«Конный портрет графа Станислава Костки Потоцкого» () — картина, написанная французским художником-неоклассицистом Жаком-Луи Давидом в 1781 году. Это масштабное полотно изображает польского политика, аристократа и писателя эпохи Просвещения, Станислава Костку Потоцкого. На картине художник представляет Потоцкого верхом на коне. Граф носит ленту польского Ордена Белого Орла. В приветственном жесте он приподнимает шляпу, обращаясь к зрителю, в то время как его конь склоняет голову. В левом нижнем углу полотна изображена собака, которая лает.
Потоцкий впервые встретился с Жаком-Луи Давидом в Италии во время Большого путешествия художника в 1779—1780 годах. Обстоятельства заказа портрета остаются предметом споров: одни историки полагают, что Потоцкий сам заказал его в 1780 году, другие — что инициатором был король Неаполя Фердинанд IV, впечатлённый тем, как Потоцкий укротил дикую лошадь. Портрет был впервые выставлен на Парижском салоне в 1781 году и до 1801 года был перевезён в Варшаву. В том же году картина была передана во дворец Вилянув, который с 1799 года принадлежал семье Потоцких (изначально он был построен как королевская резиденция для Яна III Собеского в конце XVII века). В 1805 году дворец стал одним из первых публичных художественных музеев Польши, где работа Давида демонстрировалась вместе с остальной коллекцией семьи Потоцких.
В декабре 1944 года картина была похищена нацистскими войсками и вывезена в Германию. В 1952 году советские власти сообщили правительству Польской Народной Республики, что портрет, наряду с другими произведениями из коллекции Вилянува, был возвращён СССР после войны. В 1956 году полотно было официально возвращено Польше и помещено в собрание Национального музея в Варшаве. После падения коммунистического режима, в 1990 году, оно было возвращено во дворец Вилянув и выставлено там на постоянной основе.
В настоящее время картина является частью государственного Музея дворца короля Яна III. Это произведение считается одним из шедевров Давида и ознаменовало собой возвращение жанра конного портрета в европейскую живопись конца XVIII века.
История создания
Жак-Луи Давид (1748—1824) Жак-Луи Давид был выдающимся французским представителем неоклассицизма — стиля в европейском искусстве, возникшего в середине XVIII века под влиянием эстетического порядка и монументальности классической античности. В период с 1775 по 1780 год Давид жил в Риме, где изучал живопись мастеров итальянского Высокого Возрождения и раннего барокко. Это побудило его отказаться от господствовавшего тогда во Франции стиля рококо в пользу подхода, который искусствовед Кэтрин Калли Галитц характеризует как отличающийся точными контурами, чётко определёнными формами и изысканными поверхностями. Стиль Давида также отмечался приверженностью классическим формам, что особенно проявилось после его визита в Неаполь в 1779 году и повторяло визуальный язык римской древности. Будучи плодовитым портретистом, Давид выполнял заказы для самых разных покровителей: не только аристократии, но и того, что искусствовед Эллисон Ли Палмер назвала «просвещённым средним классом». Хотя политические симпатии художника менялись со временем — он активно участвовал во Французской революции, а затем в 1804 году был назначен Наполеоном «Первым художником императора», — на протяжении всей своей карьеры Давид оставался верен неоклассицизму.
Станислав Костка Потоцкий (1755—1821) Как сообщается, Потоцкий впервые встретился с Давидом в Италии во время своего Гран-тура в 1779—1780 годах. Потоцкий был польским дворянином, впоследствии ставшим влиятельным политиком в Речи Посполитой. Он много путешествовал по Европе, посетив Италию, Францию, Швейцарию и Германию в период с 1772 по 1775 год. В 1776 году он женился на Александре Любомирской из аристократической польской семьи Любомирских, а свою политическую деятельность начал в 1778 году в качестве депутата Сейма Речи Посполитой от Люблинского воеводства.
Потоцкий был патриотом и служил генералом во время польско-русской войны 1792 года — решающего военного конфликта, приведшего ко Второму разделу Польши в 1793 году. Его вклад в развитие страны был отмечен двумя государственными наградами: орденом Святого Станислава в 1780 году и орденом Белого орла в 1781 году. Оба эти отличия позже были отражены в изображении Потоцкого кисти Давида. Будучи убеждённым сторонником народного просвещения, он выступил соучредителем Варшавского общества друзей науки в 1800 году и Варшавского университета в 1816-м. Кроме того, Потоцкий был страстным коллекционером произведений искусства с глубоким интересом к классической античности. Он перевёл на польский язык трактат немецкого историка искусства Иоганна Иоахима Винкельмана «История искусства древности» (1764). Эта всеобъемлющая научная работа оказала глубокое влияние на эволюцию неоклассического искусства по всей Европе.
Заказ
Хотя путешествия Потоцкого в Италию между 1779 и 1780 годами, а также его последующая встреча с Давидом хорошо задокументированы, точные обстоятельства заказа портрета остаются предметом научных дискуссий. Некоторые искусствоведы предполагают, что сам Потоцкий попросил Давида написать свой портрет где-то в 1780 году. Каталог коллекции, изданный семьёй Потоцких в 1834 году, упоминает, что «портрет был завершён в Париже по эскизу, сделанному с натуры в Неаполитанской школе верховой езды».
