Андре́й Григо́рьевич Велика́нов (род. 5 июля 1954, Москва, РСФСР, СССР) — московский художник, философ, теоретик искусства. Создатель художественных проектов в области медиаарта. Автор статей и книг по теории искусства и культуры. Ведёт педагогическую и популяризаторскую работу. В 2010-х — 2020-х годах площадками для его курсов становились российские университеты (НИУ ВШЭ, РГГУ), художественные школы (МАХУ памяти 1905 года, MediaArtLab) и музейные центры (Музей современного искусства «ГАРАЖ», Центр авангарда в Еврейском музее и центре толерантности). Выпускники — «великановцы» за успешную работу и защиту диплома получают от него знак отличия — миниатюрную кочергу. Лауреат международных художественных фестивалей и конкурсов сетевого искусства.
Творческая деятельность Андрей Великанов начал свою профессиональную деятельность как художник в 1989 г. Его кинетические объекты были показаны на нескольких выставках в России и Германии. С 1994 года он обратился к таким инструментам творчества, как акция, перформанс и хэппенинг. В 1994 году, когда на месте бассейна власти собрались восстановить разрушенный в 1931 г. Храм Христа Спасителя, Великанов придумал и провел социально-художественную акцию «Бассейн Москва». Эта и другие акции часто вызывали скандальную реакцию прессы и общественности. С 1997-года он также начал работать как медиа-художник, создав серию видеофильмов и проектов в области нет-арта, которые получили несколько призов международных фестивалей. Работы Великанова для своего времени часто были весьма инновационными: так, например, в 1999 году он создал виртуального медиахудожника Намнияз Ашуратову, выступавшую в качестве самостоятельной творческой личности.
Работа над проектом «Бассейн Москва» потребовала от художника погружения в теоретические проблемы искусства и культуры. Начиная с этого времени, Великанов начал активно заниматься философией искусства. В 2007 году в издательстве НЛО вышла его книга «Симулякр ли я дрожащий или право имею», представляющая собой эстетический манифест симуляции и попытку найти новый метод искусства, опирающийся как на традиционные, так и на актуальные практики. Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук под названием «Эстетика симулякра: теоретические основания интерпретации», написанная по материалам этой книги, не была защищена. Книга вызвала оживленную реакцию профессионального сообщества и послужила поводом для рефлексии в нескольких диссертациях и сборниках статей. Помимо этого Великанов опубликовал серию теоретических статей в отечественных и зарубежных художественных и философских журналах «Логос», «Художественный журнал», «Sklaven», «Via Regia», «Обсерватория культуры», «Диалог искусств» и других.
Преподавательская деятельность Великанова началась еще в 1995 году, но с 2011-го стала его основной задачей. Кроме преподавания в нескольких учебных заведениях, Великанов ведет независимый авторский курс «Философия искусства», представляющий собой как образовательный проект, так и открытую дискуссионную площадку, на которой выступают постоянные участники и приглашенные художники.
«Бассейн Москва» Социально-художественная акция «Бассейн Москва» была проведена на дне пустого бассейна 27 мая 1994 и имела своей целью исследование современной российской культурной ситуации. Соорганизаторами акции были художник Марат Ким и куратор Мария Каткова.
По замыслу организаторов, мероприятие должно было вылиться в свободную выставку народных предложений о том, что именно должно расположиться на месте нынешнего бассейна. Для реализации своей идеи организаторы составили список тех персон, которые уже высказывались публично на тему судьбы бассейна или потенциально могли быть заинтересованы в том или другом решении этого вопроса. Этим персонам были отправлены приглашения принять участие в мероприятии. При этом оговаривалось, что их реакция на приглашение в любом случае будет зафиксирована в будущем каталоге мероприятия, который выйдет по его итогам в Берлине. Забавно, что после уничтожения одного из «символов Америки» 11 сентября 2001, бывшие собственники «башен-близнецов», городские власти Нью-Йорка и компания-застройщик действовали буквально по той же схеме, объявив конкурс идей по новому обустройству трагически пострадавшей символической территории. В России же образца 1994 подобный конкурс на «деконструкцию символа» мог превратиться только в балаган, что наглядно и продемонстрировал проект БМ.
За несколько дней до мероприятия «православно-патриотическая» общественность устроила вокруг бассейна крестный ход. Тем временем, художники разделили дно бассейна «Москва» (пространство выставки) на ячейки, в которых крупными буквами указали имена приглашенных участников. Многие приглашенные на мероприятия явились. Всего в творческом эксперименте приняли участие около 200 человек. Но некоторые ячейки с написанными по дну именами знаменитостей то тут, то там пустовали. По свидетельству Андрея Ковалёва, «при входе в бассейн расположилась группа клерикальной общественности, распевавшая духовные песнопения и предупреждавшая присутствующих, что они производят акт чудовищного осквернения национальной святыни». В своей книге «Симулякр ли я дрожащий или право имею» Великанов так описывает онтологический мотив, подвигший его на реализацию критического проекта на месте грядущего ХХС: "Формула «православие, самодержавие, народность» графа Уварова обрела в наши дни новую симулированную жизнь. Мы наблюдаем попытку вернуться к традиционным ценностям и возродить религию, и мы наблюдаем строительство «вертикали власти?. Симулируя демократию, власть реализует автократическую и даже тоталитарную программу. При этом большой разрыв между иллюзорным и настоящим заполняется объектами, задача которых — сделать симуляцию реальностью. Один из них — грандиозный симулякр в монолитном бетоне. Несмотря на то, что восстанавливали Храм Христа Спасителя, получилось совсем другое, — аббревиатурный ХХС, символ иллюзии».Проект вызвал скандальную реакцию в прессе. Александр Проханов описал акцию «Бассейн Москва» как «дьявольскую мессу» в своем романе «Красно-коричневый».
По итогам акции был выпущен каталог-сборник «БМ: история, событие, анализ», среди авторов которого — художники Александр Бренер и Тимур Новиков, искусствоведы Виктор Мизиано и Виталий Пацюков, архитектор Александр Скокан и другие.
Намнияз Ашуратова В 1999 году Великанов создал виртуального художника — Намнияз Ашуратову. Центральной идеей этого проекта, один из слоганов которого гласил «Все на постройку вавилонской башни из информационного мусора!», была игра с социальными шаблонами и информационным пространством. По мнению исследователя русского интернета Евгения Горного, Намнияз Ашуратова — «концептуальный веб-артист и виртуальная личность нового поколения», стала ярким представителем сдвига, произошедшего в развитии русского интернета по окончании первого периода его развития, в котором доминировали веб-обозрения:«…особенностью пост-веб-обозревательского периода было повышение уровня рефлексии и саморефлексии. В центре внимания, помимо вопросов виртуализации, оказались проблемы онтологической природы „я“, механизмов самоидентификации, конструирования „я“ и „других“. Или, если прибегнуть к таксономии автобиографических форм […], произошел сдвиг от самовыражения и самосозидания к самоисследованию. […] Ярким представителем этого сдвига стала Намнияз Ашуратова […]. В своих проектах она наглядно демонстрировала механизмы образования стереотипов мышления и подвергала их едкой критике». В рамках одного из проектов, подписанных именем Намнияз Ашуратовой — «Система самоидентификации» (1999) — посетителю сайта предлагалось«…создать композицию из символов, определяющую его уникальность. Международное идентификационное жюри рассматривает эти данные и дает оценку каждому посетителю (индекс идентификации). Принципы оценки неизвестны и, вообще говоря, могут меняться от раза к разу. Быть может, поведение жюри определяется такими принципами, как политическая корректность или национальная ненависть — кто знает?»Горный отмечает ограниченность выбора уже имеющимся списком символов массовой культуры, неопределённость критериев, используемых жюри и неконвенциональность классификаций. Всё это, по мнению исследователя, подрывает идею уникальности как таковую и проблематизирует механизмы конструирования «я». В другом проекте Намнияз Ашуратовой под названием «Система обработки врага» (1999—2002), пользователю предлагалось, — снова из имеющегося списка, — выбрать объект ненависти, обозначенный тем или иным обобщающим термином, указывающим на группу («русский», «женщина», «педераст», «капиталист», «хакер», etc.). Исключение представлял собой пункт списка «я сам». Здесь, как и в других проектах Ашуратовой, осуществляется, по словам Горного, «творческое моделирование, объектом которого является субъективность членов аудитории, разоблачаемая как условная конструкция». Еще один проект Ашуратовой — «Виртуальный Манеж» (1999) — тематически близкий к «Системе самоидентификации» и «Системе обработки врага», предполагал определение «самого отвратительного персонажа в современном искусстве» и состоял из двух частей: офлайновой и онлайновой. Предполагалось, что в ходе предварительного голосования онлайн определяется список из 32 человек, по которому далее было проведено офлайновое голосование среди посетителей ярмарки «Арт-Манеж». По мнению Сергея Кузнецова, проект «возвращает голосовалку на территорию современного искусства, делая ее темой персонажей арт-жизни Москвы» и не сколько проблематизирует голосование онлайн, столько обращает внимание на сложности, — связанные, в частности, с техническим несовершенством подобных систем или с интерпретацией результатов опросов, — характерные и для политических практик, среди которых, например, проведение социологических опросов или голосований в рамках плебисцитарной демократии. Специалист по гендерным исследованиям Ирина Аристархова подвергает проект «Намнияз Ашуратова» критике с феминистских и постколониальных позиций, отмечая, что «…Великанов выбирает женское имя, намекающее всякому, кто вырос в России, на принадлежность его носителя к российскому этническому меньшинству. Перед нами пример иллюзии свободы киберпространства и нет-арта от культурной специфичности. Предположительное избегание культурных или этнических различий оборачивается эксплуатацией российской колониальной истории, […] глобального интереса к меньшинствам и гендерной проблематике. […] Если у сетевых художников и присутствует ясно выраженное стремление к преодолению телесного воплощения с его сексуальной или этнической специфичностью, то мы всё же видим, что внимание их, пусть и в отрицании, по-прежнему сфокусировано на сексуальных и культурных особенностях — на неуловимости этих особенностей, на их бегстве, исчезновении, универсализации и гомогенизации».
«Симулякр ли я дрожащий или право имею» Книга, вышедшая в 2007 году в издательстве НЛО, представляет собой эстетический манифест симуляции и попытку найти новый метод искусства, опирающийся как на актуальные практики, так и на традиционные.
Аннотация: «Что делать художнику после того, как прозвучали многочисленные декларации о смерти искусства? И можно ли теперь заниматься творчеством в какой-либо форме? И так, чтобы не быть при этом жертвой симуляции? Решить эту проблему пытается Андрей Великанов, художник, которого, впрочем, такая старомодная профессиональная идентификация более не удовлетворяет. По его мнению, вместо вопросов „что делать?“ и „кто виноват?“ надо спросить — „где?“ и „как?“. Где — на границе семиотических пространств, а как — этому и посвящена его книга».