Исаак Соломонович Нуси́нов (март 1901, Житомир, Волынская губерния, Российская империя — 27 сентября 1937, Москва) — революционер, государственный и партийный деятель СССР, литератор. Научный сотрудник Комакадемии. Ответственный инструктор ЦК ВКП(б). Расстрелян в ходе Большого террора.
Племянник Хаима Нахмана Бялика, известного еврейского поэта.
Биография Получил среднее образование, окончив гимназию-восьмилетку.
В 1917–1918 годах был членом социалистической еврейской партии Бунд ("Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России").
Служил в РККА с декабря 1918 по май 1919 года, красноармеец.
Член РКП(б) с 1919 года.
Работал вальцовщиком на парфюмерной фабрике в 1919—1920 годах.
С мая по декабрь 1920 года учился в артиллерийской школе РККА.
С января 1921 по декабрь 1922 года — член коллегии отдела агитации и пропаганды ЦК РКСМ. В январе 1923 – апреле 1924 года ответственный секретарь Витебского губкома РКСМ. В апреле 1924 – мае 1925 года заведующий организационным отделом Борисовского окружкома КП(б) Белоруссии. В мае 1925 – июле 1926 года ответственный секретарь Борисовского окружкома КП(б) Белоруссии. С сентября 1926 по 1928 год — ответственный инструктор Сибирского крайкома ВКП(б).
1 декабря 1928 – 1 апреля 1929 года 1-й секретарь Барнаульского окружкома ВКП(б), в 1929—1930 годах ответственный инструктор Сибкрайкома ВКП(б).
С августа 1928 года входил в редколлегию политико-экономического журнала Сибирского крайкома ВКП(б) «На ленинском пути». Являлся одним из учредителей литературного—публицистического и сатирического журнала «Настоящее», издававшегося в Новосибирске с 1928 по начало 1930 г. Этот журнал считается выдающимся памятником периодики русского авангарда. Главным редактором издания и заведующим отделом печати Сибкрайкома ВКП(б) был А. Л. Курс, прибывший в Новосибирск в 1926 году по направлению ЦК ВКП(б). При поддержке своего друга и руководителя С. И. Сырцова они основали один из первых советских литературно-публицистических журналов. В нём за «литературщину» регулярно подвергались критике М. Горький, М. Шолохов, Ю. Олеша.
До 6 августа 1930 – ответственный секретарь Томского окружкома ВКП(б). В этот период опубликовал статью в томской газете "Красное Знамя", в которой содержалась критика партийной политики (в частности, не озвученный в статье секретный циркуляр ЦК ВКП(б) от 7 февраля 1930 г.) сплошной коллективизации и ликвидации кулачества как класса.
6 августа 1930 переведён в Москву на должность ответственного инструктора ЦК ВКП(б).
Оппозиция Сталину 4 февраля 1930 года отправил письмо Сталину. Вот несколько цитат: «Властный, властолюбивый, ты стремился, а ныне сумел собой подменить Политбюро», «Ваша политика не ленинская политика, а политика авантюр, скачков, рывков».РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 776. Л. 42-43 Это письмо с пометками Сталина, Молотова и Кагановича хранится в архивах. Существует и краткий ответ СталинаРГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 776. Л. 47.
Сталин переслал письмо В. Молотову и Л. Кагановичу со своим комментарием, написанным поверх письма Нусинова: «Это письмо правого уклониста. Этот "уважаемый товарищ" состоит, оказывается, "науч. сотрудником" в Комакадемии и преподает в МГУ. Этот "уваж. тов-щ" требует, чтобы высекли его в печати. Стоит ли? Думаю, что не стоит. Что можно тут предпринять? Не лучше ли будет, если Молотов вызовет его и отчитает? Я ему напишу в двух словах, что ответа по существу не будет, так как ответ правым уклонистам уже дан партией»РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 776. Л. 42.
На письме Нусинова оставили свои комментарии Молотов и Каганович. Комментарий Молотова: «Читал. Такому больше чем правому уклонисту не место в партии. Поговорить с ним не отказываюсь. В. Молотов». Комментарий Кагановича: «По моему с таким правым капитулянтом близким к предательству и говорить не стоит. Л. Каганович».
Работая в Москве, сблизился с группой партийных и советских деятелей в аппарате ЦК ВКП(б), пытавшихся сместить И. Сталина с поста генерального секретаря ЦК на ближайшем пленуме, но один из лидеров группы, секретарь партийной ячейки литературного отделения Института красной профессуры Б. Г. Резников, выдал эти планы Сталину.
