«Безумие» () — советский художественный фильм, снятый режиссёром Кальё Кийском на студии «Таллинфильм» в 1968 году. Премьера картины состоялась 19 февраля 1969 года в Таллине. За тот же год её посмотрели 135 тысяч зрителей из Эстонской ССР. На всесоюзном экране лента впервые была показана 9 января 1987 года в Центральном доме кино в Москве. Дубляж фильма на русский язык был сделан на Киностудии им. М. Горького.
Сценарий к фильму написал латвийский сценарист Виктор Лоренц, который был знаком с режиссёром фильма Кальё Кийском. Первоначальная версия сценария была раскритикована сначала руководством Рижской киностудии, потом — худсоветом «Таллинфильма», а Госкино СССР вообще указало изменить название фильма. Замечания последних двух инстанций были проигнорированы, и Кийск запустил фильм в производство. Съёмки проводились в Эстонской ССР (замок Алатскиви, Калласте, Вильянди) и Латвийской ССР (Стренчи). После завершения готового фильма, в конце 1968 года некоторые члены худсовета студии похвалили ленту, а 16 января 1969 года фильм получил разрешение на показ в ЭССР.
После выхода фильма на экраны, большинство кинокритиков оценили фильм положительно: рецензенты в основном хвалили новаторство картины и работу оператора. В отзывах, относящихся к постсоветскому периоду, отмечается скрытая сатира на советский режим. В 1969 году картина получила премии за лучшую мужскую роль Юри Ярвету и за лучшую работу художника-постановщика Халье Клаар на Кинофестивале республик Прибалтики, Белоруссии и Молдовы. Помимо этого, фильм показывался в программах других фестивалей. Также, в 2002 году был составлен список 10 лучших эстонских фильмов по мнению кинокритиков и журналистов, где «Безумие» заняло второе место.
Сюжет
Приближается конец Второй мировой войны. В психиатрическую больницу во главе с лейтенантом приходит отряд эсэсовцев, чтобы убить всех пациентов. Те горячо приветствуют немцев. Истребление умалишённых предотвращает неожиданный приезд штурмбаннфюрера СС Виндиша. Его послали сюда с особой миссией — выявить английского шпиона, который, по сведениям гестапо, якобы скрывается среди сумасшедших.
Виндиш, переодевшись во врачебный халат, идёт расспрашивать пациентов. Среди его главных подозреваемых — человек № 1 без документов, который мнит себя «фюрером»; безумный фельдфебель Вилли, которого мучает совесть; спившийся редактор; застенчивый молодой человек Крон, который стесняется своих «арийских» голубых глаз и светлых волос; и доносчица Софи, которая мучается от видений своих жертв. Не получив никакой важной информации от допрашиваемых, Виндиш, по совету главврача, переодевается в пижаму и в палате с пациентами притворяется сумасшедшим, чтобы войти к ним в доверие. На фоне этой «игры» Виндиш сам начинает терять рассудок.
Позже выясняется, что шпиона среди больных нет, а следствие было инсценировано главврачом больницы, чтобы оттянуть истребление пациентов и дождаться освобождения. В конце фильма Виндиш в костюме и очках говорит зрителю, что он когда-нибудь ещё встретится с ним.
Создатели
+ Съёмочная группа Роль ИмяСценаристВиктор ЛоренцРежиссёрКальё КийскХудожник-постановщикХалья КлаарКомпозиторЛембит ВеэвоОператорыАнатолий Заболоцкий, Андрей ДобровольскийЗвукооператорХаральд Ляэнеметс2-й режиссёрМеэри КрессАссистенты режиссёраМаргит Оясоон, Ханс МальмстенАссистенты оператораМихкель Ратас, Тийт БергМонтажёрЭуген РозентальРедакторГригорий СкульскийДиректор картиныАркадий Пессегов
Актёры дубляжа Фильм был дублирован на Киностудии им. М. Горького. Режиссёр дубляжа — Алексей Золотницкий, звукооператор — Н. Писарев. Ниже приведён список актёров, дублировавших роли.
