Лицензия на убийство (, в американском английском пишется как license to kill) — концепция, представляющая собой официальное разрешение правительства или органа государственной власти сотруднику спецслужб на принятие решения о физическом уничтожении (убийстве) человека для достижения некоей цели — то есть на использование смертельного воздействия. Она встречается в ряде литературных и кинематографических произведений, но особую известность обрела благодаря романам и фильмам об агенте MI6 Джеймсе Бонде, известном также под прозвищем «Агент 007».
В разных странах действуют разные принципы применения смертельного воздействия (в том числе в отношении особо опасных преступников и террористов), ограниченные законодательными актами в сфере общественной безопасности. Пресса нередко называет «лицензией на убийство» либо некоторые из подобных актов (несмотря на то, что эти законы не имеют никакого отношения к концепции «лицензии»), либо акты, предусматривающие применение отдельными лицами смертельного воздействия при исполнении служебных обязанностей (то есть сотрудниками полиции) или при необходимой самообороне. Однако существует мнение, что , принятый в Великобритании, является наиболее близким по сути к литературной концепции «лицензии на убийство», поскольку освобождает от уголовного преследования по британским законам сотрудников британских спецслужб за любые действия, совершённые за границей.
Юридическая сторона применения смертельного воздействия В международных вооружённых конфликтах лица, имеющие право на непосредственное участие в них и на применение летальной силы в отношении противника (то, что иногда называется «лицензией на убийство»), обозначаются как «комбатанты». Общие принципы применения силы и огнестрельного оружия сотрудниками правоохранительных органов были утверждены VIII Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в 1990 году. С недавних пор одним из предметов обсуждения является вопрос применения огня на поражение сотрудниками частных военных компаний (в том числе и на море), регламентированный стандартным контрактом на оказание охранных услуг на судне (GUARDCON).
Общепринятые принципы необходимой обороны (самообороны) предполагают, что субъект имеет право на использование разумных мер для защиты себя или третьего лица от внешних угроз при условии, что от второго лица исходила непосредственная угроза и что защитные меры пропорциональны предполагаемой угрозе. Использование физическим лицом огнестрельного оружия в рамках самообороны допускается только в исключительных случаях (если существует угроза жизни). Международное право в целом допускает применение летальной силы в качестве защитной меры, но только в крайнем случае, если это предотвращает причинение равного или большего ущерба. Иногда СМИ называют «лицензией на убийство» право граждан на применение любых способов и методов самообороны при наличии угрозы жизни (в том числе при вторжении на место жительства гражданина), даже если подобные действия повлекут за собой смерть нападавших. Юридические оценки подобных действий зависят от законодательства страны или региона.
В некоторых случаях пресса подразумевает под понятием «лицензии на убийство» полномочия сотрудников полиции открывать огонь на поражение по преступникам, оказывающим сопротивление при задержании или пытающимся уйти от преследования. В частности, подобные полномочия закреплены уголовным кодексом штата Калифорния, чем и объясняется тот факт, что редко привлекали к ответственности за убийство (даже в тех случаях, когда оснований для стрельбы на поражение не было).
Контекст в Великобритании
От Второй мировой до Холодной войны Во время Второй мировой войны британское Управление специальных операций (SOE) проводило разведывательно-диверсионные операции, среди которых были и попытки ликвидации отдельных военно-политических руководителей Третьего рейха и стран-союзников. Самым известным и успешным примером подобных действий стала операция «Антропоид» 1942 года, в ходе которой группа бойцов чехословацкого Сопротивления, прошедшая обучение под руководством SOE, уничтожила исполняющего обязанности рейхспротектора Богемии и Моравии Рейнхарда Гейдриха. Позже SOE подготовило план «Фоксли» по возможной ликвидации Адольфа Гитлера в его резиденции Бергхоф, но в итоге британцы отказались от плана, опасаясь, что вместо Гитлера к власти придёт другой человек, который начнёт действовать отличным от Гитлера образом и даже добьётся изменения хода войны обратно в пользу Германии.
В послевоенные годы британское правительство официально рассматривало физическое уничтожение отдельных лиц как допустимое средство для достижения внешнеполитических целей. Во время Суэцкого кризиса премьер-министр Великобритании Энтони Иден публично требовал убить президента Египта Гамаля Абделя Насера, а в 1960 году чиновник Форин-офиса и будущий глава MI5 Ховард Смит предложил британскому правительству рассмотреть возможность убить премьер-министра Демократической Республики Конго Патриса Лумумбу, являвшегося ярым сторонником СССР. Издание Slate отмечало, что после войны имели место ряд загадочных смертей, в которых обвинялась Секретная разведывательная служба (MI6). Однако никто из MI6 не признал причастность спецслужбы к убийствам и тем более не взял на себя ответственность за них, а в самой спецслужбе якобы приняли в 1960-е годы некий внутренний запрет на подготовку к убийствам. По данным Daily Record, последним официально подтверждённым применением смертельного воздействия MI6 было убийство, совершённое в Иране в 1961 году с санкции Джорджа Янга, заместителя главы MI6 и ответственного за разведывательную деятельность на Ближнем Востоке.
В Северной Ирландии в отношении ирландских республиканских военизированных организаций (всех, кто ассоциировал себя с Ирландской республиканской армией) действовала так называемая (). В соответствии с этой политикой оперативники британских спецслужб проходили специальную подготовку, обучаясь убивать членов враждебных республиканских движений без суда и следствия — «в тех ситуациях, где убийство не считается оправданным и где можно было нейтрализовать противника с использованием иной тактики». Несмотря на заявления правозащитных организаций о многочисленных внесудебных расправах, британское правительство систематически отвергало факт существования каких-либо документов, узаконивавших подобные действия.
В 1970-е годы министр иностранных дел Дэвид Оуэн на полном серьёзе спросил сотрудников ведомства, есть ли возможность убить президента и диктатора Уганды Иди Амина, который вёл враждебную Британии политику и держал народ в нищете. Оуэн вспоминал, что после этого вопроса представитель MI6 резко ответил ему, что его служба не занимается подобным: попытки Оуэна надавить на то, что смерть Амина помогла бы предотвратить дальнейшие репрессии в стране, успеха не имели. По словам экс-сотрудника MI6 , проходившего свидетелем по делу о гибели принцессы Дианы, в 1992 году он видел несколько документов MI6 с гипотетическими планами ликвидации югославского президента Слободана Милошевича. С его слов, в планах присутствовала возможность подстроить аварию со смертельным исходом, ослепив водителя с помощью специального прибора прямо у въезда в тоннель. Другой свидетель признал, что подобные документы существовали, но объектом для устранения в них значился не Милошевич; от подобных планов отказались по требованию руководства, которое посчитало эти действия «выходящими за рамки полномочий».
Расследование смерти принцессы Дианы Вопрос о наличии у сотрудников британских спецслужб права на осознанное применение летальной силы стал подниматься в британском обществе особенно часто во время расследования гибели принцессы Дианы, в смерти которой подозревалась MI6. Служба несколько раз заявляла, что не может применять летальную силу, поскольку это не предусмотрено никаким юридическим актом. Бывший начальник MI6 Ричард Дирлав давал показания на нескольких судебных заседаниях в ходе расследования смерти Дианы, отвечая на вопросы о возможности применения MI6 летальной силы. Так, в пункте 26.22 протокола допроса утверждалось, что за время пребывания Дирлава на посту начальника MI6 (с 1999 по 2004 годы) ему не поступало никаких сообщений о применении оружия сотрудниками MI6 с целью совершения убийства. В пункте 21.9 протокола звучал вопрос о законных основаниях применения летального оружия: Дирлав ответил, что сотрудники MI6 могли использовать оружие только с целью «нанести повреждения» (ранить), но не убить кого-либо. Действовать они могли только с прямого разрешения министра иностранных дел Великобритании.
Немыслимо, чтобы в обычных обстоятельствах мой дорогой почтенный друг Государственный секретарь или кто-либо из его преемников (или в данном случае предшественников) мог дать разрешение на применение смертельной силы. Никакая иная сила, кроме как причиняющая повреждения (о смертельной силе не может быть и речи), не может быть использована и считаться законной, если на её применение не дано разрешение — согласно . Единственная законная сила, которая может быть использована за границей — именно такая, на применение которой даёт добро Государственный секретарь […] Я не хочу исключать допущение, что в подобных обстоятельствах такое может быть, но я могу сказать — убийства не являются элементом политики Правительства Её Величества.
Один из действовавших сотрудников MI6, пожелавший остаться неизвестным, в 2006 году категорически отверг существование «лицензии на убийство», сказав, что сотрудники MI6 занимаются только сбором и передачей британскому правительству информации, позволяющей предотвратить теракты. В 2009 году глава MI6 в интервью журналисту BBC заявил, что ничего не знает о существовании каких-либо лицензий на убийство. Бывший сотрудник MI6 и писатель в 2012 году заявил, что агентам MI6 вообще не требуется подобная «лицензия», поскольку сотрудники разведслужб, собирающие секретную информацию на территории другой страны, фактически сами нарушают законодательство этой страны, и только от её властей зависит судьба агента в случае его же ареста.
Акт о разведывательных службах 1994 года Но в том же году издание Slate сообщило, что в британском законодательстве есть основы для существования подобной концепции — это статья 7 , о существовании которой в 2012 году также напомнил журналист The Guardian Иан Кобейн. Закон был принят в феврале 1994 года, и в ходе его принятия почти не обсуждалась статья 7, в пункте 1 которой говорилось следующее:
Если, за исключением этого раздела, лицо будет подлежать привлечению к ответственности в Соединённом Королевстве за какие-либо действия, совершённые за пределами Британских островов, его не будут привлекать к ответственности в случае, если действие разрешено совершать на основании разрешения, выданного Государственным секретарем в соответствии с настоящим разделом.
Для выдачи разрешения требовалось, чтобы совершаемые сотрудниками MI6 действия были крайне необходимы для надлежащего выполнения задач Секретной разведывательной службы и чтобы все возможные последствия этих действий были признаны рациональными. Эти требования перечислялись в пункте 3, среди которых было и следующее:
Государственный секретарь не должен выдавать разрешение в соответствии с этой статьёй, если он не убеждён, что […] ничего не будет совершено на основании разрешения за пределами того, что необходимо для надлежащего выполнения функций Разведывательной службы (или GCHQ).