Мода периода 1600—1650 годов в западноевропейской одежде является наиболее узнаваемой за весь XVII век, чему, в частности, поспособствовал историко-приключенческий жанр литературы (и впоследствии кино) т. н. «плаща и шпаги», популярный в XIX веке, его самым известным представителем являются «Три мушкетёра» Александра Дюма-отца. Она характеризуется заменой горгеры (фрезы) в пользу широких кружевных воротников. Талия силуэта «приподнялась» вверх как у мужчин, так и у женщин. Среди других примечательных изменений в моде того времени можно отметить полные рукава с прорезями и высокие или широкие шляпы с полями. У мужчин вместо плундров появились бриджи, продержавшиеся в моде вплоть до самого конца XVIII века. Также в это время широко распространяется обувь на каблуках: так, в Англии ещё в конце XVI века туфли (и мужские, и женские) по большей части были с плоской подошвой.

Силуэт, максимально прилегающий к телу, с узкими рукавами и низкой заостренной талией примерно к 1615 году начал постепенно смягчаться и расширяться. Рукава стали очень широкими, и в 1620-х и 1630-х годах их часто сшивали из лоскутков или делали разрезы для демонстрации рубашек и сорочек под ними.

В данный промежуток времени центр моды переместился из Испании во Францию, тренды и новые веяния начал задавать французский королевский двор.

Испанская мода в начале-середине XVII века оставалась консервативной, впрочем равно, как и в её бывшем владении — в Нидерландах, где последние парижские модные веяния проникали с опозданием на десять, а то и на двадцать лет. Именно в Испании и Нидерландах, фреза продержалась дольше всего, исчезнув сначала у мужчин, а затем у женщин (также женщины носили фрезы во Франции и Англии).

Социальная напряженность, приведшая к Английской революции, отразилась на английской моде: сложные французские стили, популярные при дворе Якова I и его сына Карла I, контрастировали с практичной тёмно-белой гаммой пуританской одежды, занесённой в Новый Свет (в частности, в Новую Англию) в результате их бегства от угнетения на Альбионе.

В первые десятилетия века тенденция среди поэтов и художников на меланхолию находит свое отражение и в моде. Характерными признаками являются темные цвета, открытые воротники, расстегнутые платья или дублеты, а также в целом растрепанный вид, сопровождаемый на портретах утомленными позами и грустными выражениями лица.

Начиная с самостоятельного правления с 1654 года французского короля Людовика XIV, «короля-солнце», развитие моды примет новый характер, обусловленный не в последнюю очередь личностью самого государя. В частности, когда Людовик XIV начнёт лысеть, в моду войдут парики, напоминавшие некогда пышные кудри короля. Последствия отражаются в и в начале XVIII века.

Ткани

Уже к тому моменту в ряде мест был налажен промысел изготовления тканей, и даже их промышленное производство. Так, во Франции производство шёлка было налажено в Лионе, в Руане — производство тонких тканей, в Санлисе появляется собственный кружевной промысел (в соседнем городе Шантильи в следующем столетии также появится собственный кружевной промысел), в Провансе в это столетие появляется промысел изготовления набивных тканей, основанных на аналогичных индийских (начавших импортироваться во Францию между 1630—1640 гг., а в 1654 г. основывается одна из первых мануфактур, в Марселе). Что интересно, многими из основателей мануфактур по изготовлению набойки были гугеноты, что печально скажется на промысле после отмены Нантского эдикта в 1681 году. Вообще, производство набивных тканей в XVII в. налаживается во многих западноевропейских странах, помимо Франции — также в Англии, Голландии, Германии, Швейцарии и Италии (в предыдущее столетие бывшей лидером по производству набойки в Европе). В Англии официальный ввоз набойки азиатского происхождения был разрешён особым королевским указом 1631 года, эту привилегию получила Английская Ост-Индская компания, однако собственное производство набойки в Англии будет налажено позднее данного периода. Как и во Франции, английские мастера-набойщики за основу взяли восточные набойные ткани.

