Ингерманла́ндцы, или фи́нны-ингерманла́ндцы, или ингерманла́ндские фи́нны (, , , устар. финны-инкери, ленинградские финны, неол. ингро-финны) — это, по одной версии, субэтническая группа финнов, по другой версии — самостоятельный финно-угорский этнос, образовавшийся в XVII веке на территории исторической области Ингерманландия. Коренной народ Северо-Западного региона России.
В настоящее время ингерманландцы проживают, в основном, в России (Санкт-Петербург, Ленинградская область, Карелия, Западная Сибирь), Эстонии, Финляндии и Швеции. Язык ингерманландцев () относится к южно-карельским диалектам финского языка. По вероисповеданию ингерманландцы традиционно относятся к лютеранской церкви, однако часть из них придерживается православия.
История Этническая группа ингерманландцев сложилась в результате переселения шведской администрацией в земли, отошедшие к Швеции после Русско-шведской войны 1610—1617 годов по Столбовскому миру, части эвремейсов из северо-западной части Карельского перешейка и части савакотов из восточной области Великого герцогства Финляндского Саво. Финнизация Ижорской земли во многом облегчалась тяжёлыми демографическими потерями, понесёнными ею, особенно её восточной частью, в период Смутного времени.
После 1675 года северная и центральная Ингерманландия становится лютеранской и финноязычной. В результате действий шведских властей по принудительной лютеранизации местного православного населения (карелов, ижор, вожан, русских), большая его часть вынуждена была бежать из пределов Ингерманландии. Переселённые на их место эвремейсы и савакоты сформировали на новых для себя землях своеобразную субэтническую культуру. При этом представление, что ингерманландцы — исключительно переселенцы, не совсем точно. Определяющим этническим фактором в то время была вера. К концу XVII века насчитывалось 3000 ижорских и водских семей, принявших лютеранство, что составляло около 12—15 тыс. человек. Эти финноязычные ижоры и вожане, принявшие лютеранство, стали частью ингерманландского этноса. Современный ингерманландский этнос, таким образом, своими корнями восходит ко всем четырём образовавшим его народностям — ижорам, води, савакотам и эвремейсам.
В западной Ингерманландии православие лучше сохранило свои позиции. Население в 1656 году было лютеранским на 41 %, а в 1695 году — примерно на 75 %.
+Динамика удельного веса лютеран в населении Ингерманландиив 1623—1695 гг. (в %)Itämerensuomalaiset: heimokansojen historiaa jakohtaloita / toimittanut Mauno Jokipii; [kirjoittajat: Heinike Heinsoo… et al.]. — Jyväskylä: Atena, 1995 (Gummerus). Лены1623164116431650165616611666167116751695Ивангородский5,224,426,731,826,338,538,729,631,446,7Ямский —15,115,216,017,244,941,742,950,262,4Копорский5,017,919,229,430,334,939,945,746,860,2Нотебургский14,758,566,262,563,181,088,586,087,892,5Всего7,735,039,341,641,153,255,659,961,571,7
Территория заново обрусевает уже в XVIII веке, после основания Санкт-Петербурга. Несмотря на это, даже в начале XIX века окру́га Петербурга была почти исключительно финноязычной. К началу XX века существовали два крупных района с наиболее высокой долей финского населения: ингерманландская часть Карельского перешейка (северная часть Петербургского и Шлиссельбургского уездов) и район к юго-западу от Петербурга, примерно вдоль линии Петергоф — Красное Село — Гатчина (западная часть Царскосельского и восточная часть Петергофского уездов). Также существовал и ряд более мелких районов, где ингерманландское население безраздельно преобладало (Кургальский полуостров, Колтушская возвышенность и др.). В остальной части Ингрии ингерманландцы проживали чересполосно с русским, а в ряде мест (Ижорская возвышенность) — и с эстонским населением.
До XX столетия у ингерманландских финнов выделялись две основные субэтнические подгруппы — эвремейсы () и савакоты (). По данным П. И. Кёппена, изучавшего географию расселения ингерманландцев в середине XIX века, эвремейсы расселялись на Карельском перешейке (кроме южной части, непосредственно прилегавшей к Петербургу, и района Белоострова), в приходах Туутари, Тюрё, Хиетамяки, Каприо, Сойккола, Лииссиля, частично Серепетта, Коприна и Скворица. В остальных районах Ингрии (приходы Валкеасаари, Ряяпювя, Келтто к северу от Невы, окрестности Колпино, район Назии и Мги, Ижорская возвышенность и др.) расселялись савакоты. Особой группой являлись нижнелужские финны-лютеране (Кургальский полуостров, дер. Фёдоровка, Калливере). Численно савакоты также преобладали — по данным П. И. Кёппена, из 72 354 ингерманландцев было 29 375 эвремейсов и 42 979 савакотов. К началу XX века различия между эвремейсами и савакотами постепенно стёрлись, и групповое самосознание у ингерманландцев было утрачено.
В начале XIX века возникла ещё одна территориальная группа ингерманландцев — сибирские ингерманландцы. В 1804 году сосланные за неповиновение на поселение в Сибирь ингерманландские крестьяне барона фон Унгерн-Штернберга из ижорско-финских деревень нижнего течения реки Луга (Илькино, Малая Арсия, Большая Арсия, Волково, Мертвицы, Фёдоровская, Варива) в количестве 26 семей (77 мужчин и 73 женщины) основали в Омском уезде Тобольской губернии деревню Рыжкову (деревня Чухонская, Чухонская колония), которая постепенно стала центром притяжения всех ссыльных лютеран — ингерманландцев, финнов, эстонцев и латышей. До пожара 1846 года в Рыжкове проживало около 900 человек, после чего часть ингерманландских переселенцев покинула Рыжкову, основав две новые деревни — Боярку (Тюкалинский уезд) и Бугене (Тарский уезд) — позже получившую название Фины. Позднее были основаны ещё около десятка новых деревень.
Эта территориальная группа никогда не обозначалась как ингерманландские финны. Говоры сибирских ингерманландцев и ссыльных финнов имели существенные различия. Ингерманландцы использовали в общении между собой диалект финского языка, наиболее близкий современным нижнелужским финским и ижорским говорам, распространённым в Кингисеппском районе Ленинградской области в долине реки Россонь. Язык сибирских ингерманландцев послужил основой для их сближения с эстонцами. По данным переписи населения 1926 года, общее число сибирских ингерманландцев и сибирских финнов составляло 1638 человек, затем на протяжении XX века оно неоднократно то сокращалось, то увеличивалось. Увеличение происходило, в первую очередь, за счёт депортированных; сокращение же численности объясняется ассимиляционными процессами и формальной сменой национальности в документах, так как многие из ингерманландцев были записаны эстонцами. Районы исторического расселения сибирских ингерманландцев: Большереченский, Большеуковский, Знаменский, Калачинский, Крутинский, Тарский, Тюкалинский районы Омской области; Викуловский район Тюменской области.
В 1917 году в Ингерманландии проживало около 160 000 финнов — как местных, так и выходцев из Финляндии — из которых примерно 140 000 были лютеранами. В ходе Гражданской войны в России в приграничном с Финляндией районе, включающем группу деревень под общим названием Кирьясало, ингерманландскими беженцами было образовано кратковременное государственное образование Республика Северная Ингрия. Республика площадью около 30 км² фактически отделилась от Советской России и управляла частью Петроградского уезда Петроградской губернии с 1919 по 1920 год. После амнистии, принятой отдельным заявлением советской делегации на мирных переговорах в Тарту, большинство ингерманландских беженцев вернулись в Советскую Россию, однако часть их осталась в Финляндии, другая — перебралась в Эстонию, где в 1934 году, по данным переписи, проживали 1088 ингерманландских финнов. Эта единственная предпринятая ингерманландцами попытка национального самоопределения послужила в дальнейшем поводом для советской власти воспринимать ингерманландцев как неблагонадёжный элемент.
В 1926 году ингерманландцев или так называемых «ленинградских финнов» насчитывалось 114 831 человек. Финляндских же финнов в Ленинграде и Ленинградской губернии проживало 11 053 человека (3940 в Ленинграде и 7113 в области). Ингерманландцы и жившие в Ингерманландии финны — финляндские подданные и их потомки, оказавшиеся на её территории в XIX веке — составляли группы населения, различия между которыми носили ярко выраженный характер и общение между которыми почти отсутствовало.
В советский период в рамках политики «коренизации» в конце 1920-х — начале 1930-х годов в районах компактного проживания финнов-ингерманландцев были созданы национально-административные единицы низового уровня. На Карельском перешейке статус национального финского получил Куйвозовский (с 1936 года — Токсовский) район, языком административного управления в нём был финский. В середине 30-х годов был выдвинут проект создания и второго финского района из 11 сельсоветов с центром в Тайцах либо в Дудергофе. Этот план, однако, не был реализован. Кроме того, было образовано более шестидесяти финских национальных сельсоветов. В период коллективизации было создано также несколько сот финских колхозов, к началу 1936 года их насчитывалось 580.
Также в этот период широкое развитие получило школьное образование на финском языке. Так, в 1927/28 учебном году в Ленинградской области функционировала 261 финская школа I и II ступеней. В 1935 году в Ленинграде и области работали 313 финских школ. Всего образованием на национальном языке было охвачено 70 % финского населения, что было весьма значительной долей по сравнению с другими национальными меньшинствами (среди мордвы этот показатель составлял 36 %, у калмыков — 15 %, у латгальцев — 6 %). Помимо общеобразовательных школ, в Ленинградской области работали также финские сельскохозяйственный (с 1923 года в Рябово, ныне на территории Всеволожска) и педагогический (в Гатчине) техникумы, а также эстонско-финский педагогический техникум. В 1930 году в Ленинграде открылся финский кооперативный техникум. Впервые для ингерманландцев появилась возможность получения высшего образования на родном языке. В 1926 году было создано финское отделение на рабфаке ЛГУ и в пединституте им. А. И. Герцена. Однако во второй половине 1930-х годов в национальной политике произошёл коренной поворот: обучение в школах с 1938 года было переведено на русский язык, а в 1939 году упразднены и национальный район и сельсоветы. Токсовский район был включён в состав Парголовского района, а финские сельсоветы частью включены в состав соседних, частью — преобразованы в обычные сельсоветы. Кроме того, в 1937—1938 годах были закрыты и все лютеранские приходы на территории исторической Ингрии.
Репрессии и депортации
С начала 1930-х годов ингерманландское население подверглось репрессиям со стороны советских властей, итогом которых стало практически полное его исчезновение из районов традиционного проживания ко второй половине 1940-х годов. Можно выделить пять «волн» репрессий в отношении ингерманландцев. Три «волны» прошли до войны (в 1930—1931, 1935—1936 и 1937—1938 годах), а ещё две — во время и после войны: в 1941—1942 и 1944—1947 годах.
Первая