Гиерон II (; около 306—215 годов до н. э.) — военачальник и политический деятель Сиракуз, тиран с 275/274, царь с 270/269 года (с 240 года до н. э. правил совместно с сыном, Гелоном II).
В молодости Гиерон сделал военную карьеру, отличился под началом Пирра, воюя с Карфагеном. Опираясь на армию, он захватил власть в родном городе и создал державу, включавшую существенную часть восточной Сицилии. С переменным успехом воевал с мамертинцами, захватившими Мессану. В начале Первой Пунической войны поддержал Карфаген (264 год до н. э.), но после поражения от римских войск подписал союзный договор с Римом, который соблюдал до самой смерти. Проявил себя как дальновидный политик, поддерживал дружеские и взаимовыгодные для Сиракуз отношения как с Римом, так и с Карфагеном, Египтом и другими государствами Средиземноморья. Благодаря длительному миру и реформе налоговой системы смог реализовать многие строительные проекты — в частности, создал самые большие в античности и корабль «Сиракузия».
Гиерон II известен в том числе своим покровительством Архимеду. Согласно легенде, именно он поручил учёному определить, сделана ли его корона из чистого золота или ювелир подмешал туда значительное количество серебра; выясняя это, Архимед открыл основополагающие основы гидростатики.
Биография
Происхождение
Сведения о происхождении Гиерона содержатся у Марка Юниана Юстина в «Эпитоме сочинения Помпея Трога „История Филиппа“» и во «Всеобщей истории» Полибия. Согласно Юстину, Гиерон был сыном некоего Гиероклита (или Гиерокла) и потомком знаменитого тирана Сиракуз Гелона, победившего войско карфагенян при Гимере в 480 году до н. э. Мать Гиерона, по данным того же автора, была служанкой-рабыней. Юстин приводит несколько легенд о молодых годах будущего тирана Сиракуз (предположительно это пересказ «Истории» Тимея из Тавромения). Отец отказался от ребёнка, выброшенного младенца много дней кормили мёдом пчёлы, но потом Гиероклит узнал, что ребёнку предсказана царская власть, взял его обратно в дом и признал своим сыном. Во время обучения в школе волк выкрал у мальчика табличку для писания; когда Гиерон в первый раз отправился на войну, на его щит сел орёл, а на копьё — сова, и окружающие сочли это добрым знаком.
Полибий ничего не говорит о знатности Гиерона и подчёркивает, что тот добился всего сам, «не имея опоры ни в богатстве, ни в славе, ни в каких-либо иных дарах судьбы». В связи с этим антиковед Томас Леншау предположил, что Гиерон мог быть совсем незнатным человеком, а родословная, восходящая к тиранам V века до н. э., могла быть выдумана как дополнительное обоснование его власти. Исследователь Гельмут Берве в связи с этой проблемой ограничивается сообщением, что Гиерон принадлежал к «уважаемой семье».
Ранние годы и возвышение
Рождение Гиерона учёные датируют предположительно 306 годом до н. э. С юных лет, согласно Юстину, Гиерон отличался храбростью, силой, умом и красотой; Полибий отмечает, что Гиерон был «от природы богато одарен для царской власти и управления делами». В 278 году до н. э., когда на Сицилии по приглашению местных греческих общин появился царь Эпира Пирр, Гиерон присоединился к нему и принял участие в войне с Карфагеном. Он зарекомендовал себя с лучшей стороны и получил от царя множество наград.
В 276 году до н. э. Пирр, рассорившийся с сицилийскими греками, покинул остров. После этого эллинской коалиции во главе с Сиракузами пришлось самостоятельно отражать натиск карфагенян. В сохранившихся источниках нет информации о ходе этой войны; предположительно Гиерон в ней участвовал в качестве офицера, и шла она не слишком удачно. Между сиракузской общиной и армией, состоявшей из наёмников, начались, по словам Полибия, «раздоры». В 275 или 274 году до н. э. войско, стоявшее у города Мергана, сместило своих командиров, а на их место выбрало некоего Артемидора (больше этот человек нигде не упоминается) и Гиерона, которые двинули солдат на родной город. Благодаря помощи «нескольких друзей» Гиерон занял Сиракузы и нейтрализовал враждебную ему политическую группировку, причём сделал это без казней и расправ. Городские власти подтвердили его статус командующего армией. Гиерон, однако, явным образом претендовал на единоличную власть и подкрепил свои претензии женитьбой на Филистиде — дочери аристократа Лептина, который был потомком одноимённого брата тирана Дионисия Старшего. Этот брак обеспечил Гиерону союз с сиракузской олигархией.
На этом историческом этапе Сиракузам была нужна твёрдая власть для того, чтобы остановить натиск карфагенян. По этой причине, а также из-за прямого давления сиракузяне избрали Гиерона стратегом-автократором, то есть единоличным командиром армии с чрезвычайными полномочиями. Фактически это был статус тирана; при этом он мог быть предоставлен не бессрочно, как прежде Агафоклу, а только на время войны с Карфагеном.
Один из героев комедии Плавта «Два Менехма», написанной ещё при жизни Гиерона, говорит, что этому тирану «отдал перед смертью власть» некто Липарон, который в свою очередь наследовал Финтии и Агафоклу. Исследователи сходятся во мнении, что это сообщение не связано с реальностью: драматург просто выдумал два имени для римских зрителей, незнакомых с историей Сиракуз.
От тирании к царской власти
Вместе с властью над родным городом Гиерон получил командование над войсками ряда соседних общин, заключивших с Сиракузами военный союз. Это были Леонтины, Гибла, Мегара, Гелор, Неетон, Акрей. Однако новый тиран не стал использовать своё положение для активизации боевых действий против Карфагена, которой от него ждали: он заключил с карфагенянами мир и сосредоточился на борьбе с мамертинцами («людьми Марса»). Последние представляли собой отряд наёмников (главным образом из Кампании), служивший когда-то Агафоклу, а после его смерти захвативший Мессану. Мамертинцы установили контроль над всем северо-востоком Сицилии и стали серьёзной угрозой для Сиракуз.
В 271 году Гиерон двинул на Мессану армию, включавшую и наёмников, и ополчение. В битве на реке Киамосор он был разбит, однако даже из этого разгрома смог извлечь пользу. К тому моменту наёмники стали серьёзной проблемой для тирана и дестабилизирующим фактором для всего сиракузского полиса: они разочаровались в Гиероне из-за его отказа от репрессий и конфискаций и были готовы поддержать другого претендента на власть. Поэтому Гиерон поставил наёмников перед битвой на самом опасном направлении, то есть сознательно обрёк их на уничтожение; ополчение же он смог вывести из боя, благодаря чему разгром не имел плохих последствий для его власти. Тиран набрал новых наёмников и возобновил войну. В 270 году Гиерон взял города Милы, Тиндариду и Тавромений на северном побережье Сицилии, а в 269 году разгромил мамертинцев в сражении у реки Лонгано и осадил Мессану. Взять город не удалось из-за вмешательства карфагенского военачальника Ганнибала Гискона, который в последний момент ввёл туда свой отряд. Делая хорошую мину при плохой игре, Гиерон согласился заключить мир с мамертинцами при посредничестве Карфагена. В благодарность за победную военную кампанию он был избран в Сиракузах царём.
Теперь Гиерон оказался правителем обширной по сицилийским масштабам державы: он контролировал всю восточную часть острова кроме Мессаны. С этого момента его власть была связана не только с родным городом, но и с другими греческими общинами, которые прежде были только союзниками Сиракуз.
Между Карфагеном и Римом Через несколько лет Гиерон вновь начал войну против мамертинцев. Те обратились за помощью к Римской республике, контролировавшей к тому моменту всю Италию. Небольшой римский отряд вошёл в Мессану, и вскоре после этого Гиерон осадил город, объединившись на этот раз с карфагенянами. Тогда на Сицилии высадился римский консул Аппий Клавдий Кавдекс с двумя легионами (264 год до н. э.). В сражении сиракузяне были разбиты, так что Гиерон, по словам Полибия, «в страхе за самую власть» бежал в свой город. Согласно Флору, царь «сам утверждал, будто увидел себя побеждённым раньше, чем заметил врага». Разбив и карфагенян, римляне вторглись в гиероново царство и осадили его столицу. Орозий утверждает, что Гиерон выпросил у Кавдекса мир на условиях выплаты контрибуции, но по данным Полибия мир был заключён уже с консулами следующего года — Манием Валерием Максимом Корвином и Манием Отацилием Крассом. Царь должен был выплатить, согласно различным источникам, 25, 100 или 200 талантов серебра, либо двести талантов впоследствии уменьшили до ста взамен на обязательство снабжать Рим зерном. Сиракузы становились союзником Рима, а территория царства сузилась до юго-востока Сицилии.
Следующие 20 лет на территории острова шла война между Римом и Карфагеном, получившая позже название Первой Пунической. Гиерон оставался на стороне Рима, что имело большое влияние на исход конфликта: без союза с Сиракузами римлянам, не имевшим флота, было бы намного сложнее снабжать свою армию, а Карфаген, потеряв Гиерона, оказался во внешнеполитической изоляции. К тому же сиракузские войска помогли римлянам взять Акрагант и Лилибей, занять Липарские острова. Рим победил, и в результате вся Сицилия за пределами гиеронова царства оказалась римской провинцией. Одним из условий мирного договора, завершившего войну в 241 году , было требование к карфагенянам «не воевать с Гиероном, не ходить войною ни на сиракузян, ни на союзников их». Царь оставался верным Риму до самой смерти. Даже во время Второй Пунической войны, после тяжёлого поражения римлян от Ганнибала при Тразименском озере (217 год до н. э.), он отправил в Рим тридцать тысяч модиев (~262,5 тысячи литров) пшеницы и двести тысяч модиев (~1750 тысяч литров) ячменя, чтобы в городе не начались нужда и голод, а также прислал золото и отряд солдат — тысячу лучников и пращников.
Прочность союза царя с Римом исследователи связывают с теми симпатиями, которые питали по отношению к Риму сиракузские олигархи. Именно на этот слой общества опирался Гиерон в течение всего своего долгого правления, а демос, как показали события Второй Пунической войны, ориентировался на Карфаген. Однако царь понимал, что чрезмерное усиление Рима для него опасно. Поэтому во время восстания наёмников в Ливии в конце 230-х годов до н. э. он поддержал Карфаген, оказавшийся в критической ситуации; Гиерону хватило дипломатических умений, чтобы избежать кризиса в отношениях с Римом.
Внутренняя политика Царская власть Гиерона II была абсолютной. В том, что касалось полномочий монарха, его титулатуры, династического характера власти, организации жизни царского двора, Сиракузская держава была очень похожа на эллинистические державы Востока. Гиерон имел право возглавлять ополчение подвластных ему городов (впрочем, после 263/262 годов до н. э. горожан, по-видимому, не отмобилизовывали ни разу), он на свои деньги формировал и содержал наёмные отряды и военный флот, строил укрепления. Союз городов подконтрольной царю области, именовавший себя «сикелиотами», не имел политических полномочий: он мог только пытаться смягчить налоговое бремя для конкретных общин и демонстрировать лояльность по отношению к монарху. Главными отличиями Сиракузского царства от держав Селевкидов и Птолемеев были небольшие размеры территории и подчинённое положение по отношению к Риму. Гиерон не нуждался в сильной армии, но ему требовались огромные средства на демонстрацию лояльности по отношению к соседу и обустройство столицы. Поэтому царь проводил жёсткую налоговую политику: согласно так называемому «», с урожая мелких землевладельцев и арендаторов взималась десятина в пользу царской казны. Её сбором занимались не власти общин, а откупщики.