Узоры, их характер и наличие в данный период менялись с течением времени и в зависимости от местности. Так, известные ещё с прошлого столетия узорчатые шелка со сложными и замысловатыми узорами в виде граната или артишока в данный промежуток времени всё ещё были в моде, особенно в Испании. Однако большей популярностью (особенно в Англии) пользовались более лёгкие узоры с цветочными мотивами-завитушками, выполненные вышивкой или же вытканные. Помимо растительного орнамента, использовались узоры в виде вазонов, корон, корзин и т. д. Начиная с 1620-х годов узорные ткани выходят из моды, и на смену им приходят однотонные атласные ткани.

Кружево активно использовалось пир декорировании белья — рубах, сорочек и их воротников. На этот период приходится расцвет игольчатого кружева. Ретичелла, стиль, характеризующийся геометрическими орнаментами стиль кружева, эволюционировавший из вышивки-ришелье (вопреки устоявшемуся в русском языке названию, известной ещё с позднего Средневековья), в данный период всё ещё не терял своей актуальности. Однако на её основе возник новый стиль — (, , ), в котором также было возможно выполнять популярные тогда завитые узоры растительной тематики, и главным отличием которой являлось отсутствие тканой основы, подразумевавшейся в случае с ретичеллой. В конце концов на протяжении данного периода пунто-ин-ария окончательно вытеснило ретичеллу.

Повседневная мужская одежда шилась из холста и сукна. Женские платья чаще всего шились из сукна и шерстяных тканей. Одежда знатных женщин, к примеру, придворных дам, изготавливалась из таких дорогостоящих тканей, как атлас, бархат, тафта и узорчатый шёлк. Простолюдины шили одежду из наиболее доступных и дешёвых тканей — сукна, льна и шерстяных тканей.

Одежда знатных людей нередко украшалась бриллиантами и жемчугом, использовавшихся, например, в вышивке и тому подобной отделке.

Во Франции в данный период цветовая гамма повседневной мужской одежды была жёлто-коричневая, синий и красный же цвета были более нарядными. Ношение одежды белого цвета было лишь прерогативой французского короля. В протестантских странах (а также в общинах протестантов в католических странах) в одежде преобладал чёрный цвет. Вообще, в протестантских странах, по сравнению с католическим, яркие цвета в одежде были не так выражены, как в католических. Так, в тех же Нидерландах красный цвет в одежде практически не встречался, зато, помимо чёрного цвета, были распространены жёлтые, серые и белые тона, чуть оттенённые оранжевым или тёмно-синим узором. Знать облачалась в фиолетовое, помимо чёрного, притом главные элементы костюма изготовлялись из матовых тканей, а менее значимые — из блестящих. Подобная практика была прежде всего связана с целомудрием и смирением. В частности, в тех же Нидерландах любая изысканность в одежде осуждалась вплоть до 1650-х годов. В Англии же, несмотря на англиканство — протестантское движение в качестве государственной религии — мода была больше ориентирована на Францию.

Регуляция государством

Помимо собственно модных веяний, на одежду данного периода оказывало законодательное регулирование, запрещавшее те или иные элементы одежды, ограничивавшие пользование предметами роскоши, и предписывавшее одеваться тем или иным образом (впрочем, подобные законы о роскоши, они же сумптуарные, известны и в предыдущие эпохи). Так, в 1629 году во Франции был приняты эдикты, запрещавшие ношение кружев, одежды с роскошной вышивкой и золотным шитьём для всех, за исключением высшей знати и королевской семьи. Помимо этого, действие эдиктов ограничивало (или прямо запрещало) использование разрезов и лент на одежде, а также буфов. В 1633 году данный эдикт был принят повторно. Говоря о распространённости законов о роскоши до этого, отметим, что данные ограничение были введены в ответ на невиданное распространение в одежде роскоши, проявившееся после смерти Генриха IV, в своё время также принявшего аналогичный закон, хотя в реальности они оказались довольно слабодейственными. Царствующий в этот период французский король Людовик XIII вообще привык экономить на всём, включая одежду, и потому одевался просто и неброско, и по той же причине не раз пенял своего фаворита, Анри де Сен-Мара, за то, что тот в будний день носил, к примеру, парчовый колет с покрывающим плечи воротом из тонких кружев, и расшитых золотом штанах. Впрочем, на собственную казнь франт Сен-Мар также отправился богато вырядившись: в суконном костюме коричневого цвета с золотыми кружевами в два пальца шириной, и с чёрной шляпой, украшенной фазаньим пером на голове. В числе других законодательных актов, принятых Людовиком, было запрещение заграничных кружев и тканей, дабы поддержать отечественное производство.

Испанский король Филипп IV своим указом отменил горгеры и их ношение с подачи своего соправителя, графа-герцога де Оливареса.

Свои особенности регуляции одежды были в восточноевропейских странах, включая Россию. Уже позднее, в 1675 г. вышел указ Алексея Михайловича «О неношении иноземного платья и нестрижении волос по иноземскому обычаю», по которому служилым людям и дворянам в случае ношения иной одежды, кроме русской, грозило понижение в чине. В данный период, в царствование Михаила Фёдоровича, прямых ограничений на ношение западной одежды, включая западноевропейскую, не налагалось; но тем не менее, в Московской Руси к западной одежде относились с подозрением и в то же время интересом и изумлением. Это было особо выражено среди простонародья, в отличие от знати, никогда не видевших иностранцев. Западноевропейский мужской костюм (немецкий в тогдашней терминологии), демонстрирующий ноги, носившими долгополые одежды москвитянами мог сравниваться с обликом журавля. Некоторые прохожие, видя разодетых «по-немецки» иностранцев, дразнили их «Карлухами — журавлиные ноги» (об этом упоминает Джером Горсей в своей дневниковой записи за 1583 г.) и кричали вслед: «Хрыг (то есть журавль)! Кыш на Кокуй!», во втором случае как бы прогоняя в Немецкую слободу, стоявшую на этой ныне несуществующей реке (при том немецкий путешественник и дипломат Адам Олеарий в своём «Описании путешествия в Московию» вспоминал, что название реки могло трансформироваться в известное русское матерное выражение, как писал сам Адам: «русские повернули в срамное слово, означающее название мужеского уда»). Наиболее активные пытались избивать европейцев в своей «немецкой» одежде (Олеарий же приводит жалобу послов западноевропейских стран царю на частые избиения москвичами и последовавшую за этим меру: телесное наказание кнутом за оскорбление иностранцев). Кроме того, казавшаяся на взгляд жителей Московской Руси нелепой, западная одежда, в том числе в данный период, использовалась и в качестве шутовской: так, в 1630-е гг., немецкие платья были пошиты для главного потешника (шута) при дворе Михаила Фёдоровича и его товарищей, развлекавших государя и его семью по праздникам в особой потешной палате. Для развлекательных же целей в приблизительно это же время западноевропейские платья были пошиты для семилетнего царевича Алексея, его трехлетнего брата Ивана и игравших с ними боярских детей. Пожалуй, одним из немногих москвитян в данный период, достоверно искренне любивших западную одежду, был боярин Никита Романов, двоюродный брат Михаила Фёдоровича. Да и то, он одевался по-западному (во французский, а также в польский костюм) лишь в своей вотчине, выезжая на охоту и развлекаясь в потешной палате. Об этом упоминает и Олеарий, лично знавший двоюродного брата царя.

В Венгрии, где западноевропейскую одежду носили, но доминировала всё же собственно венгерская, чрезмерное увлечение западной модой также осуждалось. В качестве наказания надевших «немецкий» наряд, например, могли не пустить на бал.

Влияние искусства