Эта версия событий была позже подтверждена внуком Давида, Жаком-Луи-Жюлем Давидом. В 1880 году он опубликовал альбом под названием «Художник Луи Давид 1748—1825», посвящённый творчеству мастера. Он утверждал, что картину заказал Фердинанд IV Неаполитанский в 1780 году после визита к нему Потоцкого в Неаполе. Согласно Жаку-Луи-Жюлю, Потоцкий произвёл впечатление на короля тем, что укротил дикую лошадь во время охоты, что и побудило Фердинанда заказать у Давида конный портрет. Это привело некоторых учёных к выводу, что Давид начал писать работу в Риме в 1780 году, а завершил её в Париже в 1781-м, выставив в том же году в Парижском Салоне — официальной художественной выставке, организованной членами Королевской академии живописи и скульптуры. В 1960-х годах польский искусствовед Анджей Рышкевич оспорил это повествование, заявив об отсутствии исторических доказательств того, что встреча Давида и Потоцкого в Неаполе в 1780 году вообще имела место.
Хотя утверждение Рышкевича оказало влияние на исследования происхождения картины в последующие десятилетия, отчёт о реставрации 2019 года из Музея дворца короля Яна III в Вилянове придал достоверности рассказу внука Давида. Отчёт содержал анализ рентгеновских снимков оригинальной картины и раннего модельо (подготовительного этюда) композиции — рисунка, который изначально считался наброском XIX века. На этом рисунке Потоцкий изображён с лентой ордена Святого Станислава, вручённого ему в 1780 году, а не с польским орденом Белого орла, полученным в 1781-м. Эти находки позволили исследователям заключить, что рисунок 1780 года является оригинальной работой Давида, созданной в Неаполе. Кроме того, рентгеновские снимки выявили под существующей синей лентой слой красной краски, что ещё больше подкрепляет версию о том, что первоначальный замысел картины предполагал изображение ордена Святого Станислава.
Анализ
Портрет был описан как один из шедевров Давида , ознаменовавший возвращение конного портрета в европейскую живопись конца XVIII века. Искусствовед Лоренц Айтнер отмечает влияние двух фламандских художников эпохи барокко XVII века — Питера Пауля Рубенса и Антониса ван Дейка — на работу Давида 1781 года. Он утверждает, что картина «предвосхищает манеру, в которой [Давид] позже будет трактовать современные, национальные сюжеты». По словам Антуана Шнапера, работа отсылает к конному портрету Томаса Франциска, принца Кариньяно, написанному ван Дейком в 1634 году; эскиз этой картины Давид выполнил до того, как приступить к изображению польского дворянина.
Шнапер также приходит к выводу, что «передняя часть туловища лошади» соответствует фрагменту гобелена XVII века, иллюстрирующего историю Публия Деция Муса — римского консула IV века до н. э., известного тем, что он принёс себя в жертву во время Второй Латинской войны. Этот гобелен был создан по композиции, изначально написанной Рубенсом в 1618 году, и был скопирован Давидом незадолго до 1780 года, а затем выставлен в Лувре. Важность влияния Рубенса подчёркивает и американский искусствовед Роберт Розенблюм, который описал лошадь в портрете Потоцкого как «рубенсовского жеребца».
На картине Давид изображает Потоцкого верхом на коне на фоне серой стены, над которой возвышаются две классические колонны. Историк искусства Антуан Шнапер отмечает, что наличие соломы под копытами лошади может указывать на обстановку конюшни, в то время как «величественная архитектура» на заднем плане намекает на воображаемый или идеализированный фон. Потоцкий изображён без камзола, и лишь голубая лента Польского ордена Белого орла (высшей гражданской награды страны) указывает на его высокий ранг. Он одет в то, что Палмер охарактеризовала как «изысканную» одежду: жёлтые брюки и белую рубашку. Потоцский приветствует зрителя, снимая шляпу, в то время как конь опускает голову. В левом нижнем углу можно увидеть собаку, которая лает на лошадь.
Исследуя формальные качества композиции, французский специалист по искусству XVIII века Шарлотта Гишар выделяет нетипичное размещение подписи художника. Она находится на золотом ошейнике собаки в левом нижнем углу картины. Гишар предполагает, что, «динамично вторгаясь в пространство изображения, сверкающее имя Давида сияет, улавливая свет и внимание зрителя».
Учёные также рассматривали политический подтекст картины. По мнению Палмер, портрет может символизировать предреволюционные дебаты о том, является ли дворянство «высшим только по крови или также и по разуму». Анализируя репрезентацию Восточной Европы в западном искусстве конца XVIII века, историк Ларри Вольф считает, что мотив верховой езды отсылал к идее «укрощения и обуздания» Восточной Европы в целом, что было характерно для других произведений искусства 1780-х годов. Он отмечает, что польский дворянин, сидящий на идеально уравновешенном, напряжённо мускулистом коне с головой, склонённой в подчинении под драматичной гривой, изображён с большой дисциплиной. Более того, французский искусствовед Филипп Борде ставит эту картину в один ряд с другими современными портретами Давида выдающихся общественных деятелей, включая изображение французского химика Антуана-Лорана Лавуазье и его жены Мари-Анны Пьеретт Пользе (1788). Борде утверждает, что художник был «полон решимости использовать свой талант для подъёма по социальной лестнице».
Восприятие и провенанс
Парижский салон (1781) В своей биографической монографии 1930 года искусствовед Ришар Кантинелли отметил, что Давид начал работу над «Конным портретом графа Станислава Потоцкого» в Риме и выехал в Париж 17 июля 1780 года. В Париже он завершил картину и представил её на Салоне 1781 года. Эта выставка стала дебютом Давида в Салоне, а портрет Потоцкого был показан рядом с такими работами, как «Велизарий, просящий подаяние», «Святой Рох, ходатайствующий перед Девой за поражённых чумой», «Погребальные игры Патрокла» и композиция «Женщина, кормящая грудью ребёнка». Все эти произведения были отмечены французским философом-просветителем и писателем Дени Дидро. Обсуждая портрет Потоцкого, Дидро особо выделил светлую цветовую палитру Давида, которая контрастировала с его историческими полотнами того же периода: