Серге́й Алекса́ндрович Копы́ткин ( года, Санкт-Петербург, Российская империя — не позднее мая 1920 года, предположительно, Петроград, РСФСР) — русский поэт, писатель и публицист. По профессии был железнодорожным служащим. Придерживался монархических и охранительских взглядов, сотрудничал с консервативной прессой. Приходился племянником придворному Н. Н. Копыткину.
Наряду с художественными произведениями — множеством стихотворений и несколькими рассказами — перу Сергея Копыткина принадлежит, по крайней мере, одна брошюра, посвящённая профессиональной тематике, а также ряд статей по актуальным общественным вопросам.
Пик творчества пришёлся на годы Первой мировой войны: в этот период немалую известность получили стихи Сергея Копыткина, проникнутые мотивами патриотизма, панславизма и верности самодержавию, воспевающие героизм и самопожертвование российских военных. Особенно широкую популярность приобрело его стихотворение 1914 года «В полевом лазарете», ставшее впоследствии основой для текстов авторских и народных песен.
После Октябрьской революции творчество Копыткина было надолго предано забвению, его изучение началось лишь в 2000-х годах.
Биография Родился года в Санкт-Петербурге в семье потомственного дворянина Александра Николаевича Копыткина, род которого происходил из Екатеринославской губернии. Дед по отцу был государственным служащим среднего звена, имевшим гражданский чин надворного советника. Старшим братом отцу приходился Николай Николаевич Копыткин (1853—1912), занимавший довольно значительное положение при императорском дворе: в 1890 году он создал и в последующем более двух десятилетий возглавлял инспекцию (то есть структуру технического и административного обеспечения) императорского поезда и в этом качестве получил третий по старшинству придворный чин гофмейстера, а позднее — и аналогичный по статусу гражданский чин тайного советника.
Несмотря на дворянское происхождение и родство с достаточно высокопоставленным придворным, достаток семьи был крайне невысоким. В момент рождения сына Александр Копыткин был студентом Санкт-Петербургского университета. В 1879 году он поступил на юридический факультет, однако уже в следующем году вынужден был прервать учёбу из-за денежных затруднений; через некоторое время восстановился с переводом на филологический факультет, но в итоге не окончил курса и там.
Окончив престижную городскую гимназию № 6, Сергей Копыткин в августе 1901 года поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета, где в своё время начинал учиться его отец. В начале следующего года Александр Николаевич Копыткин скончался, что сделало материальное состояние его сына совершенно бедственным и заставило его обратиться к университетскому руководству с прошением об освобождении от платы за учёбу. Обоснованность его ходатайства подтверждал отчёт местного полицейского участка:
В этой ситуации заботу о юноше проявил его вышеупомянутый дядя Николай Николаевич, пользовавшийся значительным влиянием в железнодорожном ведомстве: по его протекции Сергей Копыткин ещё до окончания первого курса был зачислен в Северо-Западное управление железных дорог на должность нештатного ревизора с годовым окладом в 900 рублей. Службу в этом учреждении он продолжил и после окончания университета в декабре 1905 года. По прошествии двух лет после этого молодой железнодорожник занимал уже штатную должность ревизора движения Псковского отдела Северо-Западного управления, предусматривавшую оклад в 1800 рублей.
Впоследствии Сергей Копыткин в одном из своих стихотворений с грустью вспоминал о тяготах, выпавших на годы его ранней молодости:
В 1907 году 25-летний Копыткин женился: его супругой стала вдова Александра Седякина, имевшая от предыдущего брака пятилетнего сына. Испытывая необходимость в дополнительных средствах для содержания семьи, он — вероятно, вновь обратившись к протекции дяди, — поступил на службу в Министерство путей сообщения, сохранив при этом за собой должность ревизора Северо-Западного управления железных дорог. В 1909 году Копыткин был переведён в той же должности на стратегически важную Николаевскую железную дорогу, где и прослужил до конца жизни. Его работа была связана с проверкой безопасности путей и условий движения железнодорожных составов и требовала регулярных служебных командировок на различные участки железнодорожной магистрали. Карьерные достижения Сергея Александровича были довольно скромными: к концу 1917 года, по итогам 16 лет службы, он имел гражданский чин губернского секретаря, третий снизу среди четырнадцати, предусмотренных Табелью о рангах.
Кроме имени супруги и факта наличия пасынка о семейной жизни Копыткина ничего не известно. Стихотворение «Детский смотр», написанное им в 1916 году, посвящено Котику Копыткину: по его контексту понятно, что речь идёт о ребёнке младшего или максимум среднего школьного возраста (Котик — распространённый в тот период уменьшительно-ласкательный вариант имени Константин). Однако неизвестно, был ли этот Котик Копыткин пасынком, родным сыном или иным родственником поэта — например, племянником.
Минимальны и сведения о личных качествах и характере этого литератора. В одном из стихотворений Копыткин пишет о себе: «Я не поэт, я неврастеник…», а содержание некоторых других произведений и писем подтверждают нервический склад его натуры, повышенную впечатлительность, чувствительность и склонность к меланхолии. Так, например, писательнице М. Г. Веселковой-Кильштет, с которой Сергей Александрович состоял в переписке, он признавался, что заболел крапивной лихорадкой только из-за того, что та «в очередной повести была безжалостно правдива к своим героям».