История создания Сценарий к фильму написал латвийский сценарист и актёр Виктор Лоренц, который был знакомым Кальё Кийска. Первая версия сценария была отвергнута Рижской киностудией, так как его нужно было «облечь в более приемлемую оболочку, обнажив ужасы фашизма». После написания Лоренцом новой версии писатели Виллем Гросс и Яан Кросс выступили против неё на художественном совете «Таллинфильма», ссылаясь на драматургические и политические недостатки. На этот раз замечания не были исправлены, и Кийск начал производство фильма по этой версии сценария.
Кандидатами на роль Виндиша были Алексей Глазырин, Лев Дуров, Сергей Полежаев, Артур Димитерс и другие актёры. В итоге эту роль сыграл Юри Ярвет.
Съёмки проводились по большей части в замке Алатскиви, а также в Калласте и Вильянди. Также отдельные сцены фильма снимали в латвийском городе Стренчи, откуда члены съёмочной группы каждый день ездили на ночёвку в Валга.
21 октября 1968 года в «Таллинфильм» пришло письмо от Госкино СССР с указанием изменить название фильма, так как слово «безумие» не характеризовало антифашистский посыл картины. Главному редактору студии Лембиту Реммельгасу было поручено незамедлительно связаться со сценаристом и придумать новое название в течение пяти дней. Указание не было исполнено.
24 декабря 1968 года на худсовете «Таллинфильма» было обсуждение готового фильма. Там член сценарной коллегии сказал, что режиссёр Кальё Кийск «принял удачное решение — он объединил гротеск с психологической драмой». По мнению Скульского, операторская работа «остра и талантлива», музыка хорошая, и в целом фильм удачный. Главный редактор «Таллинфильма» Лембит Реммельгас сказал, что «инновационную работу режиссёра и оператора следует оценить и поддержать». По итогам голосования фильму была присвоена I категория.
16 января 1969 года фильму было выдано разрешение на показ в Эстонской ССР, а его премьера состоялась 19 февраля того же года в Таллине. За пределами республики лента вышла только во времена перестройки — а именно 9 января 1987 года в Центральном доме кино в Москве.
21 апреля 2012 фильм был выпущен на DVD в сборнике Eesti filmiklassika (Киноклассика Эстонии).
Технические данные
Формат: широкоэкранный; Цвет: чёрно-белый; Звук: звуковой; Количество частей: 8; Метраж киноплёнки: 2161 метр
Восприятие В Советском Союзе Кинокритик Лариса Крячко в журнале «Искусство кино», предварительно описав сюжет и указав на отдельные недостатки, назвала фильм лишённым «исторической корректности, политической определённости, социальной ориентации, философской глубины».
Кинокритик Валдеко Тобро в газете «Ноорте Хяэль» похвалил фильм, написав, что «психиатрическая больница, где разворачивается весь сюжет фильма, является кинематографической моделью мира, в которой все процессы развиваются в усиленной и условной форме, но в строгом фундаментальном соответствии с реальностью». Тобро также назвал добротной работу оператора, однако счёл за недостаток то, что в фильме есть моменты, «когда развитие сюжета и мысли, проецируемой на отдалённую, иную плоскость сюжета, начинают слишком сильно сливаться», из-за чего возникает двусмысленность, которая «ничем не лучше», чем прямое изложение мысли.
Кинокритик Эльмар Линк в газете «Рахва Хяэль» написал, что фильм «посвящён прошлому, но он порождает современное, беспокойное мышление художника, которое побуждает зрителей обсуждать, анализировать и выносить суждения не только об исторических вопросах». Линк отмечает, что некоторые критики, писавшие рецензии об этом фильме, упоминали о его тематической ценности лишь вскользь, в виде намёка.
Киновед и редактор «Таллинфильма» Ивар Козенкраниус в газете «Сирп я Вазар» связывал форму и стиль фильма со «всё более наблюдаемым явлением в современном кинематографе, а именно с неопределённостью и переплетением традиционных жанровых правил, их художественной индивидуализацией».
Кинокритик Евгения Розанова, уже после начала «перестройки» и премьеры фильма в Москве, в журнале «Советский экран» оценила эту картину положительно и назвала её «предостережением, которое противостоит благодушию и ложному спокойствию». По мнению Розановой, фильм призывает всех людей к ответственности перед собой и всем человечеством, а также напоминает о «зловещей реальности фашистского безумия».
