Шахтёрская забастовка в Астурии 1962 года (), также известная как Большая забастовка () и забастовка молчания (), — массовая забастовка, начавшаяся 7 апреля 1962 года на шахте «Николаса» в Мьересе и распространившаяся на значительную часть горнодобывающих и промышленных предприятий Астурии, а затем и других регионов Испании. Стала крупнейшим рабочим выступлением в стране со времени окончания Гражданской войны и одним из наиболее серьёзных социальных конфликтов периода франкистской диктатуры.
Первоначально участники выдвигали преимущественно социально-экономические требования: повышение заработной платы, улучшение условий труда и отмену наказаний в отношении бастующих. По мере развития конфликта к ним добавились требования освобождения задержанных и возвращения уволенных рабочих. В Астурии в забастовочном движении участвовали свыше 60 тысяч шахтёров, металлургов, строителей и работников других отраслей. Волна забастовок распространилась на 28 испанских провинций и получила поддержку части студенчества, интеллигенции, подпольной оппозиции и зарубежных профсоюзов.
Власти объявили чрезвычайное положение в Астурии, Бискайе и Гипускоа, однако подавить первую волну протестов не смогли. В мае правительство вступило в переговоры с представителями шахтёров и приняло ряд экономических мер, в том числе установило отчисление 75 песет с каждой проданной тонны угля в Астурии, Леоне и Паленсии на повышение заработной платы шахтёров. Новая волна забастовок в августе 1962 года была подавлена значительно жёстче: 126 рабочих были высланы из Астурии, многие участники были уволены и арестованы.
Предыстория
После установления режима Франсиско Франко независимые профсоюзы в Испании были запрещены, а рабочие и работодатели объединены в подконтрольную государству Испанскую профсоюзную организацию (исп.), известную как «Вертикальный синдикат». Забастовки были запрещены и рассматривались властями как нарушение общественного порядка.
Тем не менее с середины 1950-х годов на астурийских предприятиях стали возникать временные комиссии рабочих, которые создавались для выдвижения конкретных требований и ведения переговоров. Особое значение имела шахта Ла-Камоча близ Хихона. В 1955—1956 годах её рабочие сформировали устойчивую комиссию, а в январе 1957 года провели девятидневную забастовку. Комиссия добилась права фактически представлять рабочих в переговорах в обход «Вертикального синдиката». В современной испанской историографии этот опыт рассматривается как один из истоков будущих рабочих комиссий.
В марте 1958 года новая волна шахтёрских выступлений привела к введению чрезвычайного положения в Астурии. Власти применяли аресты, увольнения и высылки рабочих, однако подпольные структуры на предприятиях сохранились и впоследствии участвовали в организации протестов 1962 года.
Начало забастовки
Непосредственным поводом к забастовке стал конфликт на принадлежавшей компании Фабрика де Мьерес (исп.) шахте «Николаса» в муниципалитете Мьерес. 7 апреля 1962 года семь забойщиков, требовавших улучшения оплаты труда, были отстранены от работы. В знак солидарности их товарищи отказались спускаться в шахту.
Первоначально конфликт носил локальный характер, однако солидарность с рабочими «Николасы» быстро распространилась на другие предприятия бассейна реки Каудаль (исп.). В течение следующих дней к забастовке стали присоединяться шахты бассейна Налона, Альера (исп.), а также Ла-Камоча в районе Хихона. Остановка работы постепенно охватила почти всю астурийскую угледобывающую промышленность.
Одной из особенностей движения было отсутствие централизованно объявленной всеобщей забастовки. Решения об остановке работы принимались коллективами отдельных предприятий, а информация распространялась между шахтами через личные связи, родственников и подпольные рабочие структуры. Это осложняло властям выявление единого руководящего центра и способствовало распространению протеста.
Распространение забастовки
К шахтёрам вскоре присоединились рабочие других отраслей. Забастовки прошли на металлургических и промышленных предприятиях, в том числе связанных с компаниями «Дуро Фельгера» (исп.) и «Фабрика де Мьерес». В итоге в Астурии движение охватило более 60 тысяч работников, включая шахтёров, металлургов и строителей.
Астурийские события вызвали забастовки солидарности за пределами региона. Протесты возникли в шахтёрских районах Леона и Паленсии, а затем в промышленных центрах Страны Басков, Каталонии и других частей страны. В общей сложности забастовочное движение 1962 года в той или иной форме затронуло 28 провинций Испании.
События получили широкую международную огласку. Информация о забастовке распространялась зарубежной прессой и испанской политической эмиграцией. Акции солидарности проводили иностранные профсоюзы, а конфликт стал предметом внимания международного рабочего движения.
Участие женщин Значительную роль в забастовке играли женщины шахтёрских посёлков. Поскольку большинство непосредственных участников стачки составляли мужчины, женщины обеспечивали связь между предприятиями, распространяли информацию и листовки, собирали деньги и продукты для семей бастующих и участвовали в пикетировании шахт.
Одним из характерных способов давления на штрейкбрехеров стало разбрасывание кукурузы у входов на предприятия: вышедших на работу символически сравнивали с домашней птицей. Из-за этого в источниках встречается также название «кукурузная забастовка» ().
Среди наиболее известных участниц были Анита Сирго (исп.) и Тина Перес (исп.), Селестина Маррон (исп.). Они участвовали в организации поддержки бастующих и впоследствии были задержаны и подвергнуты жестокому обращению со стороны сил правопорядка.