При этом вполне известны общественно-политические взгляды Сергея Александровича: с юных лет он был убеждённым монархистом, сторонником консервативно-охранительского курса. Это в полной мере нашло отражение в его творчестве и предопределило круг общения среди коллег по перу. Копыткин был весьма активным участником консервативного литературно-художественного общества «Вешние воды», созданного в 1913 году публицистом и общественным деятелем и ставившего своей целью «вывести этот мир из трясины бездушного декадентства на богатую, светлую дорогу познания национального, родного творчества»: по состоянию на 1917 год он занимал должность секретаря правления этого объединения. Кроме того, он был членом кружка «Вечера́ Случевского», учреждённого в 1904 году в память о литераторе и государственном деятеле и состоявшего преимущественно из «эстетически консервативных поэтов».
Собственным жилищем семья Копыткиных не обзавелась и часто переезжала с одной съёмной квартиры на другую в Петербурге и его окрестностях. Городские справочники позволяют установить по крайней мере пять их адресов за шестилетний период: Забалканский проспект, дом 57 — 1907 год; Гатчина, Александровская улица, дом 10 — 1909 год; Дегтярный переулок, дом 1 — 1911 год; Лиговская улица, дом 44 — 1912 год; Тележная улица, дом 30 — 1913 год. В издании «Весь Петербург» за 1917 год приведён последний из их известных адресов — 6-я Рождественская улица, дом 22.
Сведения о жизни Сергея Копыткина после Октябрьской революции минимальны: они фактически ограничены тем, фактом, что он по крайней мере до последнего года своей жизни продолжал работать по специальности на той же Николаевской железной дороге. О его смерти в 1920 году известно из некролога, опубликованного в номере 4-5 журнала «Вестник литературы» — печатного органа петроградского Общества взаимопомощи литераторов и ученых, который содержал специальный раздел «Скорбная летопись», где размещались сообщения о кончинах деятелей культуры, искусства и науки. Автор некролога петроградский поэт Л. Н. Афанасьев тепло отзывался о творчестве покойного, однако не упомянул не только обстоятельств его кончины, но и её точного времени. С учётом того, что этот номер журнала вышел в мае, Сергей Копыткин, предположительно, ушёл из жизни в начале или середине весны 1920 года. Содержание некролога не позволяет определить, скончался ли он в родном Петрограде или же где-то за его пределами: в качестве некоторого намека на второй вариант чисто теоретически может рассматриваться упоминание в конце скорбной заметки о регулярных служебных командировках покойного. Невозможно однозначно исключать и эмиграции Сергея Александровича совсем незадолго до его ухода из жизни — в этом случае умалчивание места кончины могло быть вполне умышленным. Известно, что его двоюродные братья, сыновья дяди Николая Николаевича Николай и Борис Копыткины, после Революции покинули страну, жили во Франции и умерли, соответственно, в Париже и в Антибе. При этом ни в архивах управления Николаевской железной дороги, ни в учётных записях петроградских ЗАГСов информации о его кончине обнаружено не было. Не фигурирует его имя и в шеститомном справочнике «Незабытые могилы. Российское зарубежье: некрологи 1917—1997», в котором собраны данные о десятках тысяч российских эмигрантах, нашедших свой последний приют в различных странах мира, среди которых есть и его упомянутые кузены.
Творчество Несмотря на то, что творчество было для Сергея Копыткина лишь увлечением, которому он мог уделять только свободное от службы время, оно было вполне активным и разноплановым. Железнодорожный служащий достаточно заметно проявил себя и как поэт, и как публицист и журналист-любитель, а также, в меньшей степени, как прозаик — автор коротких рассказов. Известно, что к концу первого десятилетия XX века он уже был достаточно плодовитым автором. При этом колоссальное влияние на его творчество оказало начало Первой мировой войны — в плане как тематики сюжетов, так и соотношения различных направлений и жанров: если публицистическая и журналистская деятельность Копыткина после августа 1914 года практически прекратилась, то его поэтическое творчество, напротив, стало значительно более активным.
Публицистические и художественные произведения выпускались автором как под его собственным именем, так и под добрым десятком псевдонимов, которые представляли собой разнообразные сокращения имени и фамилии: К—ин, Сергей; К—н, С.; К—н, Сергей; К—ъ, С.; К—ъ, Сергей; Кин, Сергей; С. К.; Сергей, К.; Э—с—к—а; Эс—ка.
Публицистика Время дебюта Сергея Копыткина как публициста и журналиста неизвестно даже приблизительно. Наследие, оставленное им на этой стезе, довольно многообразно. Наиболее значительным по объёму из его произведений здесь стала брошюра по профессиональной, железнодорожной тематике: «Служба на железных дорогах. Порядок определения в должности. Права и преимущества служащих», выпущенная в 1909 году в петербургском акционерном обществе «Слово». В этом 55-страничном издании весьма обстоятельно рассмотрены многие аспекты работы различных категорий железнодорожников, изложены требования к их профессиональной компетенции, а также нормативы по части их финансового и материального обеспечения — вплоть до порядка использования поношенной униформы: