид Брюстер популяризировал стереопары, позволяющие добиться полного эффекта присутствия. Для стереопар супруги Ле Плонжон задействовали стеклянные пластинки формата 4 × 8 дюймов (10 × 20 см), на которые непосредственно перед съёмкой наносился влажный коллодий, обрабатываемый затем нитратом серебра. Такая техника позволяла делать изображения высокого качества, но требовала огромных усилий, оперативности и искусства фототехника. В полевых условиях коллодиевая эмульсия загрязнялась пылью или насекомыми, что требовало повторения процесса. Сухие желатиновые пластины уже существовали ко времени отъезда супругов, но не были проверены в условиях влажных тропиков. Впоследствии Ле Плонжон утверждал, что в условиях города можно было бы попытаться проявлять негативы с сухих пластин, но это требовало льда, который продавался в Мериде по цене 12 центов за фунт.
Ле Плонжоны купили две камеры фирмы Scovill Manufacturing Company — одна для производства стереопар формата 4 × 8 дюймов, вторая — для съёмки на пластинки 5 × 8 дюймов. Огюст опубликовал перед отъездом заметку в газете Photographic Times, в которой описал используемые объективы, набор которых включал как широкоугольные линзы, так и предназначенные для портретной съёмки. Для перевозки по неровным дорогам и тропам были заказаны специальные кофры. Огюст построил передвижную тёмную комнату, которая упаковывалась в особый ящик и могла быть развёрнута в буквальном смысле за пять минут. Примечательной частью дорожного гардероба были штаны для Элис, поскольку она сочла, что лазить по заросшим руинам в юбке будет в высшей степени неудобно (впрочем, у неё была юбка в виде шторки, которую было легко накинуть, если того требовали светские приличия). Приготовления к отъезду были окончены в июле 1873 года: Ле Плонжон выпустил в свет справочник фотографа на испанском языке, рассчитывая на успешные продажи в Мексике, что должно было обеспечить дорожные расходы. 28 июля супруги отплыли на пароходе «Куба».
Семь лет на Юкатане (1873—1880)
Мерида — Ушмаль — Чичен-Ица
Официально Ле Плонжон действовал от имени Американского общества антикваров в Вустере, глава которого обязал Огюста присылать отчёты и сообщения об интересных находках. Элис также подала заявку и получила сообщение, что её рукописи будут рассматриваться, но никаких обязательств начинающая писательница не получит. Лишь в 1879 году в «Записках Американского общества антикваров» увидели свет её «Заметки о Юкатане» по результатам путешествия вдоль восточного побережья полуострова. Элис выступала соавтором Огюста, обрабатывая его рукописи, так как он писал по-английски с ошибками и не всегда мог корректно выражать свои мысли.
Морской переход до Юкатана был омрачён морской болезнью Элис и тем, что грязное судно кишело насекомыми. Власти Гаваны запретили сходить на берег из-за эпидемии жёлтой лихорадки. 7 августа пароход вошёл в порт Прогресо, на берег Ле Плонжонов свезли в шлюпке, на что потребовалось три часа. К тому времени Элис уже страдала от лихорадки. Эпидемия была объявлена и в Мериде, но это не остановило супругов, которые наняли фургон для перевозки имущества. Первый месяц прошёл напряжённо: Элис почти неделю провела в критическом состоянии от лихорадки и оправилась только благодаря Огюсту, служившему сиделкой. Далее его привлекли к суду за игнорирование санитарных правил, а поскольку он был не согласен с приговором и угрожал суду револьвером, то получил две недели ареста. Постепенно они привыкли к месту и прожили в Мериде около полугода. Когда супруги сочли, что успешно адаптировались, они наняли двухколёсную повозку, запряжённую мулом, и двинулись к руинам Северного Юкатана.
В декабре 1873 года супруги отправились в Исамаль, где обнаружили крупный культовый центр, в котором католические обряды причудливо смешивались с языческими представлениями. Огюста заинтересовала индейская медицина, и он пришёл к выводу, что знахари не имеют разработанной системы врачевания, полагая, что причиной всех заболеваний является колдовство, с которым и нужно бороться. Первые фотографии мексиканских памятников были сделаны Ле Плонжоном в декабре 1873 года в деревне Муна, где была примечательная церковь колониальной эпохи. Муна располагалась примерно в 15 милях от Ушмаля. Первое пребывание на руинах городища заняло всего два дня, после чего супруги уехали в Мериду. Ле Плонжоны на практике в некоторой степени овладели юкатекским языком и с ноября 1874 года стали ездить по стране, вакцинируя местное население от оспы. Это было санкционировано губернатором , поскольку на полуострове разразилась сильная эпидемия, но зарплата была символической, вакцину Ле Плонжону также пришлось заказывать за свой счёт. Таким образом супруги добрались до руин Ушмаля, были допущены на религиозные и светские праздники. На территории городища в 1870-х годах была асьенда, где разводили крупный рогатый скот и выращивали сахарный тростник, общее число пеонов достигало пятисот. Супруги разбили лагерь в руинах «Дворца правителя» и занялись сначала оценкой общего плана городища и фотографированием панорамы.
В Чичен-Ицу Ле Плонжоны прибыли через Вальядолид. Из-за партизанских вылазок повстанцев из Чан-Санта-Крус супруги задержались в городе от 20 мая до 21 сентября 1875 года и лишь затем отправились под охраной генерала , будущего юкатанского губернатора. Непосредственно их сопровождали полковник Фелипе Диас, командующий восточной линией обороны, полковник Хосе Коронадо и две роты солдат. Первый сезон в Чичен-Ице продлился пять месяцев, начиная от 27 сентября 1875 года и до февраля следующего года. Супругов разместили на заброшенной асьенде, которую укрепили от нападений повстанцев. Огюст в сентябре 1875 года сильно недооценил объём работ, полагая на основе отчётов предшествующих путешественников, что трёх недель на разведку будет вполне достаточно. Когда срок истёк, полковник Диас вооружил нанятых Ле Плонжонами индейцев, а сами путешественники поселились в здании заброшенной церкви в близлежащей деревне , расположенной в лиге от руин. Объём проделанной Огюстом и Элис работы был очень значительным: они сфотографировали каждое из отдельно стоящих зданий, запечатлев также общие виды, барельефы и иные примечательные детали. Огюст скопировал на кальку фрески верхнего Храма ягуаров, сделал слепки 90 рельефов, из которых наиболее объёмной был 13-метровый фриз с иероглифической надписью в «», а также рельефы платформ Венеры и Орлов и прочего. Был найден и полутораметровый Чак-Мооль, для перевозки которого пришлось сконструировать специальную повозку. Большую часть 1876 года супруги Ле Плонжон провели в Мериде, пытаясь добиться разрешения вывезти Чак-Мооля для экспонирования на Столетней выставке в Филадельфии. В июле они вновь посетили Ушмаль, провели восемь дней в Мотуле и Аке, но из-за острого приступа малярии у Элис вернулись к цивилизации.
Острова и Британский Гондурас