Крымско-ногайские набеги на Русь — регулярные нападения крымцев и ногайцев на земли Руси, начавшиеся в конце XV века после обособления Крымского ханства, в котором большое значение приобрели набеговое хозяйство и работорговля. Наибольшую интенсивность набеги приобрели на протяжении XVI—XVII веков, когда совершались почти каждое лето, и продолжались с несколько меньшей остротой вплоть до присоединения Крымского ханства к Российской империи в конце XVIII века.
Основной целью набегов на русские земли, политически разделённые в этот период между Российским государством и Речью Посполитой (до 1569 года — Великим княжеством Литовским), являлся захват ясыря — невольников, которые продавались в рабство в Османскую империю и прилегающие средиземноморские (в том числе, христианские) государства, либо оставались в качестве рабов в пределах самого Крымского ханства. Иногда государствам происхождения или родственникам невольников предоставлялась возможность их выкупа из плена. Для этого в Русском государстве собирались специальные налогиПолоняничные деньги // Большой юридический словарь / Под ред. А. Я. Сухарева. — 3-e изд., перераб. и доп. — М.: ИНФРА-М, 2006. Также крымскому хану обоими государствами периодически выплачивались так называемые поминки — откуп от будущих набегов.
Набеги были серьёзным фактором истощения как людских, так и материальных ресурсов России и Речи Посполитой. Для защиты от них в Русском государстве предпринимались масштабные и дорогостоящие меры, заключающиеся в постройке системы засечных черт и поддержании пограничной службы. Угроза набегов со стороны крымских татар и ногайцев в значительной степени препятствовала освоению плодородных степных пространств Дикого поля, полномасштабное заселение которых становилось возможным лишь по мере её устранения. Многовековые набеги также сыграли значительную роль в становлении запорожского и донского казачества.
Людские потери от набегов Основываясь на подборке частичной статистики и обрывочных оценок, количество угнанных крымскими татарами в рабство русских, украинцев и поляков оценивается в чуть меньше 2 миллионов человек, с 1468 по 1694 годыAlan Fisher. , Canadian American Slavic Studies, 1972, Vol. 6, PP. 575—594.. Советский историк А. А. Новосельский утверждает, что только за первую половину XVII века с территории Московского государства в рабство было угнано от 150 до 200 тысяч человек. Для сравнения, установленное в переписи 1678 года общее население центрально-чернозёмных районов, на которые и приходилась основная часть набегов, составляло 850 тысяч человек. Турецкий историк-османист Халил Иналджик пришёл к выводу, что в среднем за год угонялось человек (то есть те же человек за 200 лет), а население всего Русского государства в XVII веке составляло 7—11 миллионов человекКлючъ. Философско-общественный альманах Пушкинского центра аналитических исследований и прогнозирования. Выпуск второй. СПб, 2010. — С. 88.
Крупномасштабные захваты невольников производились на территории Поднепровья, Подолья, Волыни и Галиции. Совокупное количество угнанных с этих земель людей за период между 1500 и 1644 годами оценивается в более чем миллион человек. На протяжении второй половины XVII века они являлись ареной многочисленных войн с татарским участием (восстание Хмельницкого, русско-польская война, гражданская война в Гетманщине, две польско-турецкие и две русско-турецкие войны), что позволяет предположить крайне высокую численность захваченного ясыря за этот период. В одном лишь 1676 году на Волыни, в Подолье и Галиции было угнано 40 тысяч человек. Все эти цифры не учитывают погибших при крымскотатарских нападениях.
После Азовских походов Петра I, в XVIII веке по большей части это уже были мелкие набеги, осуществляемые в Приднепровье, Приазовье и на Дону, как татарами, так и казаками в обоих направлениях.
Причины
Экономические причины
Основной экономической целью набегов, в которых участвовала значительная часть мужского татарского населения, был грабёж материальных ценностей и, прежде всего, добыча ясыря — людей на продажу, которые большей частью поставлялись на рынки Османской империи, часть поставлялась на крымские невольничьи рынки. Согласно исследованиям современных историков, работорговля была основной статьёй доходов знати Крымского ханства и ногайских ордEizo Matsuki, «: an Aspect of Muscovite-Crimean Relations in the 16th and 17th Centuries», Mediterranean Studies Group at Hitotsubashi University, p. 176Kizilov, Mikhail. . Journal of Early Modern History, 2007. P. 6, что объяснялось неразвитостью промыслов и иных видов торговли у кочевого населенияЯворницький Д. І. Історія запорозьких козаків. У 3-х т. ‒ Т. 1. АН Української РСР. Археографічна комісія, Інститут історії. ‒ К.: Наукова думка, 1990. — С. 331—342. Крымский хан также получал десятую долю добычи. Главным невольничьим рынком Крыма был Кефе, сегодняшняя Феодосия. Второй по значению целью набегов был угон лошадей и крупного рогатого скота.
Набеговое хозяйство приобрело для крымских татар и ногайцев незаменимый характер, после того как в конце XV века Османская империя, вассалами которой признали себя крымские ханы, взяла под прямой контроль прибрежные крымские города. До этого благосостояние хана зиждилось на взимании с генуэзских колоний и греческих городов платы за разрешение и охрану их торговли, а значительная часть татарского населения специализировалась на сельскохозяйственном производстве для них. С приходом осман сложившееся распределение ролей было нарушено, торговля зерном угасла, хан и его подданные лишились традиционных доходов. Как следствие, им пришлось искать новые источники обогащения. Выходом стал переход к кочевому грабительскому образу жизни, позволявшему вновь интегрироваться в черноморскую торговлю, заняв выгодную нишу торговцев очень востребованным в Османской империи живым товаром.
По мнению Марии Иванич, из-за частых засух и эпидемий часть кочевых ногайских татар, живших в степи под сюзеренитетом крымского хана, занималась торговлей рабами в качестве единственного надёжного средства к существованию.
Политические причины
Как отдельная политическая единица Крымское ханство выступает с момента распада Золотой Орды. Впоследствии, крымские ханы играли на противоречиях Русского государства и Великого княжества Литовского (с 1569 года Речи Посполитой), заключая союзы то с одной стороной, то с другой, получая при этом от союзника значительные выгодыС. М. Соловьёв. .: крымским татарам выгоднее было брать подарки с обоих государств, Московского и Литовского, обещать свою помощь тому, кто больше даст, обещать, а на самом деле, взяв деньги с обоих, опустошать владения обоих, пользуясь их взаимною враждою. С этих пор сношения обоих государств, и Московского и Литовского, с крымцами принимают характер задаривания разбойников, которые не сдерживаются никаким договором, никакими клятвами. и официальный повод для совершения грабительских набегов на вражескую территорию. Во время Русско-литовской войны 1500—1503 крымские татары поддерживали союзнические отношения с Иваном III, проникая вглубь Литовского княжества. В конце его правления русско-крымские отношения стали ухудшаться. Постоянные набеги крымских татар на Русские княжества начались с 1507 года.
Удобное пространство для политического манёвра крымским ханам предоставлял принцип «правдоподобного отрицания», благодаря которому они даже в периоды официального мира всегда могли ссылаться на самоуправство своих влиятельных беев и мурз, совершавших набеги более мелкими отрядамиBrian J. Boeck, Imperial Boundaries: Cossack Communities and Empire-Building in the Age of Peter the Great. xii + 255 pp., maps. Cambridge: Cambridge University Press, 2009, которых насчитывалось десятки, а иногда и сотни в год, и которые не предотвращались никакими договорами. На деле ханы по внутриполитическим и экономическим причинам должны были предоставлять своей клановой аристократии, владевшей сельскохозяйственными землями и рабочей силой, регулярные возможности для захвата невольниковBrian L. Davies. Warfare, State and Society on the Black Sea Steppe: 1500—1700 (London/New York: Routledge, 2007), p. 23—27., а зачастую лично направляли их чамбулы (летучие отряды) на земли того или иного государства, в зависимости от существующих тайных договорённостей с его противником.
Осуществление
Театр военных действий Территория между Крымским ханством и Русским государством в XVI веке представляла собой безлюдное Дикое поле. Ока была одновременно главным и последним рубежом на пути татар к Москве. Рубеж Оки защищала береговая служба, которая существовала даже после строительства Белгородской засечной черты далеко на юге. Более того, полки береговой службы практически не пересекали рубеж Оки, даже в годы массовых татарских атак южных русских укреплений (XVI век).
От границы Русского государства с Крымским ханством шли по речным водоразделам в общем направлении на север три основные степные дороги (называемые шляхами): Муравский шлях: западная дорога, которая начиналась у верховьев Самары, притока Днепра и дугой огибала притоки Северского Донца. Далее проходила по водоразделу Ворскла — Северский Донец, оставляя к востоку крайние русские сёла и деревни Белгородского уезда. Севернее Белгорода, в степи, у истоков Северского Донца, Псла и Донецкой Сеймицы находился Думчий курган (ныне (Прохоровский район). Здесь была развилка степных дорог. Главная отходила на восток, где у верховьев Сейма Муравский шлях соединялся с Изюмским. На запад от Думчего кургана поворачивал между Пслом и Сеймом Бакаев шлях, в северо-западном направлении к верховьям Оки шёл Пахнутцев шляхЗайцев, М. В. . Издательство Саратовского университета, 2006. — С. 116—117.. Изюмский шлях: начинался, как и Муравский, в верховьях реки Самары, но шёл прямо на север, где у Изюм-кургана татары переправлялись через Северский Донец. Затем Изюмская дорога проходила западнее Оскола, причём у верховьев Волчьих вод и реки Нежеголи существовало ответвление на восток, через переправу на Осколе к соседней Кальмиусской дороге. Проходя далее между рекой Корочей и верховьями правых притоков Оскола, Изюмский шлях у истоков Сейма соединялся с Муравским. Сёла и деревни Белгородского уезда оставались западнее Изюмского шляха, Оскольский уезд — восточнее. Дальнейший путь татар к северу от места соединения Муравским и Изюмским шляхами лежал к переправам через реку Быструю Сосну. Преодолев эту реку татары могли повернуть к реке Зуше — притоку Оки, где располагались Новосильский, Мценский и Чернский уезды, либо пройти у верховьев реки Мечи к тульским сёлам. Кальмиусский шлях: пролегал восточнее первых двух дорог, у истоков реки Кальмиуса. Татары переправлялись через Северский Донец западнее реки Айдара и устремлялись на север, между реками Осколом и Айдаром, оставляя слева Валуйки. Через Тихую Сосну татары обычно переправлялись Каменным бродом, но существовали и другие переправы. Далее к северу Кальмиусская дорога шла к бродам на реке Быстрой Сосне.
Кроме трёх названных степных дорог, были ещё некоторые, обычно соединявшиеся с главными. Так, выше Изюм-кургана пересекала Северский Донец Савинская дорога, соединявшаяся севернее с Изюмским шляхом. И, наконец, восточнее Дона шла через верховья Битюга между Польным Воронежем и Цной Ногайская дорога, по которой вторгались в Россию ногайские татары из прикаспийских и прикубанских степей. Все дороги татарских вторжений проходили главным образом по возвышенностям, по сухим водоразделам рек. Татары старались избегать переправ через реки, заболоченных мест, лесов. В татарских отрядах всегда были проводники, изучившие степные просторы России, знавшие броды через реки, места удобных стоянокЗагоровский В. П. Белгородская черта. Воронеж, 1959. — С. 51—52.
Тактика