Бори́с Ро́бертович Ви́ппер (; , Москва — 24 января 1967, там же) — русский, латвийский, советский историк искусства, теоретик, педагог и музейный деятель, один из создателей советской школы историков западноевропейского искусства. Профессор (1918, 1931), заслуженный деятель искусств РСФСР (1959), член-корреспондент Академии художеств СССР (1962).
Биография, этапы научной деятельности
Детство, студенческие годы Предки Б. Р. Виппера по отцу были австрийскими выходцами из города Брегенц (Форарльберг, близ Швейцарии), его прадед переехал в Россию около 1820 года. Дед будущего искусствоведа, Юрий Францевич Виппер, преподавал в 1-й частной гимназии Креймана, Строгановском училище и Лазаревском институте, отец Роберт Юрьевич Виппер — известный русский историк, профессор, впоследствии академик. Мать, Анастасия Васильевна Виппер, урожденная Ахрамович (1863—1915), — белорусского происхождения, родом из Слуцка. Отец и мать Бориса жили в полном духовном единении, их единственный ребенок рос в обстановке семейной гармонии и заботы о развитии его способностей. Б. Р. Виппер вспоминал впоследствии, что родители уделяли ему много внимания, не стесняли, но и не баловали, много путешествовали вместе с ним. От отца Борис Виппер воспринял широкий историзм и образность мышления, а также его яркий, живой литературный стиль. Рано проявились и его собственные художественные склонности, прежде всего — тяготение к живописи и к музыке.
В 1906 году Борис Виппер окончил Седьмую Московскую классическую гимназиюВ интернет-материале «Гимназия Креймана» имя Б. Р. Виппера (без ссылки на источник) упоминается среди тех, кто до революции «учился» в гимназии Креймана. Сам факт учебы в гимназии Креймана не противоречит утверждению Т. Н. Ливановой (много лет знавшей Бориса Робертовича и работавшей с ним) о том, что «Б. Р. Виппер окончил VII Московскую классическую гимназию». При этом в статье Инги Томан о гимназии Креймана, опубликованной в газетах «Татьянин день» (1991, № 4), «Modus Vivendi» (1996, № 1), «Московской немецкой газете» (2005, № 19), автор, подробно характеризуя преподавателя Юрия Францевича Виппера и добавляя, что «преподавал в гимназии и сын Юрия Францевича — Роберт Юрьевич Виппер», внука Бориса среди «питомцев гимназии Креймана» не упоминает. и поступил на историко-филологический факультет Московского университета. Основным учителем Б. Р. Виппера в университете был Н. И. Романов, лекции которого дали Випперу не только обстоятельные знания по истории западноевропейского искусства, но и вызвали преобладающий интерес к двум его классическим периодам — итальянскому Возрождению и Голландской живописи XVII века. Однако первой научной публикацией Б. Р. Виппера стала его работа на античную тему: «Памятник Гарпий» (1908), написанная под влиянием курсов искусства древних эпох другого университетского наставника – В. К. Мальмберга.
Начало научно-педагогической деятельности Если студенческие годы Бориса Виппера (1906—1911) совпали с рождением полноценного университетского искусствознания в России — преобразованием кафедры истории искусств при историко-филологическом факультете Московского университета в первое и единственное в стране отделение истории и теории искусств (1907), — то началу его научно-педагогической деятельности сопутствовало открытие в Москве Музея изящных искусств (1912), ставшего основным местом исследовательской и просветительской работы первых выпускников отделения.
По завершении обучения Б. Р. Виппер был оставлен при университете. В процессе подготовки к магистерскому экзамену он совершил несколько поездок за границу, работал в библиотеках и музеях Вены, Парижа, Берлина, Италии, Голландии. В это же время он практически изучал живопись в студиях К. Киша и К. Ф. Юона, а также архитектурное проектирование под руководством архитектора И. И. Рерберга. С 1913 года Виппер работал хранителем картинной галереи Румянцевского музея и одновременно (в 1914—1917) читал лекции по истории искусства в Народном университете имени Шанявского. Первые же выступления молодого лектора имели большой успех. Ранние публикации Виппера передают его яркую, полемическую манеру лектора, с первых же слов захватывавшего аудиторию, — примером может служить вступление в его статье «Проблема сходства в портрете» (1917): «Заказчик и художник редко бывают друзьями. Да и трудно прийти к дружескому согласию, толкуя на разных языках. Ведь заказчик, особенно если он к тому же любитель искусства, никогда не ограничится простым определением срока, когда должен быть готов заказ, или цифрой вознаграждения; ведь ему тоже хочется принять участие в создании будущего художественного произведения: у него есть любимые настроения, у него есть стена или потолок, которые он давно мечтал вот так или так разукрасить. А художник просит только об одном: чтобы не насиловали его творческую волю, чтобы чужие, неловкие руки не измяли нежный образ его фантазии, его хрупкую святыню. Где же им столковаться! Но нигде эта рознь, эта почти враждебность двух несогласных мировоззрений, нигде она не сказывается так резко, как в области портрета…».
В 1915 году, после сдачи магистерских экзаменов, он был зачислен приват-доцентом Московского университета (1916). Защита его магистерской диссертации на тему «Проблема и развитие натюрморта» произошла уже после революции — в 1918 годуДиссертация Б. Р. Виппера была опубликована с большим опозданием в Казани: «Проблема и развитие натюрморта. (Жизнь вещей)» — 1922. Современное издание: СПб.: «Азбука-классика», 2005. — 382 с. — (Серия «Художник и знаток»). — ISBN 5-352-01268-9.. С 1918 года он участвовал в работе музейной секции Наркомпроса и тогда же был утверждён в звании профессора Московского университета, где читал курсы и вёл семинары до лета 1924 года. В эти годы лекции Б. Р. Виппера слушали Н. И. Брунов, В. Н. Лазарев, М. В. Алпатов, Г. В. Жидков — впоследствии выдающиеся советские искусствоведы. Специальный курс Б. Р. Виппер был посвящён искусству Возрождения, в этот же период он много времени уделял голландской живописи XVI—XVII веков и особенно РембрандтуЭтой теме посвящены статьи Б. Р. Виппера «Рисунки голландских художников XVI века (1917), «Проблема сходства в портрете» (1917), «Рембрандт в изгнании» (1922).. В это же время им была написана программная статья об историческом развитии стилей: «Три стиля» (1920). В этой небольшой работе Б. Р. Виппер сформулировал свою концепцию развития изобразительного искусства — в зависимости от понимания пространства и предмета в различные эпохи. К первому стилю он отнёс классическое искусство Древнего Египта, в котором господствовало плоскостное изображение, где нет пространства вне предмета. Ко второму — искусство Дальнего Востока, где есть динамическое пространство, но взятое сверху вниз, а не в обычной перспективе. К третьему — европейскую живопись последних пяти столетий с его глубоким пространством, центральной перспективой и объемным изображением предмета. При этом общая эволюция искусства, по Випперу, была связана не с развитием технического мастерства, а со сменой художественных мировоззрений.
В первые послереволюционные годы возникло ещё одно направление научно-просветительских интересов Б. Р. Виппера: введение в научный оборот отечественного искусствознания работ ведущих зарубежных историков искусства. Виппер перевёл на русский язык один из ключевых трудов Генриха Вёльфлина «Истолкование искусства» и редактировал перевод книги Макса Фридлендера «Знаток искусства»Вёльфлин Г. Истолкование искусства. Перевод и предисловие Б. Виппера. — , 1922; Фридлендер М. Знаток искусства. Перевод В. Блоха, редакция Б. Виппера — : «Дельфин», 1923.. Последняя работа отразила еще одну сторону многогранной деятельности Виппера — его интерес к проблемам научной атрибуции и музейной экспертизы произведений искусства.
Вынужденный отъезд и работа в Латвийском университете и Академии художеств В 1922 году в журнале «Под знаменем марксизма» была напечатана работа В. И. Ульянова (Ленина) «О значении воинствующего материализма», в которой отец Б. Р. Виппера историк Р. Ю. Виппер был объявлен сторонником «теоретико-познавательного критицизма», связанного с достижениями экспериментальной психологии (эмпириокритицизм). Последовавшие вслед за этим идеологические гонения в советской печати вынудили профессора Р. Ю. Виппера подать прошение в Ригу в недавно созданный Латвийский университет. Летом 1924 года 65-летний Роберт Юрьевич оставил Московский университет и к началу учебного года переехал в Ригу в сопровождении сына — молодому профессору Б. Р. Випперу также последовало предложение, из Латвийской Академии художеств. В Москве остались жена Бориса Робертовича, Мария Николаевна, с тремя детьми — 8-летним Юрием, 4-летним Павлом и годовалым Андреем. Мария Николаевна Виппер с детьми переехала в Ригу только в 1928 году Ковальчук С. Историк и его история: Роберт Юрьевич Виппер // Русский мир и Латвия. Альманах. — № XXV. — Рига, 2011. — С. 200—210. ).
С конца лета 1924 года до середины мая 1941 года отец и сын — Роберт и Борис Випперы — жили и преподавали в Риге. Они стояли особняком к многочисленной российской эмиграции, их присутствие не было замечено практически ни в одной местной русской организации того времени. Б. Р. Виппер вёл курсы истории и теории искусств в Латвийском университете и в Академии художеств, и кроме того, специально занимался латышским искусством и фактически положил начало его научной разработке («Латышское искусство», 1927; «Искусство Латвии эпохи барокко», 1937; «Проблемы истории латышского искусства», 1938; «Латвийское искусство. Опыт синтеза», 1940).
Параллельно Б. Р. Виппер продолжал разрабатывать свои лекционные курсы по всеобщей истории искусства, периодически публикуя фрагменты из текстов лекций в статьях («Первобытное искусство», 1925; «Критское искусство», 1928; «Китайская живопись», 1928; «Проблема времени в изобразительных искусствах», 1936). Для издания автобиографии Бенвенуто Челлини Виппер подготовил вводную статью, представив личность скульптора-мемуариста в широком историко-культурном контексте («Бенвенуто Челлини. Человек, время, художник», 1941).
В 1927 году он защитил докторскую диссертацию в Каунасском университете.
К середине 1930-х годов в процессе работы над лекционными курсами Випперу стало не хватать прежних впечатлений от памятников классического искусства, полученных в его первых европейских поездках после окончания университета. Летом 1937 года он совершил новое путешествие, побывав в Вене и Париже, в Голландии, Германии и во многих городах Италии. Кульминационным моментом поездки стало посещение огромной выставки произведений Тинторетто в Венеции. Экспозиция отличалась редкой полнотой, многие работы художника были извлечены на свет из обычно темных храмов, где они были практически недоступны для восприятия, его знаменитые живописные циклы в Скуола Сан-Рокко были специально подсвечены. Выставка Тинторетто дала Б. Р. Випперу важные импульсы для последующего создания монографии об этом мастере, другие итальянские впечатления непосредственно отразились в монографии о Джотто (1938). Латвийский этап научной деятельности Виппера подытожил его сборник очерков по истории и теории искусства «Судьбы искусства и художественные ценности», изданный в 1940 году.
Возвращение в Москву. Руководство кафедрой всеобщего искусствознания