Участие женщин приобрело самостоятельное политическое значение. Сообщения о репрессиях против них вызвали протесты в других городах Испании. 15 мая несколько сотен женщин собрались в Мадриде на Пуэрта-дель-Соль, где в знак солидарности с астурийскими шахтёрами исполняли песню «Asturias, patria querida» (исп.).
Реакция властей В первые недели власти пытались ограничить распространение информации о забастовках и одновременно применяли административные и полицейские меры против их участников. Однако увеличение числа бастовавших и распространение движения за пределы Астурии заставили правительство перейти к чрезвычайным мерам. 4 мая Франко подписал декрет-закон № 13/1962 о введении чрезвычайного положения в Астурии, Бискайе и Гипускоа. Документ вступил в силу после публикации 5 мая. На три месяца в этих провинциях приостанавливалось действие ряда статей Хартии испанцев, гарантировавших личную неприкосновенность, свободу передвижения, собраний и другие права.
Декрет объяснял чрезвычайные меры «незаконным прекращением работы в некоторых угольных шахтах и других предприятиях». Проводились аресты активистов, полицейские обыски и другие репрессивные мероприятия. Однако первая волна забастовки продолжалась.
Переговоры и уступки 15 мая 1962 года министр — генеральный секретарь Национального движения и глава официальной профсоюзной структуры Хосе Солис Руис прибыл в Астурию. В Овьедо он провёл переговоры с рабочими комиссиями и представителями предприятий.
Сам факт переговоров министра с неофициальными представителями рабочих имел большое политическое значение: государство фактически признавало их в качестве стороны трудового конфликта, несмотря на существование официального Вертикального синдиката. 22 мая был принят декрет № 1095/1962, опубликованный в «Официальном государственном бюллетене» 24 мая. Документ изменял цены на уголь и обязывал угледобывающие компании Астурии, Леона и Паленсии направлять 75 песет с каждой проданной тонны угля на улучшение оплаты труда шахтёров. В преамбуле декрета прямо упоминались трудовые конфликты в астурийских шахтах и необходимость повышения заработной платы.
Кроме экономических уступок, в ходе урегулирования были созданы возможности для участия избранных рабочими комиссий в переговорах на предприятиях. К началу июня первая волна забастовочного движения прекратилась, и большинство участников вернулись к работе.
Забастовки августа 1962 года Весеннее урегулирование не устранило причин конфликта. Часть договорённостей выполнялась не полностью, продолжались споры по поводу заработной платы, санкций и положения активистов. В августе в шахтёрских районах Астурии началась новая волна забастовок.
На этот раз власти отказались от существенных уступок и сделали основной упор на репрессивные меры. В августе было принято решение о принудительной высылке из Астурии 126 человек, преимущественно шахтёров, которых полиция считала наиболее активными организаторами и участниками протестного движения.
Кроме того, рабочие подвергались увольнениям и арестам. Высылка применялась как административная мера: рабочим предписывалось проживать в других провинциях Испании под полицейским надзором. Возвращение части высланных затянулось более чем на год; последние из них смогли вернуться в Астурию в ноябре 1963 года.
Последствия и значение Забастовки 1962 года не привели к отмене запрета на забастовочную деятельность или легализации независимых профсоюзов, а репрессии против активистов продолжались. Вместе с тем правительство было вынуждено пойти на экономические уступки и непосредственно вести переговоры с представителями рабочих, находившимися вне официальной структуры Вертикального синдиката.
События способствовали укреплению практики создания избираемых на предприятиях рабочих комиссий. В последующие годы эта форма представительства получила дальнейшее распространение. В Астурии важным центром движения оставалась Ла-Камоча. В 1964 году местные рабочие комиссии приобрели более устойчивую организационную форму, а в 1966 году появились астурийские рабочие комиссии и провинциальная комиссия шахтёров.
В историографии забастовки 1962 года рассматриваются как важный этап возрождения организованного рабочего движения в Испании после разгрома довоенных профсоюзных организаций и репрессий первых десятилетий франкизма. Они продемонстрировали возможность массового коллективного протеста в условиях диктатуры и выявили ограниченные возможности Вертикального синдиката контролировать трудовые конфликты.
Забастовки также имели широкий общественный и международный резонанс. Акции солидарности проходили среди студентов и интеллектуалов внутри Испании и за её пределами, а события в Астурии стали заметной темой зарубежной прессы и деятельности испанской политической эмиграции.
Память Забастовка получила устойчивое название «La Huelgona» и стала одним из центральных событий исторической памяти астурийского рабочего движения. Ей посвящены исследования, документальные фильмы и памятные мероприятия.
Особое место в этой памяти занимает шахта Ла-Камоча. В 2025 году Государственный секретариат демократической памяти Испании начал процедуру объявления шахты местом демократической памяти. В обосновании решения забастовки 1957 и 1962 годов и деятельность рабочих комиссий названы важными эпизодами сопротивления франкистской диктатуре и формирования нового рабочего движения.
В культуре Событиям 1962 года посвящена песня Чичо Санчеса «Los mineros en huelga», получившая также известность по первой строке «Hay una lumbre en Asturias».
Образ астурийской забастовки использовали художники антифранкистского объединения «Estampa Popular»; работы, связанные с событиями 1962 года, входят в собрание Национального центра искусств королевы Софии.
Женщинам — участницам забастовки посвящён художественный фильм «A golpe de tacón», сюжет которого основан на истории Аниты Сирго и Константины Перес.
Примечания
Категория:Забастовки шахтёров Категория:История Астурии Категория:Франкизм Категория:1962 год в Испании Категория:Апрель 1962 года Категория:Май 1962 года Категория:Август 1962 года Категория:Конфликты 1962 года Категория:Шахтёры Испании