Понгса Константинович Киле (в документах имя также упоминается как Панс, ПансаВоенные хроники: Понгса Константинович Киле // www.youtube.com; ; 1918, Дада, Троицкая волость, Хабаровский уезд, Приморская область — 1990, Амурск, Хабаровский край) — советский нанайский поэт и этнограф.
Участвовал в Великой Отечественной войне в составе 2-го и 3-го Украинских фронтов; кавалер орденов Красной звезды (1944) и Отечественной войны II степени (1985). Работал на стройках до 1977 года. Выйдя на пенсию, стал популяризировать, исследовать и структурировать знания о нанайской культуре.
Первые стихотворения Понгсы Киле были опубликованы в журнале «Дальний Восток» в переводе с нанайского на русский от Алины Чадаевой. Он также выступил в составе делегации малых народностей Дальнего Востока в США, а издательство Коммерческого университета города Отару (Япония) выпустило его труд «Нанайские национальные игры» (1993), названный исследователями из Института научной информации по общественным наукам РАН «примечательным» в незаурядном понимании автором роли игры у нанайцев.
Помимо произведений, его наследие включает в себя воссозданные им нанайские национальные инструменты, игрушки, украшения и бытовые предметы. Часть из них находятся в собраниях Американского музея естественной истории, Российского этнографического музея, Хабаровского краевого музея имени Н. И. Гродекова и других.
Биография Родился в январе 1918 года (в ряде источников указывается 1919 год) в селе Дада Троицкой волости Хабаровского уезда Приморской области, став пятым сыном в семье. В четыре года Понгса остался без матери, с этого же возраста отец стал привлекать Понгсу к охоте: летом они брали оморочку и рыбачили на реке Анюй, осенью бороздили реки Пихца и Хар. Зимой передвигались на нартах в медвежьих спальных мешках. Помимо обучения охоте, отец Понгсы рассказывал ему про нанайские обычаи, истории из жизни, приобщал к язычеству.
В 1930 году Понгса стал учиться в семилетке (неполная средняя школа с семью классами обучения), после окончания которой стал жить в Комсомольске-на-Амуре. С этого же года на протяжении одиннадцати лет работал электромонтажником в стройтресте-36. Работу совмещал с учёбой — в 1938 году окончил восемь классов вечерней школы № 17. Спустя год Понгса отправился на лечение в село Дада из-за проблем со здоровьем. Проработав там один год заведующим в местном клубе, Киле был призван в Красную армию. Закончив шестимесячные курсы младших командиров в училище артиллерийской разведки в Хабаровске в сентябре 1941 года, он отправился на фронт Великой Отечественной войны, где принимал участие в боевых действиях 2-го и 3-го Украинских фронтов.
Первый боевой опыт получил 26 марта 1942 года у села Белоколодец близ Харькова — тогда противник направил бронепоезд в Борисовку, и Понгса вместе с другими бойцами взорвали его. Шесть раз Киле с другими солдатами был отрезан от своей части, но каждый раз они возвращались, выходили из окружения — один раз Понгса Константинович провёл несколько месяцев у Цимлянска. Чтобы вернуться к своим, солдаты разделялись на несколько групп. По приказу командира, Понгса с другим товарищем стали искать пропитание, остановились в домике на станции Вальганская. Однако, их обнаружили патрульные, и они бежали в лес:
Понгса Киле принимал участие в боях под Сталинградом, в Австрии, Бессарабии, Болгарии, Венгрии, Румынии и Югославии.
В его боевой биографии были выделены два события. В 1943 году под Кривым Рогом часть, где был Понгса, накрыло пулемётным огнём. Он и его товарищ-моряк были отправлены на разведку. Обнаружив место стрельбы, Киле сумел пробежать до ближайшей избы, разминировать помещение и оттуда проползти ближе к противнику. По пути его товарищ погиб. Понгса, волоча за собой тело друга, отправился обратно в избу. Там он оставил тело, петляя, добежал до своей части, и сообщил координаты места стрельбы. Второе событие произошло во время форсирования Днестра, когда батальон солдат и состав из двенадцати разведчиков, куда входил Понгса, получили задание занять село Молдавская Слободка близ Тирасполя. Во время выполнения задания произошло наводнение. Они двое суток прятались в плавнях, замаскировавшись пучками травы. Из батальона осталось в живых двадцать человек, среди разведчиков только двое — Понгса Константинович и радист. Они смогли установить координаты противника и наладить связь с полком.
Согласно наградному листу, во время наступательных боёв на реке Днестр в районе села Талмаз (Молдавская ССР) Понгса Киле безотлучно находился на расположенном на дереве наблюдательном пункте; рискуя жизнью не покидал наблюдательный пункт даже во время сильного обстрела. В результате непрерывного наблюдения П. Киле обнаружил 6 дзотов и минометную батарею противника, которые в итоге были уничтожены огнём тяжёлой артиллерии. За этот подвиг 31 августа 1944 года Понгса (Панса) Киле был награждён орденом «Красной Звезды».
Конец войны встретил в двенадцати километрах от австрийского города Кремс. Демобилизовавшись в 1946 году Понгса Константинович вернулся в Хабаровский край и до 1957 года проработал в леспромхозе «Пихицинский» Строительного треста № 6, затем перевёлся в Комсомольск-на-Амуре на лесозавод стройтреста. С 1958 года стал жить в Амурске. В 1977 году из-за проблем со здоровьем Понгса Киле вышел на пенсию.
Скончался Понгса Киле в 1990 году в Амурске. Погребён в селе Найхин. По словам его жены Марии Киле, в завещании мужа был призыв будущим поколениям, чтобы они старались сохранять свою культуру, избегать её «стилизованности» и искажения: «Вот поют песню, слова нанайские, а музыка бурятско-татарская. Через двадцать лет скажут — мы у них переняли, и дети наши не будут знать чисто нанайской музыки, ни мотивов, ни мелодий...».
Творчество
Началом творческой деятельности Понгсы Киле считается 1979 год — с этого года он стал популяризировать нанайскую национальную культуру, собирать фольклор, переносил в письменный вид правила нанайских игр, танцев, воссоздавал национальные музыкальные инструменты, игрушки, украшения и бытовые предметы. Отдельное место в творчестве Понгсы Киле занимает поэзия. Обратиться к этому жанру ему, по словам литературоведа Вячеслава Огрызко, посоветовала Алина Чадаева, которая познакомилась с творчеством Киле благодаря поэтессе Анне Ходжер. Первые стихотворения Понгсы Константиновича были опубликованы в журнале «Дальний Восток» в её переводе с нанайского на русский. Однако, он бросил сочинять из-за большого количества работы. Снова стал писать в 1980 году, слагал редко и «по настроению», сочинял песни для коллектива художественной самодеятельности из села Нижний Нерген Нанайского района. С 1982 года стал писать песни для ансамбля «Гивана» (Комсомольск-на-Амуре), с 1985 года — фольклорному ансамблю «Сиун» из села Ачан (Амурский район).
В 1988 году Понгса Киле выступил в Москве на Всесоюзном фестивале народного фольклора в составе ансамбля «Сиун». На выступлении присутствовала учёная-этнолог Беата Гордон (), которая пригласила коллектив «Сиун» выступить в городах США. Так, спустя год, с 27 февраля по 20 марта Понгса Киле в составе фольклорной группы представителей малых народностей Дальнего Востока выступил в Нью-Йорке, Вашингтоне, Филадельфии, в Американском посольстве СССР и Организации Объединённых Наций. За двадцать дней группа дала двадцать один концерт. После выступлений Беата Гордон отправила Понгсе Константиновичу его стихи на английском, опубликовала статьи в The Village Voice и о его выступлениях.
В 1991 году его статья «Нанайская национальная игра», содержащая собрание его материалов о нанайских игр, вошла в сборник статей от Государственного музея этнографии народов СССР. Как отметили исследователи из Института научной информации по общественным наукам РАН (ИНИОН РАН), этот труд «примечателен» авторской интерпретацией, осмыслением роли игры и её передачи от поколения к поколению.
Творчество Понгсы Киле состоит из обращений к нанайской мифологии, поэт затрагивает темы печали, разлуки и любви. Его стихотворения исповедальны и лиричны, их авторское исполнение, по воспоминаниям современников, звучало как «древнее заклинание». Своим творчеством, считают исследователи, поэт хотел показать, что помимо русской культуры, нанайцу необходимо осознавать и свою:
Поэтические сборники Понгсы Киле вышли после смерти автора. В 1993 году Хабаровским книжным издательством был издан сборник «Песни сердца», в том же году в Комсомольске-на-Амуре вышла книга про Понгсу Константиновича — «Творческое наследие», а в городе Отару — его книга «Нанайские национальные игры» в переводе на японский. Спустя десять лет одновременно в Амурске и Комсомольске-на-Амуре вышла книга «Словами предков пою», в том же 2003 году вышла вторая часть издания «Творческое наследие». В 2007 году был издан сборник его стихотворений «Избранное».
Рассматривая творчество Понгсы Киле с точки зрения музыкального аспекта, исследователи обращали внимание на акцентирование автором внимания на воссоздание звуков природы — в своей музыке с помощью национальных инструментов он имитировал звучание рек, плескание в воде рыбы, раскачивание леса, крики чаек. В списке воссозданных им нанайских музыкальных инструментов числятся смычковый однострунный инструмент (), погремушка из рыбьей кожи (), трещётка из камыша (), свистульки из бересты, бузины, камыша и костей животных.
Его колыбельная «Бэбэкэ», впервые опубликованная в сборнике «Песни сердца» (1993), переложенная на музыку и исполненная Ниной Гейкер в рамках проекта «Колыбельная народов России» от «Arzamas» и «Яндекс Путешествия», вызвала интерес у научного сообщества в лице фольклориста, кандидата филологических наук Никиты Петрова и лингвиста, научного сотрудника Научного центра по сохранению, возрождению и документации языков России Института языкознания РАН Василия Харитонова. Она повествует о мальчике, которому суждено быть сильным (родился, чтобы «добыть медведя» ()), и уже с ранних лет ходить в лес за добычей. Но во время охоты его сердце наполнено переживаниями о родных, а голова — заботами; автор песни надеется, что и в будущем мальчик будет заботиться и уважать своих родственников. В её тексте был обнаружен ряд особенностей, помогающий понять систему нанайского языка. Петров и Харитонов увидели в колыбельной Киле слова, заимствованные с монгольского — «батор» и «мэргэн» (первое слово означает в обоих языках «богатырь», а второе уже трактуется по-разному; в нанайском это антагонист, центральная фигура в повествовании, в монгольском же так определяют «мастера на все руки»). В ходе анализа колыбельной Понгсы Константиновича было выдвинуто предположение о «табуированности» медведя у нанайцев. Если в русском языке, отметили исследователи, это животное происходит от эвфемизма «мёд едящий», то в нанайском же его называют «стариком» или «мужем» ().
Восприятие и критика О творчестве Понгсы Киле положительно отзывался этнограф, преподаватель из города Перпиньяна , посетивший в 1990 году Амурск. Также в хорошем ключе о нём высказались японские этнографы Сиро Сасаки, , Тосиро Цумагари, которые выступили редакторами и переводчиками на японский его труда «Нанайские национальные игры» (1993). В 2019 году в издании «Приамурские ведомости» его назвали «великим» собирателем и хранителем традиций и обычаев нанайцев.
Этнограф, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН (ИИАЭ ДВО РАН) Николай Киле назвал работы Понгса Киле по нанайскому фольклору «ненаучными», так как их автор не имеет на это соответствующей квалификации.