Впоследствии все участники группы были осуждены как члены координационного центра так называемого «право-левацкого блока», которым руководил открытый оппонент Сталина председатель СНК РСФСР С. И. Сырцов, с которым Нусинов был знаком со времени совместной работы в Сибирском краевом комитете ВКП(б). Планы по смещению Сталина Сырцов обсуждал с соратниками на квартирах друзей — Нусинова, А. Л. Курса и В. А. Каврайского. Во время одной из этих встреч Сталин позвонил на квартиру Нусинова и пригласил Сырцова явиться на внеочередное заседание политбюро ЦК ВКП(б). На заседании Сталин спросил Сырцова: «Какие вопросы Вы обсуждали сейчас на квартире Нусинова, товарищ Сырцов?». Сырцов ответил: «Проблемы повышения продуктивности крупного рогатого скота, товарищ Сталин». Тогда Сталин пригласил в зал Б. Г. Резникова, предупредившего вождя о существовании оппозиции. Поняв, что произошло, С. Сырцов открыто выступил против Сталина. Он заявил, что политбюро превратилось в совещательный орган при генеральном секретаре ЦК, что большинство хозяйственных успехов относительны, поскольку имеет место очковтирательство, которое поощряется сверху, политика коллективизации стала гибельной для крестьянства, а искусственное наращивание темпов социалистического строительства ведёт к экономическому хаосу. Серго Орджоникидзе пытался остановить своего друга: «Сергей, что ты говоришь!». Л. М. Каганович потребовал немедленно расстрелять Сырцова.
22 октября 1930 года Сталин принял Нусинова и заведующего информационным сектором ЦК ВКП(б) В. А. Каврайского, обвинив их в «антипартийной двурушнической фракционной работе».
25 октября 1930 года Нусинова вызвали в ЦКК на очную ставку с Б. Г. Резниковым. На заседании в присутствии Г. К. Орджоникидзе, Е. М. Ярославского и П. П. Постышева Нусинов отрицал обвинения в фракционной деятельности и поддержке «блока Сырцова-Ломинадзе». В тот же день он, а также все основные сторонники Сырцова (А. Л. Курс, В. А. Каврайский, А. И. Гальперин) были арестованы органами ОГПУ.
Содержался в Бутырской тюрьме, затем во внутренней тюрьме ОГПУ.
Находясь в заключении, написал заявление на имя начальника Секретного отдела ОГПУ Я. С. Агранова (с направлением копий в ЦК и ЦКК ВКП(б)) в котором говорилось:«Я считаю, что допустил грубую и тяжёлую ошибку, отказавшись во время разбирательства моего дела тт. Орджоникидзе, Ярославским и Постышевым искренне и прямо рассказать о своей фракционной работе за период после XVI съезда партии <...> Я считаю, однако, своим долгом прямо заявить, что у меня имеются серьёзные расхождения с Центральным Комитетом в ряде вопросов хозяйственной политики <...> Тесная личная связь у меня, тт. Курса, Каврайского, Резникова и Гальперина с т. Сырцовым установилась ещё во время совместной работы в Сибири. Во время съезда партии чувство некоторой неудовлетворённости оставил у всех нас доклад тов. Сталина <...> В частности, мы считали не правильным то, что тов. Сталин обошёл молчанием вопрос об ошибках, допущенных рядом партийных организаций при развёртывании колхозного движения. Мы считали также, что в докладе не было достаточно объективной постановки вопроса о реальном уровне заработной платы рабочих в текущем хозяйственном году. Наконец, мы считали не правильной оценку состояния денежного обращения в стране <...> большое место в наших разговорах занимал вопрос о системе внутрипартийного руководства и внутрипартийных отношений вообще <...> тов. Сырцов в резких тонах говорил, что обстановка в Политбюро является совершенно ненормальной <...> нужна коренная перестройка методов работы Политбюро на началах подлинной коллективности».
На страницах газет («Красное знамя» и других) началось шельмование Нусинова и «нусиновщины». Таким клеймом стали обозначать всех, не согласных с линией руководства партии и государства.
4 ноября 1930 года состоялось объединённое заседание политбюро ЦК и Президиума ЦКК ВКП(б). 5 ноября было принято постановление объединенного заседания: «1. Заслушав сообщение Центральной Контрольной Комиссии о фракционной антипартийной работе Сырцова, Ломинадзе, Шацкина и др. и объяснения последних объединённое заседание <...> устанавливает, что: а) т. Сырцов организовал подпольную антипартийную группу, в руководящее ядро которой входили Нусинов, Каврайскийпартработник, литератор и социолог; 1891 г.р., урож. г. Симбирска; в Сибири с января 1921 — зам. уполномоченного наркомфина, нач. Сибкрайстатуправления. Член бюро Сибкрайкома ВКП(б), зав. отделом по работе в деревне. В 1930 переведён в аппарат ЦК ВКП(б) (инструктор отдела агитации и пропаганды), преподавал политэкономию в Коммунистическом университете им. Я.М. Свердлова, член редколлегии журнала “Большевик”. В октябре 1930 исключён из ВКП(б) и арестован за участие в “блоке Сырцова-Ломинадзе”, затем освобождён. Одновременно с И. Нусиновым сослан в г. Алма-Ата. Работал зам. нач. управления Казахстанского наркомхозучёта; вновь арестован в 1937; осуждён Военной коллегией Верховного суда СССР 03.10.1937 к расстрелу., Гальперин, Курс и др.» РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 802. Л. 1-3
1 декабря 1930 года совместным постановлением ЦК и ЦКК ВКП(б) И. С. Нусинов был исключён из партии.
12 декабря 1930 гола постановлением Особого совещания при коллегии ОГПУ СССР И. С. Нусинов и В. А. Каврайский были приговорены к ссылке в город Алма-Ата Казахской ССР и высланы в тот же день.
В ссылке вначале работал в наркомате земледелия Казахской ССР заведующим сводно-плановым сектором. В июне 1932 года — член коллегии наркомзема Казахской ССР, заведующий учётно-статистическим сектором, старший научный сотрудник НИИ животноводства Казахской ССР.
С февраля 1935 года по декабрь 1936 года — заместитель директора Института экономики сельского хозяйства наркомзема КазССР.
Коллеги Нусинова по партийной работе были подвергнуты репрессиям в соответствии с закрытым письмом ЦК ВКП(б) от 29 июня 1936 г. Так, директора Томского индустриального института А. М. Кашкина исключили из ВКП(б) со следующей формулировкой: «Как двурушник: в 1931 г. во время разгрома группы двурушников Нусинова и Каврайского Кашкин, будучи членом бюро Томского горкома ВКП(б), в составе которого состоял Нусинов, голосовал против исключения из партии члена этой антипартийной группы Изюмова, чем по сути дела продолжал проводить антипартийную линию группы Нусинова и Каврайского».
Арест Вновь арестован 23 декабря 1936 года УНКВД Алма-Атинской области.
4 февраля 1937 года, ещё до применения пыток на следствии, признал, что он «с 1918 — участник к/р террористической организации правых». 16 сентября 1937 года в письме на имя наркома внутренних дел КазССР Л. Б. Залина отказался от показаний.
15 сентября 1937 года начальник 8-го (учётно-регистрационного) отдела ГУГБ НКВД СССР В. Е. Цесарский подписал и направил в политбюро расстрельный список по Казахской ССР по 1-й категории (расстрел), включавший фамилии Нусинова и Каврайского. Документ завизирован Сталиным и Молотовым.
И. С. Нусинов был этапирован в Москву, осуждён Военной Коллегией Верховного Суда СССР 27.09.1937 года по статьям 58-7, 58-8, 58-11 УК РСФСР и приговорён к высшей мере наказания. В тот же день расстрелян. Место захоронения — «могила невостребованных прахов» №1 крематория Донского кладбища г. Москвы.
26 апреля 1958 года Военной Коллегией Верховного Суда СССР реабилитирован.
Ф. В. Нусинова В Алма-Ате жил вместе с женой Фридой Вениаминовной Нусиновой., с 1934 года работавшей певицей в Казрадиокомитете. Ф. В. Нусинова впоследствии проявила себя как выдающийся педагог, создатель осетинской вокальной школы. Она была одним из основателей музыкального училища в г. Орджоникидзе (ныне г. Владикавказ) Северной Осетии, много лет возглавляла вокальное отделение. Выпускники Ф. В. Нусиновой составили кадровую основу национального вокального искусства, благодаря чему был открыт оперный театр.
Удостоена звания народной артистки Северной Осетии.