Сергей Дмитриевич Григорьев(, — , ) — советский преступник, серийный насильник, педофил и грабитель. В период с 1977 по 1983 годы на территории различных городов СССР совершил серию изнасилований, сопряжённых с ограблениями квартир и разбойными нападениями. Жертвами становились девочки-подростки в возрасте от 13 до 15 лет.
Биография Первые преступления Сергей Григорьев родился в 1946 году в Ленинграде. Мать воспитывала его в строгости, наказывала за любую провинность. Григорьев мечтал освободиться от материнской опеки и самоутвердиться.
В молодости он создал банду, в которую входили подростки в возрасте 14-15 лет. Преступники насиловали и грабили женщин на пляжах. Часть преступлений Григорьев совершил будучи несовершеннолетним. В 1965 году Григорьев был осуждён по статьям 117 (изнасилование) и 146 (разбой) УК РСФСР на 10 лет лишения свободы. Через месяц после вынесения приговора мать преступника скончалась от инфаркта.
В колонии Григорьев попал в касту «опущенных», и ему сделали унизительные татуировки, в том числе на ягодицах. Григорьев отсидел 7 лет и вышел на свободу в 1972 году. Он скрывал наличие судимости от знакомых из-за перенесённых в колонии унижений.
Согласно совершенно секретному приказу МВД СССР, лица, ранее судимые за преступления на сексуальной почве, должны были состоять на учёте пожизненно. Поэтому Григорьев состоял на учёте в милиции. Оперативные работники должны были постоянно наблюдать за ним. Однако через несколько месяцев Григорьев переехал в другой район Ленинграда. При этом дело на него не было передано сотрудниками милиции в другой район по его новому месту жительства.
Работа и семья Через 2 года после освобождения Григорьев смог устроиться на работу шофёром-дальнобойщиком в Ленинградское объединение междугородных автотранспортных перевозок №1. Несмотря на то, что в автопарке было запрещено принимать на работу ранее судимых, Григорьев изначально смог скрыть свою судимость от отдела кадров. Наличие судимости не было указано даже в его трудовой книжке. Позже отдел кадров был вынужден заниматься этим вопросом. К моменту последнего ареста Григорьев имел квалификацию водителя 2 класса и звание ударника коммунистического труда, а его фотография висела на доске почёта.
В 1976 году Григорьев познакомился с будущей женой, которая на тот момент училась в Ленинградском строительном институте. Через полгода они поженились. Тогда же, по словам Григорьева, он устроился на работу экспедитором. Жена родила ему сына. Старший следователь прокуратуры Юрий Борисович Лукичёв, впоследствии участвовавший в расследовании дела Сергея Григорьева, проживал с ним в одном доме.
Уже после последнего ареста Григорьева в его квартире обнаружили юридическую литературу: уголовно-процессуальный кодекс, биологические экспертизы. Григорьев внимательно изучал данные вопросы, тем самым заранее готовясь к совершению преступлений. Также преступник увлекался оккультизмом и верил в то, что его охраняют потусторонние силы, позволяющие безнаказанно совершать любые злодеяния.
Серия преступлений Григорьев начал свою серию преступлений в марте 1977 года. Он проникал в квартиры, где насиловал несовершеннолетних девочек и грабил. Преступления совершались в дневное время. В качестве жертв насильник выбирал девочек в возрасте от 13 до 15 лет.
Преступник действовал по одной схеме. Он следовал за потенциальной жертвой до её квартиры. Когда они заходили в квартиру и закрывали дверь, он сразу же звонил в звонок. Григорьев представлялся сотрудником милиции или прокуратуры, быстро показывал своё удостоверение водителя под видом удостоверения личности работника правоохранительных органов и просил впустить его под предлогом опроса жильцов по поводу якобы совершённого в микрорайоне правонарушения. Девочки не успевали рассмотреть документ, но без опасения впускали незнакомца в квартиру. Преступник спрашивал у девочек, знают ли их родители что-либо о якобы случившемся происшествии, таким образом проверяя, находятся ли в квартире кроме потенциальной жертвы взрослые члены семьи.
