Ли́епая или Лие́паяРяд словарей указывает ударение на 2-й слог — Лие́пая (традиц. Лиепа́я; ; до 1920 года — Либа́ва, от ) — город государственного значения на юго-западе Латвии, на побережье Балтийского моря. Крупнейший город исторической области Курземе, третий по величине город Латвии (после Риги и Даугавпилса), важный промышленный центр и незамерзающий порт (первоначально военно-морская база русского флота). Является самым западным городом Латвии.
Лиепая известна в Латвии как «город, где рождается ветер», возможно, из-за постоянного морского бриза. Песня с одноимённым названием (), написанная Имантсом Калныньшем, стала гимном города.
История
Первые упоминания Средневековое название города (Liva Portas — «ливская гавань») свидетельствует о том, что в древности здесь жило прибалтийско-финское племя ливов (от названия реки, которое в свою очередь, произошло от ливского слова «лиив», означающего «песок»). Поселение ливов на месте города, предположительно, существовало до прибытия в 1198 году в Прибалтику рыцарей-меченосцев. Название населённого пункта впервые упоминается в хронике 4 апреля 1253 года, в записи о разделе земель между Тевтонским орденом и Курляндским епископом.
Как морская гавань поселение Портас Лива (Portas Liva, Lyva) впервые упоминается десятью годами позднее, в 1263 году. Это было владение гробинского фогта с немногими его вассалами, но являлось важным пунктом на пути из резиденции Тевтонского ордена в Мариенбурге в резиденцию Ливонского ордена в Риге. Торговое значение гавани поначалу было невелико: через него вывозились лес, рыба, мясо и масло в северо-восточные германские земли.
В 1300 году рыцари Ливонского ордена возвели здесь собор, в следующем году — соорудили укреплённый замок, а сам город обнесли каменной стеной.
В 1418 году город был разграблен и сожжён литовцами, его население уничтожено. Спустя четыре года к восстановленному городу подошёл с войском польский король Владислав Ягайло, но, не взяв замка, отступил.
В XV веке через Ливу проходил торговый путь из Амстердама в Москву, известный как «белая дорога к Лива Портус». К 1520 году река Лива стала слишком мелкой для удобной навигации, и это негативно сказалось на развитии города.
В 1560 году ландмейстер Тевтонского ордена Готхард Кетлер отдал в залог за район Гробина (включая и Ливу) прусскому герцогу Альбрехту Гогенцоллерну, бывшему великому магистру Тевтонского ордена, перешедшему в протестантство и объявившему основные владения ордена герцогством Пруссия, первым герцогом которого он провозгласил себя самого. В 1561 году ландмейстер Готхард последовал примеру гроссмейстера Альбрехта, и объявил Ливонский орден своим владением — герцогством Курляндия.
Под прусской властью территория пережила первый расцвет. Если в конце XVI века населённый пункт, который получил название Либау, насчитывал 60 немецких семей, то уже на рубеже XVII века их количество возросло до 250—300 и продолжало увеличиваться. В 1581 году прусский землемер Возегин, назвавший Либау городом, составил его описание и нанёс на карту 28 участков застройки.
Либау был возвращён Пруссией герцогу Курляндии через полвека, в 1609 году, когда младший из сыновей Готхарда Кетлера, Вильгельм, женился на прусской принцессе Софии фон Гогенцоллерн, получив за ней в приданое заложенные ранее Гробин и Пильтен.
Во время Ливонской войны (1558—1583 годы) населённый пункт был разрушен шведами.
Основание города в герцогстве Курляндском 18 марта 1625 года герцог Курляндии Фридрих Кетлер даровал Либау (Libow) права города, а через два дня там же утвердил акт о границах города. В Акте о правах города 1625 года перечислены права и обязанности всех городских организаций, зафиксированы правила приёма в эти товарищества, их отношения друг с другом и городом. Был утверждён городской герб следующего вида: на серебряном фоне курляндский лев с раздвоенным хвостом опирается на липовое дерево своими передними лапами.
В 1626 году права города были подтверждены сюзереном Курляндского герцогства королём Польши Сигизмундом III Ваза. В хронике важнейших событий отмечается, что Либау пережил эпидемию чумы в 1646—1647 годов. Она была настолько сильной, что рат и торговцы приняли Чумной регламент.
Современное название Лиепая (Leepaja) упоминается впервые в 1649 году Паулем Эйнхорном в его работе «История Летиции».
Либау в XVII—XVIII веках Польско-шведская война 1655—1660 годов ослабила финансы города, но больших разрушений не принесла.
Осенью 1661 года в город пришла очередная эпидемия чумы. В 1662 году вступили в силу первые правила Торговой гильдии, этот же год можно считать годом основания Большой гильдии.
Эпоха герцога Якоба Под властью герцога Якоба Кетлера (1642—1681) город достиг вершины своего процветания, став одним из главных портов Курляндии. Экспедиции, основавшие заморские колонии, вышли в 1637 году из портов Либавы и Виндавы. Герцог способствовал развитию металлообработки и судостроения. Торговые отношения развивались не только с соседними странами, но и с Великобританией, Францией, Нидерландами и Португалией. Вместо обмелевшей реки проложен канал, соединивший город с морем.
Развитие порта 3 октября 1697 года в Либау началось создание порта: были вбиты первые сваи в причалы. В 1698 году в городе произошёл разрушительный пожар.
В 1701 году во время Северной войны Либау был занят войсками шведского короля Карла XII, но в конце войны город находился под контролем Польши. В 1710 году от эпидемии чумы погибла треть населения города. В это время Либау стал перевалочным пунктом для уплаты военных контрибуций саксонцам, шведам и русским, которые только в деньгах составили 90 тысяч флоринов, не считая натуральных выплат.
К 1730-м годам создание порта было завершено, он смог принимать более крупные корабли: если в начале века в гавань заходили суда с грузоподъёмностью 37 ластов (около 75 тонн), то в конце века — 40—50 (80—100 тонн). Количество принимаемых ежегодно судов удвоилось и достигло двухсот к 1794 году. Доходными направлениями ремесленничества стали постройка кораблей и изготовление бочек для экспорта продуктов (сала, масла).
Перед присоединением к России После восстания Тадеуша Костюшко Речь Посполитая фактически перестала существовать, обострились конфликты курляндского рыцарства с герцогом. Самым безопасным прибежищем для помещиков виделась Российская империя, и начались переговоры о переходе герцогства под её руку. 18 марта 1795 года курляндское рыцарство провозгласило отделение от Польши. Депутация дворян отправилась в Петербург, где императрица Екатерина II, недовольная сношениями герцога Петра Бирона с Пруссией, приняла на себя посредничество. Герцог был призван в Петербург и здесь 28 марта 1795 года подписал отречение от герцогства, за что ему назначена была ежегодная пенсия в 100 тысяч талеров (50 тысяч червонцев); кроме того, за поместья его в Курляндии императрица заплатила . 27 мая 1795 года Курляндия вошла в состав Российской империи как губерния.
Городское население
Сам город начали заселять люди из Восточной Пруссии, Скандинавии, но в основном из Северной Германии и Голландии. Поскольку большинство переселенцев, торговцев и ремесленников, были родом из германских земель, городское управление строилось по немецкому образцу: Большая (торговая) и Малая (ремесленная) гильдии.
Высшей властью в городе являлся магистрат во главе с бургомистром. Делегатов в магистрат могли выбирать и Большая, и Малая гильдии, но важные должности полагались только членам Большой гильдии. Ею руководила так называемая Stadtältestenbank («скамья старшин») из 11 человек во главе с альдерманом, работавшая на общественных началах. Восемь рядовых старшин избирались пожизненно, но могли уйти в отставку добровольно. Альдерман выдвигался из числа старшин на 3 года, но должность можно было занимать и несколько раз. Результаты выборов в гильдии утверждались в магистрате. В середине XIX века, после избрания на этот пост Карла Готлиба Сигизмунда Улиха, должность стала пожизненной.
В Большой гильдии превалировали крупные торговцы, они же занимали ключевые должности. В гильдию также принимали представителей самых богатых ремесленников — мастеров золотых и серебряных дел, часовщиков, переплётчиков, лоцманов, цирюльников (они же фельдшеры и зубные врачи), живописцев, садовников и «перук-махеров» (мастера по изготовлению париков).
Членство в Большой или Малой гильдии являлось обязательным условием для получения гражданства Либау. Закон о свободной торговле в городе применялся только к гражданам, торговать напрямую с иностранцами и чужаками не дозволялось. Латыши были несвободны и получить гражданство Либау или другого города не могли. Евреи считались «иноверцами», так что до присоединения Курляндии к Российской империи в конце XVIII века торговцев-иудеев в Либау не было. Таким образом, монополию на торговлю в Либау держали немцы.
В 1684—1699 годах в Большой гильдии Либау состояло меньше ста человек, позже их количество возросло до полутора-двух сотен. В 1797 году немцев в Либау было 80 %, или 4500 человек. К Большой гильдии относились — вместе с членами семей — 870 человек. Но только 190 членов Большой гильдии имели влияние на городское самоуправление.
В составе Российской империи После вхождения Курляндии в 1795 году в состав Российской империи город стал именоваться по-русски как Либава. С этого времени он развивался как крупный торговый порт, и в 1831 году получил права гавани первого класса. Город развивался и как курорт, одно из мест отдыха царской семьи и российского дворянства на берегу Балтийского моря. После отмены крепостного права в Остзейском крае крестьянам с 1848 года разрешили перебираться в города, что вызвало рост численности населения города и жилищного строительства. В 1860 году в Либаву приезжал наследник престола, великий князь Николай Александрович, который открыл на берегу моря «Николаевское купальное заведение с горячими и холодными морскими ваннами». В 1862 году порт посетил император Александр II с супругой. Оба раза царственные особы останавливались в доме клуба зажиточных граждан Muse на улице Унгера, 10 (ныне улица Авоту). Улицу от этого дома до защитного вала, оберегавшего дома от морских ветров, назвали Николаевской (ныне Републикас).
Была проложена Либаво-Роменская железная дорога протяжённостью свыше 1000 км. Большим толчком к развитию города послужило строительство Либавской крепости и военного порта. На строительство крепости и города из государственной казны выделялись большие средства. Развивалась промышленность, расширялась инфраструктура. Старый город в его теперешнем виде в основном сложился в тот период. Численность населения города к 1914 году достигла 110 тысяч человек.
В конце XVIII века город состоял из двух частей: Старой и Новой Либавы. В Новой была сосредоточена фабрично-заводская промышленность: фабрики красочная, капсюльная, бумажных приводных ремней и канатов, табачная, 2 спичечные, 2 сельскохозяйственных машин, мебельная, заводы: 4 винокуренных, 5 искусственных минеральных вод, мыловаренный, 3 пивоваренных, маслобойный, железопрокатный (пудлингование), жестяной, 3 чугунолитейных, пробочный, пудренный, корабельных снастей, для производства линолеума, лесопильный, 4 паровых мукомольных мельницы, 4 типографии, 8 книжных лавок с библиотеками, 2 ежедневных немецких и еженедельная латышская газета; 5 гостиниц; отделения Государственного банка со сберегательной кассой, Московского международного торгового банка, Рижского и Московского коммерческих банков, агентство Минского коммерческого банка, Биржевой банк; 40 агентских контор, 20 комиссионных, 4 маклерские, нотариальная, 9 экспортных, 1 экспедиционная и комиссионная; 30 портовых складов.
1869 год — М. Ф. Паррот участвовал в приёме вновь построенной телеграфной линии Петербург — Либава. Кроме того, он участвовал в экспедиции для прокладки телеграфного кабеля в Балтийском море для русско-датской телеграфной линии.