Шахматы были постоянным увлечением Александра Сергеевича Пушкина, что подтверждается его письмами и мемуарами современников. Поэт играл в литературных салонах, в частности в 1820—1830-х годах у Авдотьи Елагиной. В его библиотеке имелись серьёзные шахматные издания: парижский «Анализ шахматной игры» Франсуа Филидора, два экземпляра книги Александра Петрова (на одном — дарственная надпись автора) и первые номера журнала «Паламед». Пушкин привлёк Петрова к публикации в «Литературной газете», где в 1831 году вышли его анонимные шахматные рассказы. Среди знакомых поэта, предпочитавших шахматы картам, были декабристы Вильгельм Кюхельбекер, Фёдор Глинка, Кондратий Рылеев и другие, а также друзья Алексей Вульф, Павел Шиллинг, Иван Киреевский.
В «Евгении Онегине» сцена свидания Ленского и Ольги описана за шахматной доской. На эту тему гроссмейстер Илья Шумов сочинил партии и задачи, опубликованные в журнале «Всемирная иллюстрация», а семь художников в период с 1892 по 1959 год написали картины с разными вариациями сюжета.
Пушкин остро переживал проигрыши. Дочь священника Елена Смирнова вспоминала, как в январе 1829 года поэт горячился, когда выученный им Павел Вульф стал его обыгрывать. В 1832 году Пушкин писал жене, благодаря за то, что она учится играть, и замечал, что шахматы «непременно нужно во всяком благоустроенном семействе». Последнюю партию он сыграл за два дня до дуэли у князя Петра Мещерского.
В «Евгении Онегине» Строфы Пушкина об игре Ленского и Ольги в шахматы представляют собой художественно завершённую миниатюру, отображающую быт дворянства. Пушкинисты обычно обходят эти строки вниманием, считая увлечение шахматами в ту эпоху обыденным, однако в них акцентируется атмосфера уединённого досуга, где мысли заняты не только фигурами на доске.
В обиходе использовались западные названия фигур, но в русской шахматной литературе, в частности у А. Д. Петрова, были возвращены исконные термины «ферзь», «ладья», «слон», а главная фигура вместо «царя» стала именоваться «королём». Пушкин знал оба варианта. Вероятным импульсом для включения шахматного эпизода в четвёртую главу «Онегина» (написанную в 1825 году) послужило получение поэтом в 1824 году книги Петрова.
В семи иллюстрированных изданиях романа разные художники стремились подчеркнуть роль Ольги в шахматном поединке. Эта тема получила развитие в иллюстрации Ильи Шумова. В 1870 году в журнале «Всемирная Иллюстрация» он опубликовал серию партий и задач, якобы сыгранных Ольгой и Ленским, сопроводив их ироничным комментарием. Среди них — позиция, где Ленский по рассеянности берёт пешкой свою же ладью, и шуточная задача с мухой, севшей на доску. Завершил цикл четырёхходовый изобразительный «Памятник Владимиру Ленскому», где фигуры расставлены в виде креста. Публикация была приурочена к сорокалетию завершения романа.
Примечания
Литература
Дополнительная литература
Категория:Шахматы в Российской империи Категория:Персоналии:Шахматы Категория:Александр Пушкин