Общаясь с девочками, Григорьев выяснял у них время, когда родители должны вернуться домой. Также преступник интересовался их возрастом, поскольку знал, что за изнасилование малолетней по соответствующей статье УК РСФСР в случае ареста его могли приговорить к смертной казни.
Убедившись, что кроме намеченной жертвы в квартире больше никого нет, Григорьев просил разрешения позвонить в милицию с домашнего телефона или дать ему воды. Когда дверь в квартиру закрывалась, Григорьев внезапно доставал нож и начинал угрожать, походя к девочкам со спины и приставляя нож к горлу, груди или животу. Маньяк делал нажим на нож, чтобы показать серьёзность своих намерений. В таких случаях уже была угроза жизни потерпевшим.
Угрожая ножом, преступник требовал выдать все ценные предметы в доме. Затем заставлял девочек самостоятельно раздеваться, после чего совершал с ними оральный и анальный половой акт. Перед совершением полового акта маньяк уточнял у девочек, являются ли они девственницами (это был его фетиш). После изнасилований Григорьев забирал из квартир деньги, драгоценности и различные ценные вещи. При этом не забывал надевать перчатки.
В ходе нападений маньяк не причинял видимые телесные повреждения: ни разу не использовал нож для нанесения ран и почти не избивал жертв, ограничиваясь словесными угрозами. Лишь в одном случае он связал за спиной руки не подчинявшейся ему девочки бельевой верёвкой и подвесил за потолочный крюк. Все потерпевшие были настолько шокированы и испуганы из-за угроз со стороны насильника, что даже не кричали и не пытались оказать сопротивление.
После актов насилия маньяк отводил потерпевших в ванную комнату и заставлял в своём присутствии мыться, чтобы уничтожить следы надругательства. Он внимательно следил за тем, чтобы жертвы смыли с себя следы его спермы, а иногда даже расчёсывал им лобковые волосы и проверял, остались ли там его собственные лобковые волосы. Перед уходом преступник обрезал телефонный шнур или вытаскивал мембрану из телефонной трубки, чтобы потерпевшие не смогли никому позвонить. Насильник спокойно покидал квартиры с награбленным.
Со временем Григорьев стал находиться в квартирах потерпевших дольше, порой по несколько часов. Он разговаривал по поводу девочек-девственниц, рассуждал с будущими жертвами на разные темы, в том числе по поводу секса. Иногда ему удавалось покинуть место преступления за несколько минут до прихода родителей пострадавшей девочки.
Все украденные из квартир потерпевших вещи он уносил домой и дарил жене. На её вопросы о происхождении драгоценностей и ценных вещей Григорьев ей отвечал, что купил их по дешёвке. При этом преступник никогда не продавал награбленное. Из квартир он брал различные вещи, которые ему приглядывались: украшения, пачки сигарет, зонтики и особенно книги. Григорьев похищал только массовые издания, которые обычно обменивали на макулатуру (особенно ему нравились произведения Александра Дюма).
Григорьев совершал нападения не только на территории Ленинграда. Будучи водителем-дальнобойщиком и уходя в рейсы, он совершал преступления в других городах: Москва, Зеленоград, Красноярск, Челябинск, Орёл, Пенза, Владимир, Витебск. Однажды в Витебске насильник даже надругался над дочерью заместителя прокурора области и вместе с деньгами похитил из квартиры служебное удостоверение.
Изнасилованные Григорьевым девочки тяжело переживали произошедшее. Среди потерпевших бывали случаи продолжительного стресса, попытки самоубийства. У некоторых школьниц также были случаи беременности от насильника. Девочки делали аборты с тяжёлыми последствиями: в дальнейшем они уже не могли иметь детей.
Расследование Григорьев по несколько раз обходил квартиры в поисках той, в которой потенциальная жертва находится одна. Поэтому описание преступника давали не только потерпевшие, но и другие свидетели, видевшие его в доме. Они указывали, что насильник выглядел небрежно, носил очки с толстыми линзами, его руки были в чёрных пятнах, и от него пахло керосином. Пострадавшие девочки отмечали, что маньяк никогда полностью не снимал с себя одежду. Также они вспоминали, что в ходе диалога преступник говорил, что ему нужно передвигаться.
В начале серии преступлений Григорьева следователями отрабатывались на причастность к изнасилованиям и разбоям уволенные сотрудники милиции, ранее судимые и лица, состоявшие на учёте с сексуальными отклонениями. Летом 1977 года маньяк на несколько месяцев перестал нападать, из-за чего следователи стали также проверять граждан, которые в этот период были арестованы и не могли совершать нападения. В октябре 1977 года маньяк снова стал нападать. После двух преступных эпизодов поздней осенью он снова затаился и совершил три новых нападения весной 1978 года.
Следователь Юрий Лукичёв убеждал потерпевших согласиться на проведение дополнительных экспертиз. Таким образом было установлено, что насильник имеет вторую группу крови.
Во Владимире, где Григорьев совершил очередное нападение, один из следователей предположил, что работа преступника связана с междугородними перевозками. Этот следователь установил, что в период совершения преступления через Владимир проезжал только один дальнобойщик из Ленинграда. Таким образом он вышел на Григорьева и даже пришёл на автобазу, где был трудоустроен маньяк. Сотрудники Фрунзенского РОВД Ленинграда взяли данные сведения у следователя из Владимира. Однако они поступили с данными сведениями недобросовестно: отложили их и не стали проверять.
По словам Григорьева, в 1982 году к нему на работу приходил следователь с проверкой, но ничего не заподозрил. Тогда преступник затаился на 10 месяцев, после чего совершил 2 преступления в Москве. Но с того времени он уже представлялся не милиционером, а сотрудником ЖЭКа.
В течение нескольких лет милиция прятала и оставляла без рассмотрения заявления потерпевших, поскольку следователи не могли найти подозреваемого, и данные дела были безнадёжными. Именно поэтому изнасилования оставались нераскрытыми и дела закрывались как бесперспективные. В Ленинграде и Москве к находкам следователя из Владимира отнеслись формально. В милиции даже забывали о том, что маньяк может быть дальнобойщиком. По словам Эльвиры Мироновой, в 1980-е годы работавшей старшим следователем прокуратуры Ленинграда, начальник следственной части не проявлял интереса к делам об изнасилованиях девочек, считая, что лучше ждать, пока насильника поймают с поличным.
Осенью 1982 года следственная группа обратилась за информационной поддержкой к органам внутренних дел в других регионах страны. Общесоюзный МВД не имел базы данных на сексуальные преступления в масштабах страны, поэтому запросы были направлены в более чем 50 управлений внутренних дел крупных городов и регионов СССР. Тогда вскрылись десятки эпизодов в других городах страны.
Насильник говорил потерпевшим, что он находится в рейсе. Следователи предположили, что преступник работает проводником в поезде. На причастность к преступлениям проверялись сотрудники железнодорожных предприятий. С декабря 1982 года внимание следственной группы было сосредоточено на проверках сотрудников 22 предприятий железнодорожного транспорта Ленинградской области. Однако к концу февраля 1983 года стало ясно, что проверка оказалась безрезультатна.
Во время одного из нападений преступник сказал потерпевшей, что у него «скоро вылет». Следователи предположили, что работа маньяка связана с авиацией и, возможно, он пилот. Стали проверять сотрудников аэропортов. Однако данная проверка также оказалась безрезультатной.
В 1983 году в отдел управления уголовного розыска, которому была поручена линия преступлений на сексуальной почве, пришёл старший оперуполномоченный по особо важным делам угрозыска Александр Митрофанович Зеленин. Ему было поручено данное дело. В следственной группе Зеленина, где он был старшим, было прикомандировано несколько оперативных сотрудников из районных подразделений.