Коба́нская культура (, , ) — археологическая культура на Кавказе позднего бронзового и раннего железного веков. Памятники обнаружены по обе стороны центральной части Главного Кавказского хребта, в большей степени к северу от него. Современная локализация — Северный Кавказ (РФ: Северная Осетия, Кабардино-Балкария, Ингушетия, Карачаево-Черкесия, Ставрополье, Чечня) и Закавказье (прилегающие к Главному хребту районы Грузии, Южная Осетия). Существовала в XIII/XII — IV вв. до н. э., иногда исследователи смещали датировку на более ранний период, включая в кобанскую культуру ещё и протокобанскую — с XIV в. до н. э., и даже ранее — со второй и третьей четверти 2-го тыс. до н. э..
Наука традиционно возводит напрямую к кобанцам материальную и духовную культуру кавказоязычных абазин, абхазцев, адыгов, чеченцев, ингушей, а также в качестве субстратного компонента в состав ираноязычных осетин и тюркоязычных карачаевцев, балкарцевЕ. И. Крупнов. Памятники Кобанской культуры Северного Кавказа // Древняя история Северного Кавказа. — М.: «Наука», 1960В. И. Козенкова. Специфика духовного мира кобанских племёнМ. А. Кумахов. Адыгская (черкесская) энциклопедия. Москва. 2006 год. 1241 с.. Серии раскопок В.В. Бунака, Б.А. Куфтина, К.X. Беслекоевой и Ю.С. Гаглоева, изученных и сгруппированных В.П. Алексеевым, позволили ему сделать вывод о том, что преобладающим антропологическим типом кобанцев был понтийский. Соседние с кобанцами археологические культуры: на северо-западе — меотская (прикубанская?), на юго-западе — колхидская, на востоке — каякентско-харачоевская, на севере — срубная, позже — скифская. Предшествующая культура — северокавказская, последующая — скифо-сарматская и другие.
Кобанская культура входила в состав крупной археологической производственной общности — Кавказской металлургической провинции, носители культуры владели высоким уровнем металлургии и металлообработки. По мнению многих исследователей и искусствоведов изделия кобанских мастеров бесспорно имеют художественные достоинства, а часть из них является шедеврами прикладного искусства.
Открытие и название Первые серьёзные шаги в археологии на Северном Кавказе начались с середины XIX века, раскопки и работа с археологическими источниками выявили множество древностей, среди которых были и памятники кобанской культуры. Одни из первых засвидетельствованных случаев находок кобанских артефактов приходятся на 1849—1850 годы. Обнаружены они в Большой Кабарде и Малой Чечне — в Каменномостском укреплении на реке Малке, в Баксанском укреплении, в крепости Воздвиженской на реке Аргун, при возведении Кумского моста близ истоков реки Кумы и, возможно, прочих местах. Эти находки собрали известные российские востоковеды Н. В. Ханыков и И. А. Бартоломей, впоследствии исследователи отправляли их в Санкт-Петербург археологу и нумизмату П. С. Савельеву, который одним из первых опубликовал археологические материалы по Северному Кавказу (Н. В. Ханыков и П. С. Савельев, статья «Древности, найденные на Кавказе» , 1856). Собственно, изделиями кобанских мастеров из этого собрания древностей является большинство медных и бронзовых предметов: головки животных и птиц, круглые умбоновидные бляхи, браслеты, фибулы, шейные гривны, колокольчики и прочее. Однако, тогда учёные ещё не знали ни возраст этих археологических находок, ни к какой культуре они относятся, а культура, получившая впоследствии название «кобанской», не только не имела названия, но даже не была выделенаВ России середины XIX века общее состояние и развитие кавказской археологии характеризовалось как слабое, а сведения о кобанских древностях отсутствовали полностью. Востоковед Н. В. Ханыков ошибочно определял найденные предметы как скифские, а исследовавший их археолог и нумизмат П. С. Савельев посчитал артефакты ещё менее древними и ошибочно датировал VIII—XI вв. н. э. (в работе Е. И. Крупнова «Древняя история Северного Кавказа» датировка П. С. Савельева указана неверно — VIII—IX вв. н. э., также Е. И. Крупнов упомянул, что среди собранных предметов имелись и железные, однако, в публикации П. С. Савельева напротив, говорится об отсутствии железных артефактов) (, )..
Вторая половина XIX века в российской археологии ознаменовалась оживлением интереса к изысканиям материальных следов прошлого в ряде губерний Российской империи. Связано это было с созданием в 1859 году при Императорском дворе Археологической комиссии, возглавившей эту деятельность. Значительным повышением научного интереса к древностям Центрального Предкавказья послужили случайно найденные археологические памятники у селения Верхний Коба́н (совр. Коба́н) в Тагаурии (Северная Осетия). В 1869 году весенний паводок реки Гизельдон произвёл обвал одной из террас левого берега, благодаря чему местные жители обнаружили здесь многочисленные каменные ящики (могилы) с человеческими скелетами и массу бронзовых вещей. Влиятельный в этих краях алдар Хабош Кануков собрал некоторые предметы и переправил эту небольшую коллекцию в Кавказский музей Тифлиса (совр. Тбилиси). В 1877 году в Тифлисе на древние артефакты обратил внимание археолог и историк искусств Г. Д. Филимонов, посетивший Кавказ в связи с подготовкой к Антропологической выставке в Москве. В том же году он сам произвёл раскопки у Верхнего Кобана, убедившись в существовании обширного могильника, получившего впоследствии название Кобанский и снискавшего мировую известность.
Собственно кобанская культура названа по имени первого своего обнаруженного могильника — Кобанского, который, в свою очередь, назван исследователями по селению Верхний Кобан (иногда встречается более упрощённое утверждение — «названа по находкам в 1869 бронзовых вещей у с. Кобан» или «название культуре дано по имени современного селения Верхний Кобан»). Название «Кобанский могильник» закрепилось в науке после исследований Г. Д. Филимонова «Доисторическая культура Осетии» (Москва, 1878) и археолога и этнографа, профессора В. Б. Антоновича «Дневник раскопок, ведённых на Кавказе» (V AC. Труды предварительных комитетов, 1882), а также после упоминаний в «Материалах по археологии Кавказа» (вып. VIII, 1900). Во время обнаружения древних артефактов существовало два селения — Нижний и Верхний Кобан, находки связаны с последним, сейчас эти аулы слились в одно село.
Локализация Географический регион локализации кобанской культуры — Кавказ, точнее, территории прилегающие к центральной части Кавказских гор, по обе стороны от Главного Кавказского хребта. Бо́льшая часть археологических памятников (могильников, поселений и кладов) обнаружена на Северном Кавказе — от верховьев Кубани до Дагестана (центральные районы Предкавказья и северных предгорий Большого Кавказа). Долгое время исследователи (напр. советские историки-археологи д.и.н., профессор Е. И. Крупнов, д.и.н., профессор А. П. Смирнов и др.) считали, что ареал культуры охватывает только центральные части Северного Кавказа, однако, после находок в Закавказье, ареал культуры несколько расширен. Современная локализация — Северный Кавказ (РФ: Северная Осетия, Кабардино-Балкария, Чечня, Ингушетия, Карачаево-Черкесия) и Закавказье (прилегающие к Главному хребту районы Грузии, Южная Осетия).
Локальные варианты Выделяют 3 локальных варианта культуры.
Археологические памятники В 1958 году в результате широкомасштабных работ Северокавказской археологической экспедиции в центральной предгорной части Чеченской Республики было обнаружено большое древнее поселение кобанской культуры — Сержень-Юртовское поселение.
Датировка и периодизация
Период существования кобанской культуры — эпоха, плавно переходящая от позднего бронзового века к раннему железному веку. На сегодня изучено много подобных переходных культур, например, в Центральной Европе — гальштатская, в Северной Европе — текстильная. Для Кавказа этот временной отрезок советские исследователи определяли с XI по V вв. до н. э. (напр., А. П. Смирнов, 1966). Менее точное датирование — с рубежа 2—1-го тыс. до н. э. до середины 1-го тыс. до н. э. (принято в 3-м издании БСЭ, статья Е. И. Крупнова, 1973). Иногда датировку смещали на более ранний период, включая в кобанскую культуру ещё и протокобанскую — с XIV в. до н. э., и даже ранее — со второй и третьей четверти 2-го тыс. до н. э. (советский и российский кавказовед, археолог, д.и.н. В. И. Козенкова). Современные исследователи несколько раздвинули временные границы кобанской культуры — с XIII/XII вв. до н. э. (если не считать протокобанцев) до IV в. до н. э., то есть до окончания скифской эпохи (напр., советский и российский археолог, д.и.н., профессор В. Л. Янин, 2006)В «Археологии» под редакцией профессора В. Л. Янина началом существования кобанской культуры указывается дата и с XIII/XII вв. до н. э., и просто с XII в. до н. э. Финалом кобанской культуры указывается IV в. до н. э., но сразу же сообщается что она «просуществовала в течение всей скифской эпохи». Следы скифской культуры на Северном Кавказе стираются в V в. до н. э., а в Северном Причерноморье культура нескифских народов сохраняет скифский облик до рубежа IV—III вв. до н. э. ()..
Выделяют три периода развития культуры. Последний этап, согласно Е. И. Крупнову — VII—IV вв. до н. э.. Историк и археолог Я. В. Доманский указывает, что основное деление периода существования кобанской культуры производится на два больших этапа — раннекобанский (этап классического Кобана), завершающийся в VII веке до н. э., и позднекобанский, оканчивающийся в IV веке до н. э. В 1990 году В. И. Козенкова в своей докторской диссертации предложила новую периодизацию, которая, показывает какое место занимают артефакты древних кобанцев в системе культур эпохи поздней бронзы и раннего железа на Кавказе, Закавказье, Восточной и Центральной ЕвропеПиотровский Ю. Ю., Багаев М. Х. К юбилею Валентины Ивановны Козенковой // «Российская археология», № 4. — М., 2006. — C. 180-184..
Происхождение и этническая принадлежность Среди исследователей, занимавшихся вопросами зарождения, развития и распространения кобанской культуры, имеются более или менее значительные расхождения. Науке этнонимы носителей кобанской культуры не известны и прямой этнической и культурной преемственности, определённо к какой-либо из известных кавказских языковых групп, не выявлено. Основной теорией, объясняющей на сегодняшний день истоки кобанцев, является предположение об их автохтонности в регионе Кавказа (А. П. Смирнов, Е. И. Крупнов, В. Л. Янин и др.). Вероятно, основой кобанской общности послужили местные носители предгорных и горных культур средне-бронзового века (XXVI/XXV—XX/XIX вв. до н. э.). Серии раскопок В.В. Бунака, Б.А. Куфтина, К.X. Беслекоевой и Ю.С. Гаглоева, изученных и сгруппированных В.П. Алексеевым, позволили ему сделать вывод о том, что преобладающим антропологическим типом кобанцев был понтийский. В целом исследователи, придерживающиеся этой теории, относят формирование предков кобанских племён к периоду зарождения кавкасионного антропологического типа европеоидной расы — то есть эпохе бронзы на Кавказе.
Соседи и преемственность Соседние с кобанцами археологические культуры: на северо-западе — меотская (прикубанская?), на юго-западе — колхидская, на востоке — каякентско-харачоевская, на севере — срубная, позже — скифская. Предшествующая культура — северокавказская, последующая — скифо-сарматская и, вероятно, некоторые другие местные культуры сарматской эпохи.
Скифское влияние