Служба общей разведки (СОР) (, ) — разведывательная служба федерального правительства Судана, созданная в июле 2019 года на базе бывшей Национальной службы разведки и безопасности (НСРБ) Переходным военным советом в ходе Суданской революции. Решение было принято в ответ на требования протестующих распустить НСРБ из-за её роли в государственных репрессиях.
Начиная с первых дней работы Специального отдела полиции и зарождающейся армейской разведки, через вездесущую Организацию государственной безопасности Джафара Нимейри и всесильную Национальную службу разведки и безопасности Омара аль-Башира, и вплоть до сегодняшнего сложного ландшафта спецслужб, эти организации играли центральную роль в выживании режимов, внутреннем надзоре и внутренних конфликтах. Их формальные структуры и названия менялись с каждой политической эпохой, но их основная функция — контроль и управление внутренними угрозами государству (или режиму) — оставалась определяющей чертой суданского государственного управления.
История
Республика Судан (1956—1969) После обретения Суданом независимости в 1956 году страна унаследовала силовые структуры колониальной эпохи. Специальный отдел полиции, разведывательное подразделение полиции при Министерстве внутренних дел, продолжал заниматься вопросами внутренней безопасности и слежки. Вооружённые силы сохраняли относительно небольшое подразделение военной разведки, ориентированное в первую очередь на продолжающееся восстание на юге и военные вопросы.
Во время военного правления генерала Ибрахима Аббуда (1958–1964) было введено чрезвычайное положение и приняты репрессивные законы (такие как Закон об обороне Судана 1958 года) для подавления инакомыслия. Однако радикальной перестройки разведывательного аппарата в этот период не произошло; Специальный отдел остался в значительной степени нетронутым и продолжал внутреннюю слежку и борьбу с подрывной деятельностью. Военная разведка на этом этапе работала в тандеме с полицейской разведкой, разделяя ответственность за внутреннюю безопасность. Режим полагался на эти организации для мониторинга политических оппонентов (например, коммунистов и профсоюзных деятелей) и сдерживания беспорядков, но разведывательный аппарат еще не был столь всеобъемлющим или обособленным, как впоследствии.
Революция октября 1964 года положила конец правлению Аббуда и открыла краткий период гражданского правления. В годы демократического режима (1964–1969) базовая структура внутренней разведки оставалась неизменной: Специальный отдел полиции сохранял свою роль, а военная разведка фокусировалась на делах армии и борьбе с повстанцами. В 1967 году был принят Закон о национальной безопасности для реформирования служб безопасности Судана, но он так и не был реализован. Таким образом, на протяжении 1960-х годов функции внутренней разведки в Судане по-прежнему выполнялись Специальным отделом полиции. Слежка за политическими группами продолжалась (особенно в условиях, когда Хартум пытался справиться с возобновившейся гражданской войной на юге), но разведывательная деятельность во время второго демократического периода была ограничена законом и надзором по сравнению с военными режимами. Эта ситуация подготовила почву для радикальных изменений после переворота 1969 года.
Демократическая Республика Судан (1969—1985) Переворот полковника Джафара Нимейри 25 мая 1969 года привел к фундаментальной реорганизации разведывательного аппарата Судана. Новый режим немедленно расширил роль армии в обеспечении внутренней безопасности. Под руководством Совета революционного командования (СРК) военная разведка была расширена; ей было поручено расследование и нейтрализация внутренних оппозиционных групп. После попытки коммунистического переворота в 1971 году режим создал отдельные организации безопасности: в конце 1969 года на базе армейской разведки была сформирована Организация национальной безопасности (ОНБ), а из полицейской разведки была выделена Организация общей безопасности (ООБ). К 1973 году ООБ была выведена из-под контроля полиции и передана в прямое подчинение исполнительной власти, получив широкие полномочия на обыски, аресты и задержания. Эта двойная структура — военная ОНБ и гражданская ООБ — обеспечила правительству Нимейри огромный охват в сфере внутренней слежки и контрразведки.
В августе 1978 года Нимейри объединил эти органы в Организацию государственной безопасности (ОГБ). ОГБ была передана под начало генерал-майора Омара Мухаммеда аль-Тайиба, доверенного лица Нимейри (позже он стал вице-президентом), и выросла в огромный аппарат численностью около 45 000 человек, соперничающий по размеру с регулярными вооружёнными силами. ОГБ объединила ресурсы военной разведки с функциями тайной полиции и стала главным инструментом внутреннего контроля режима. Она отслеживала и подавляла политических оппонентов с помощью повсеместной слежки, произвольных арестов, исчезновений людей и работы специальных судов безопасности с драконовскими полномочиями.
Военная разведка при Нимейри взяла на себя роль по предотвращению переворотов: после 1971 года она сосредоточилась на выявлении угроз внутри вооруженных сил, создав даже специальное подразделение президентской гвардии численностью 400 человек для защиты Нимейри. Мандат ОГБ распространялся на всю внутреннюю безопасность: она координировала разведданные армии и полиции, управляла собственными центрами содержания под стражей, осуществляла цензуру и контролировала пограничную безопасность (например, паспортный контроль). К началу 1980-х одно лишь название «Госбезопасность» вызывало страх у суданцев, так как ОГБ фактически превратилась в тайную полицию, насаждавшую однопартийную систему Нимейри. Эта организация была печально известна грубыми нарушениями прав человека, включая пытки задержанных и проведение суровых «Судов государственной безопасности» по политическим делам.