В независимой Эстонии Киноактриса в своей книге Tallinnfilm I: Mängufilmid 1947—1976 классифицировала фильм как трагикомедию о «безумии фашизма, угрожавшего уничтожить человечество». Орав сравнивает фильм с пьесой Фридриха Дюрренматта «Физики» (1961), где действие также происходит в стенах психбольницы, однако в кинокартине все пациенты действительно больны.
Критик и историк кино в журнале считал фильм полностью принятым советскими цензорами, так как он был классифицирован как антифашистский по своей сути. Кярк называет фильм одним из немногих, если не единственным, советским фильмом, критикующим тоталитарный режим, то есть саму советскую систему, наряду с кинокартиной Михаила Ромма «Обыкновенный фашизм» (1965). Также рецензентом было отмечено, что у этих двух фильмов схожий финал — человеческие глаза на крупном плане, которыми Ромм хотел показать мучительный взгляд жертв тоталитаризма, погибших в концлагерях, а Кийск — наоборот, взгляд диктатора и палача.
Театральный критик и журналист в газете Eesti Päevaleht назвал фильм «одним из лучших эстонских фильмов всех времён». В своей рецензии Лаазик углубляется в историю создания фильма, и, в частности, запрете фильма в СССР. По мнению критика, запрет фильма придавал картине особое нечто. Лаазик отмечал, что фильм Кийска критиковали его коллеги из-за легкомыслия идеи и лести Западу, так что для режиссёра эта лента стала как большим успехом, так и терзающей его душу драмой. Сам Кийск называл причиной посредственного качества своих последующих фильмов травму от запрета «Безумия», который повлёк за собой подсознательную самоцензуру.
Журналист и эссеист в издании Sirp писал, что этот фильм прямо противоречит определению социалистического реализма — «он сложный и многослойный, в нём много искусства, глубокого искусства». Как пример Ремсу приводит Виндиша, который является не однозначно жестоким человеком (каким должны быть эсэсовцы в советских фильмах), а многогранным и своеобразным персонажем, которому даже можно посочувствовать. Также Ремсу считает, что фильм высмеивает не только нацизм и фашизм, но и все тоталитарные режимы — один из персонажей фильма, человек № 1, не столько пародия на Адольфа Гитлера, сколько олицетворение того, что безумие власти является психическим заболеванием. И он, и главврач — не конкретные люди в конкретное время, а символы, которые применимы и к советской системе.
В 2002 году кинокритики и журналисты Эстонии определили список 10 лучших эстонских фильмов. В нём этот фильм занял второе место, уступив лишь ленте Арво Круусемента «Весна» (1969).
В других странах Российский кинокритик и киновед Андрей Плахов во втором томе «Новейшей истории отечественного кино» назвал этот фильм поворотным в карьере Кийска и кратко описал его как «антифашистскую драму, которая была решена в европейских экзистенциальных традициях и потому немедленно попала в идеологическую опалу».
Американский сценарист и писатель Эндрю Хортон в своей книге The Zero Hour. Glasnost and Soviet Cinema in Transition, написанной в соавторстве с российским киноведом и актёром Михаилом Брашинским, находит в этой картине элементы западного кинематографа — «хичкоковский сюжет вместе со слегка извращённой бергмановской интеллектуальностью и темпом». Хортон подчёркивает, что на протяжении почти всего фильма главный герой постепенно психически разрушается, будучи обволочён аурой полного безумия, как внешнего, так и внутреннего.
Английская киновед, специалист по советскому и российскому кино Анна Лотон в своей книге Kinoglasnost. Soviet Cinema in Our Time написала, что это произведение «долгой и выдающейся» карьеры Кийска в СССР было отмечено лишь «чёрным пятном», когда Госкино запретило фильм к показу. По мнению Лотон, фильм проводит параллели между немецкими оккупантами и советской партэлитой.
Участие в фестивалях В 1969 году фильм получил премии за лучшую мужскую роль (Юри Ярвет) и за лучшую работу художника-постановщика (Халья Клаар) на Кинофестивале республик Прибалтики, Белоруссии и Молдовы.
Также картина участвовала в программах следующих кинофестивалей: