Турх Труйт (, ), Турх Труйд (Twrch Trwyd); Торк Триат () — персонаж кельтской мифологии, сверхъестественный вепрь. Фигурирует в сказании о Килухе и Олвен из сборника валлийских сказаний «Мабиногион» — самом раннем тексте артурианы.
Турх Труйт — грозный вепрь во главе своего потомства, состоящего из семи свиней. В сказании он назван сыном короля, человеком, которого бог обратил в кабана за грехи, как и прочих из его стада. Турх Труйт несёт между ушей драгоценные предметы — гребень, бритву и ножницы. По сюжету, герою Килуху необходимо добыть эти предметы, поэтому он подвигает своего родича Артура отправиться на охоту.
Сюжет
Первым по времени косвенным упоминанием Турха Труйта в письменных источниках, вероятно, является выражение Torch trychdrwyt в стихотворении VII в. «Прославление Кинвелина» (Gwarchan Cynfelyn), включённом в «Книгу Анейрина» (XIII в.). В контексте стихотворения эта фраза считается метафорой охоты на вепря.
Упоминание персонажа под именем Тройт (porcus troit) присутствует в «Истории бриттов» Ненния (IX в.) в связи с одним из чудес Британии (De Mirabilibus Britanniae). В области Буелт в долине реки Уай находится груда камней (каирн), называемая Карн Кабал, на вершине которой установлен камень с вмятинами. Легенда гласит, что их оставил Кабал, пёс Артура, во время погони за вепрем, а груду сложил и поместил на неё данный камень сам Артур. Чудо заключается в том, что, куда бы камень ни уносили, через сутки он вновь сам собой оказывается поверх груды. Похоже, традиция, призванная объяснить это название, была древней уже ко времени записи легенды Неннием; этот эпизод «Истории бриттов» является самым ранним и единственным источником за пределами «Килуха и Олвен», который связывает историю о Турхе Труйте с именем Артура.
«Килух и Олвен» Охота на Турха Труйта подробно описана в повести «Килух и Олвен». Сложившаяся в известном виде примерно к XI веку, повесть представляет собой наиболее архаичный текст в сборнике «Мабиногион» как с точки зрения языка, так и по структуре нарратива (громоздкие перечисления, статичные персонажи etc.).
Обрамлением служит история сватовства юного героя. В предыстории беременная жена правителя одной из областей Уэльса, помутившись рассудком, бродит окрест и забредает в свиной загон. От страха перед свиньями она разрешается от бремени. Ребёнка принимает и относит во дворец свинопас. Мальчик получает имя Килух (kulhwch — «свиной загон»). Повзрослев, он сватается к Олвен, дочери Исбаддадена, повелителя великанов. Тот в качестве условия женитьбы поручает ему длинный список очень трудных, почти невыполнимых заданий (др.-валл. anoethau, от anoeth — «чудо», «диво», «нечто труднонаходимое»), сложнейшим из которых является добывание гребня и ножниц (в дальнейшем упоминается ещё и бритва), спрятанных между ушей вепря Турха Труйта. Причём, чтобы непосредственно приступить к охоте на вепря, необходимо сначала выполнить около двух десятков дополнительных квестов, без которых успех невозможен. Из 39 заданий, выданных великаном Килуху, 19 связаны с охотой на Турха Труйта.
Погоне за Турх Труйтом предшествует эпизод охоты на другого вепря — Исгитирвина (Yskithyrwyn Penn Beid — «Белый Клык Вождь Кабанов»). Клык Исгитирвина нужен великану, чтобы привести в порядок волосы и бороду, то есть для той же цели, что и предметы, сокрытые на Турх Труйте. Повествовательный дуплет намеренно использован рассказчиком для того, чтобы задать настроение перед последующей охотой на более могучего кабана. Интересно, что именно в этом эпизоде видна параллель к упомянутой Неннием истории: Исгитирвина загоняет Артуров пёс Кавалл.
Охота начинается в Ирландии, зе́мли которой Турх Труйт разоряет, предводительствуя стадом из семи молодых свиней. Их имена представляют собой устаревшие или диалектные валлийские обозначения свиньи и дикого кабана: Гругин («Хрюкающий») Серебряная Щетина (Grugyn Gwrych Ereint), Ллидауг Секач (Llwydawc Gouynnyat), Турх Ллавин (Twrch Llawin), Гвис (Gwys), Бано (Banw), Беннвиг (Bennwic); ещё одна не названа. По ходу сюжета выясняется, что в прошлом все они были королями, а теперь обращены Богом в свиней за свои грехи.
Мену, один из соратников Артура, послан на разведку. Обратившись в птицу, он слетает к вепрю на спину и пытается выклевать спрятанные вещи, но выдёргивает одну только щетинку. В этот момент Турх Труйт являет свою ядовитую сущность: он встряхивается, и его яд попадает на Мену, который заболевает до конца дней. Поскольку добыть искомое таким образом не удаётся, Артур собирает войско со всех окрестных островов и земель и отправляется в Ирландию.
К этому времени Турх Труйт успевает опустошить треть острова. Следует вполне фольклорное описание сражений: в первый день с вепрем бьются ирландцы, но безуспешно, а Турх Труйт опустошает пятую часть Ирландии; на следующий день неудача постигает войско Артура; на третий день на битву выходит сам Артур, но после девяти дней и ночей ему удаётся убить только «самую маленькую свинью».
Попытка Гурхира, обернувшегося птицей, выторговать волшебные предметы посредством переговоров приводит только к тому, что свиньи обещают прийти в земли Артура и разорить их, «как только смогут». Турх Труйт сотоварищи ступает на землю Уэльса в Порт-Клейсе, гавани в устье реки Алун. Затем их путь пролегает через Миниу (Сент-Дейвидс), долину реки Неверн (Nevern), горы Пресели (Preseli Hills), устье реки Тауи, долину реки Лахэр (Loughor), долину реки Амман (Amman), Чёрные горы. Ценой больших потерь охотникам удаётся убить всех спутников Турх Труйта, а его самого отогнать к Северну.
Им удаётся сбросить Турха Труйта в Северн, и Мабон выхватывает у него бритву, а Киледир Уиллт — ножницы. Примечательно, что забрать эти предметы удалось в реке, на границе земли и воды, что может быть отражением в тексте неких обрядовых действий. Ритуалы совершались в лиминальных (пограничных) пространствах, например, на опушке леса или у брода, поскольку в подобных местах сверхъестественные существа теряют силу, и их можно одолеть. Однако охотники не успевают забрать гребень, так как кабан касается ногами дна, а «если он стоял на земле, ни человек, ни конь, ни пес не могли с ним совладать».
Наконец, после множества усилий и бедствий гребень отобран в Корнуолле, а Турх Труйт загнан в море, и «с тех пор о нём никто не слышал». Поскольку о гибели вепря в сказании прямо не говорится, вероятно, его могли считать бессмертным.
Дальнейшая традиция Аллюзии в валлийской поэзии показывают, что представление об этом гигантском мифическом кабане было распространено на обширной территории Уэльса. Киндделу упоминает его в XII в. (Keffitor ymdwr am drwyd hevelyt/ Twrch teryt y ar uwyd), а поэты благородных Грифид ап Маредидд (milwr torch trin mal aerdwrch trwyt), Рис Гох Эрири (A wnai Wilym, dreiddlym drafn/Dwrch Drwyd, â ffleimlwyd fflamlafn) и Иоло Гох (A gŵr gwynllwyd, Twrch Trwyd trin,/ Nawswyllt yn rhoi farneiswin) — в XIV веке.
Во французских романах артуровского цикла персонаж появляется в двух ипостасях: как вепрь и как рыцарь, сын короля. Вепрь Тортен (Tortain) упомянут в Livre de Caradoc, одной из частей Первого продолжения романа Кретьена де Труа «Персеваль». Волшебник Элиавр (Eliavres или Heliares) наказан за свой прошлый грех тем, что вынужден спариваться с кобылой, борзой и свиноматкой. От этих связей рождаются пёс, конь и собственно кабан Тортен. В том же тексте несколько раз фигурирует Тор, сын Ареса (Tors fils Ares). Впервые он упоминается как Тор, сын короля Ареса, в списке рыцарей Артура в романе Кретьена «Эрек и Энида».
В «Ланцелете» немецкого миннезингера Ульриха фон Цацикгофена этот персонаж выведен двояко: как Орфилет (Orphilet) и Торфиларет (Torfilaret). В Gismirante, cantare (песни) флорентийца Антонио Пуччи (XIV в.), которая во многом перекликается с историей Килуха и Олвен, присутствует дикий вепрь il porco troncascino, напоминающий о porcus troit Ненния.
Этимология Имя персонажа имеет параллели в ирландской традиции. В «Книге захватов» упоминается Торк Триат (Torc Tríath), «король кабаньих полчищ Ирландии» (righ torcraidhi Erenn); в «Глоссарии Кормака» — orc tréith («поросёнок царя/кабана»), что толкуется как «имя царского сына». В другой статье того же глоссария говорится, что tréith — это родительный падеж от triath («король»). В среднеирландском трактате, известном как «A Tuath Dé Miscellany», находим Triath rí torcraide («Триат, король кабанов»). В саге начала IX века есть упоминание о собрании или ярмарке под названием oenach Tuirc Thréith («собрание Торка Триата»).
Согласно В. Калыгину, оба компонента имени означают «кабан». Ср.-валл. twrch и др.-ирл. torc возводятся к пракельт. *turk’o-; ср.-валл. trwyth и др.-ирл. tríath — к пракельт. *trētos. Поскольку данные формы не имеют соответствий за пределами кельтских языков, Э. Хэмп предполагал субстратное происхождение этих и некоторых других слов, обозначавших кабана. При этом предполагается родство праформы *turk’o- с и.-е. tṷerk’ («резать»), к которому восходят древнеиндийский теоним Тваштар и авест. θβōrəxštar- («творец»), а также с и.-е. tṷork’ó-s («режущий; кабан»).
Выражение Torch trychdrwyt в стихотворении «Прославление Кинвелина» из Книги Анейрина и некоторые другие упоминания в поэзии позволяют сделать вывод, что корректной изначальной формой имени было Trwyd, а слово Trwyth возникло в результате ошибки переписчика. По мнению Дж. Риса, история об охоте изначально возникла в среде населения Южного Уэльса, говорившего на гойдельском языке, а затем была перенята бриттоязычными валлийцами. Изначальная форма имени Torc Tréith перешла в разговорный валлийский как Twrch Trwyth, о чём свидетельствует сохранение гойдельского th. В отличие от народного Trwyth, литературными валлийскими формами стали Troit (у Ненния) и Trwyd (в поэзии).
В. Эрлихман переводит имя Турха Труйта как «кабан бегущий».
Мифологический контекст
Евразийский кабан (Sus scrofa) и домашняя свинья, которая ведёт от него происхождение, играли важную роль как в диете, так и в культуре кельтов. Для индоевропейских культур характерно отношение к свинье как к хтоническому существу: животное подкапывает корни растений, может поедать падаль, поэтому связано со смертью, разложением, захоронением и нижним миром. В четвёртой ветви Мабиноги рассказывается, что свиньи были присланы в Британию из Аннуна, Иного мира. С другой стороны, свиньи питаются желудями и, учитывая особое почтение кельтов к дубу, ассоциируются с друидической мудростью.
Кости свиней, обнаруженные в погребениях, показывают, что уже в гальштатское время эти животные имели ритуальное значение. Затем есть многочисленные свидетельства их почитания в латенский период. Археология кельтских областей даёт примеры изображений как отдельных животных, так и божеств с соответствующими атрибутами. Фигура безымянного божества, известного как «бог из Эффинье», несёт кабана. Алтари галльского бога Ветерия (Veteris) в Британии украшены изображениями кабана и змеи. Другой галльский бог, отождествлённый римлянами с Меркурием, почитался как MERCURIO MOCCO. Эпитет божества родственен др.-ирл. mucc и валл. moch, что на обоих языках означает «свинья» (пракельт. *moccus).
«Свиная» природа Килуха, появившегося на свет среди свиней и получившего соответствующее имя, указывает на его связь с тотемом-кабаном. Миф, отразившийся в сказании, в изначальной форме мог повествовать о рождении героя богиней-матерью в образе свиньи и его битве с богом-отцом вепрем. Его отголоском может быть и сюжет в четвёртой ветви Мабиноги о рождении Гвидионом, обращённым в свинью, Поросёнка (Hychddwn).
Оборотничество