Аппарат безопасности Нимейри просуществовал до его свержения 6 апреля 1985 года. После народного восстания ОГБ была распущена, а её законодательные основы (Закон о национальной безопасности 1973 года и Закон об ОГБ 1978 года) отменены. Демонтаж ОГБ ознаменовал конец эпохи, когда военная разведка и госбезопасность были слиты в единую всемогущую организацию. Многие её сотрудники подверглись чисткам или бежали; некоторые файлы и записи о деятельности ОГБ стали достоянием общественности в ходе усилий по обеспечению правосудия переходного периода. Однако наследие разведывательного аппарата, глубоко вовлеченного во внутренние репрессии, будет оказывать влияние на все последующие суданские правительства.
Вторая демократия (1985—1989) После падения Нимейри Судан пережил краткое возвращение к гражданскому правлению под руководством Переходного военного совета (ПВС), а затем избранного коалиционного правительства во главе с премьер-министром Садыком аль-Махди (1986–1989). В этот период была предпринята попытка реформировать и демилитаризовать сектор разведки. Законы о государственной безопасности прежнего режима были аннулированы, и поначалу службы безопасности вели себя сравнительно сдержанно. Многие функции разведки вернулись к регулярной полиции и армии в более ограниченном объеме и с большим уважением к гражданским свободам.
Однако растущая нестабильность, включая продолжающуюся Вторую гражданскую войну и заговоры с целью переворота, привела к возрождению аппарата безопасности. В 1987 году на фоне обострения конфликтов правительство ввело чрезвычайное положение. К 1988 году правительство Садыка аль-Махди приняло новый Закон о государственной безопасности (1988) и сформировало на его основе новые силы безопасности. Это фактически воскресило организацию внутренней разведки, хотя и в меньших масштабах, чем ОГБ времен Нимейри. Новая структура безопасности, действующая под надзором премьер-министра, получила широкие полномочия по аресту и задержанию для борьбы с повстанцами и заговорами. Отчеты того времени указывают на то, что военная разведка и сотрудники Специального отдела полиции снова тесно координировали свои действия для мониторинга диссидентов, повстанцев и даже исламистских групп (таких как Национальный исламский фронт Хасана ат-Тураби, находившийся тогда в оппозиции).
Несмотря на эти меры, контроль гражданского правительства над разведывательным аппаратом был слабым. Фракционность и экономический кризис подтачивали режим. 30 июня 1989 года группа армейских офицеров во главе с бригадным генералом Омаром аль-Баширом при негласной поддержке Национального исламского фронта захватила власть в результате переворота. Переворот удался отчасти потому, что элементы военной разведки и служб безопасности либо поддержали его, либо были нейтрализованы. Новая хунта вскоре построит еще более грозную систему внутренней безопасности.
Республика Судан (1985—2019) Начиная с 1989 года аппарат военной разведки Судана был реорганизован и значительно расширен при исламистском режиме президента Омара аль-Башира. Хунта, называвшаяся Совет командования революцией национального спасения, немедленно ввела чрезвычайное положение и создала параллельную исламистскую организацию безопасности, широко известную как Исламская безопасность или Безопасность революции. Эта организация, возглавляемая кадром НИФ в составе Совета, получила мандат на «защиту революции», фактически действуя как тайная полиция с полномочиями выше других правоохранительных органов. Она служила надзирателем за регулярными вооруженными силами и полицией, оберегая режим от внутренних заговоров, и была печально известна беспорядочными арестами и пытками в подпольных «призрачных домах». В начале 1990-х годов государственная слежка резко усилилась: гражданские лица, подозреваемые в диссидентстве, подвергались преследованиям, церковные службы отслеживались, пресса подвергалась цензуре, а соседские «народные комитеты» даже использовали контроль над продовольственными карточками для шпионажа за домохозяйствами. В эти годы произошло становление современного суданского государства «мухабарат» (разведывательного государства).
Формально режим Башира ввел новое законодательство для легитимизации своего аппарата безопасности. Закон о национальной безопасности 1990 года установил систему нацбезопасности после переворота. За ним последовал Закон о национальной безопасности 1995 года, который предоставил разведывательным органам чрезвычайно широкие полномочия, включая превентивное задержание подозреваемых на срок до шести месяцев без предъявления обвинения и почти полную неприкосновенность для сотрудников безопасности. Задержанные не имели права на судебный надзор или апелляцию. Эти законы заложили правовую основу для разведывательной организации, которая была одновременно могущественной и защищенной от ответственности.
На практике эта организация превратилась в Национальную службу разведки и безопасности (НСРБ) (). Хотя название «НСРБ» стало общеупотребительным позже (особенно после конца 1990-х), суданский «мухабарат» в 1990-е уже функционировал как единая служба внутренней и внешней разведки под прямым президентским контролем. НСРБ была официально закреплена Законом о силах национальной безопасности 1999 года, который не только утвердил её существование, но и закрепил её исключительные полномочия и отсутствие надзора. Последующий Закон о национальной безопасности 2010 года (принятый в переходный период мирного урегулирования) сохранил эти широкие полномочия, несмотря на призывы ограничить мандат агентства. По закону сотрудники НСРБ обладали правом ареста, обыска, изъятия имущества и могли задерживать лиц на длительный срок во имя «национальной безопасности».