Со́ня Хе́ни (; 8 апреля 1912, Кристиания — 12 октября 1969, авиарейс Париж-Осло) — норвежская фигуристка, выступавшая в одиночном разряде и в парном катании, а позже американская киноактриса и звезда профессиональных ледовых шоу. Единственная трёхкратная олимпийская чемпионка (1928, 1932, 1936) в женском одиночном катании. Десятикратная победительница чемпионатов мира (1927—1936) и шестикратная чемпионка Европы (1931—1936), пятикратная чемпионка Норвегии в женском одиночном разряде и трёхкратная — в парном катании. Произвела революцию в женском фигурном катании, превратив его произвольную программу из набора разрозненных фигур в балетное представление на льду и внеся в него атлетические элементы, до этого исполнявшиеся только фигуристами-мужчинами.
Оставив в 1936 году в возрасте 24 лет любительский спорт, продолжила карьеру как основная звезда профессиональных ледовых шоу в США, в течение короткого периода в начале 1950-х годов выступая также в качестве менеджера и продюсера собственного ледового ревю. В 1936—1948 годах снялась в главных ролях более чем в десятке голливудских фильмов, в основном снятых студией 20th Century-Fox Film, самым известным из которых стала «Серенада солнечной долины». Как кинолентам с участием Хени, так и её ледовым ревю сопутствовал значительный финансовый успех. Выйдя замуж в третий раз в 1957 году за норвежского бизнесмена Нильса Унстада, завершила выступления и занялась коллекционированием произведений современного искусства, собрание которых впоследствии легло в основу экспозиции Центра искусств Хени-Унстад в Осло. Удостоена звезды на Аллее славы в Голливуде, посмертно включена в списки Зала славы мирового фигурного катания (1976) и Международного зала славы женского спорта (1982).
Биография
Спортивная карьера Соня Хени родилась в Кристиании (ныне Осло), став вторым ребёнком в семье (старший брат Лейф родился четырьмя годами раньше). Её отец, Вильхельм Хени (в прошлом успешный спортсмен, чемпион мира по велоспорту среди любителей и призёр соревнований по конькобежному спорту и прыжкам с трамплина), был преуспевающим меховщиком, а его жена Сельма (в девичестве Нильсен) — наследницей состояния своего отца, владевшего флотилией грузовых судов. Соня с раннего детства занималась лыжным спортом, но затем вслед за старшим братом увлеклась фигурным катанием. Канадский фигурист Майкл Керби, впоследствии работавший с Хени, пишет, что на это увлечение повлияла мать — поклонница Джексона Хейнса, одного из основоположников театрализованного фигурного катания. Кроме того, она занималась конным спортом, гольфом, теннисом и плаванием (а в 1930-е годы участвовала также в автогонках на собственном автомобиле). С пяти лет начала также занятия балетом и впоследствии посещала танцевальную школу Пера Обеля.
Как только Соня начала всерьёз овладевать мастерством фигуристки, её формальное школьное обучение было окончено, и дальше она занималась только с частными учителями, когда это позволяло расписание тренировок. Программа её подготовки включала трёхчасовые занятия утром и двухчасовые — в послеобеденное время, а также строгую диету, важное место в которой занимали сырые яйца и говядина (татарский бифштекс и сырые яйца были обязательным компонентом её меню и намного позже, уже в годы жизни в США). Среди её учителей были известные в прошлом фигуристы — Оскар Хольте, Мартин Стиксруд, а позже её тренером на постоянной основе стал Говард Николсон. Она также брала в Лондоне уроки у русской балерины Тамары Карсавиной. Целью Вильхельма было сделать из дочери спортивную знаменитость.
Согласно воспоминаниям Хени, её первый учитель катания, местный фигурист, уговорил её отца заявить девочку на её первые соревнования уже в семь лет, а в восемь она выиграла чемпионат Норвегии в 3-й юношеской категории. В возрасте девяти лет Соня впервые приняла участие во взрослом чемпионате Норвегии, а в одиннадцать стала самой молодой участницей I зимних Олимпийских игр в Шамони (1924), на которых заняла 8-е место. В том же году она завоевала первое в карьере звание чемпионки Норвегии — этот результат она в дальнейшем повторила ещё четыре раза подряд, в 1926—1928 годах трижды победив также в паре с Арне Ли. Только в 1930 году семья Хени решила, что участие в этом соревновании себя изжило и больше не нужно Соне.
На чемпионате мира 1926 года в Стокгольме впервые пробилась в число медалистов. На следующий год чемпионат мира проходил на родине Хени, в Осло. Она была самой молодой из участниц соревнования и по его итогам стала самой молодой в истории чемпионкой мира по фигурному катанию. Домашний триумф норвежки был омрачён проблемами с судейством: из пяти судей трое представляли Норвегию и по одному — Австрию и Германию, при этом все норвежские судьи отдали Хени первое место в обязательных фигурах и произвольной программе, а австрийский и немецкий сделали то же самое для действующей чемпионки мира Хермы Сабо. В результате Международный союз конькобежцев изменил правила, ограничив представительство каждой страны в судейском жюри одним человеком. Победа на чемпионате мира в Осло стала для Хени первой из десяти подряд, в дополнение к которым в период с 1931 по 1936 год она выиграла также шесть подряд чемпионатов Европы.
На Олимпийских играх 1928 года завоевала свою первую олимпийскую золотую медаль. Хотя Хени приехала на Олимпиаду в ранге чемпионки мира, её не рассматривали перед соревнованиями как безоговорочную фаворитку. В частности, американская пресса в отсутствие олимпийской чемпионки 1924 года Хермы Сабо отдавала предпочтение своей соотечественнице Беатрикс Логран, и победа норвежки была воспринята как сенсация. В действительности, однако, 15-летняя Хени оказалась значительно лучше соперниц — за её композицию отдали голоса шесть судей из семи.
На Олимпиаду 1932 года в Лейк-Плэсиде Хени ехала фавориткой. Желающих посмотреть на выступления норвежки оказалось так много, что все места в зале были распроданы и организаторы начали продавать по 5 долларов билеты на стоячие места. В самом соревновании действующая чемпионка победила единогласным решением судей: она легко взяла верх над всеми конкурентками, демонстрируя отточенность элементов, грациозность и быструю работу ног. Наиболее близким оказалось её соперничество с британкой Сесилией Колледж в 1936 году в Гармиш-Партенкирхене. После обязательных элементов норвежка опережала преследовательницу только на три очка, но удвоила преимущество в произвольной программе. Хени первой в истории завоевала три золотых медали подряд в фигурном катании на официальных зимних Олимпийских играх (до неё трёхкратным чемпионом стал Йиллис Графстрём, но свой первый титул он завоевал в рамках соревнований летней Олимпиады в Антверпене). До 1980-х годов она также была единственной, кто успешно защитил титул олимпийской чемпионки в женском одиночном катании (в 1988 году это также удалось Катарине Витт).
Помимо официальных соревнований календарь норвежки включал многочисленные показательные выступления. На одном из них, в сентябре 1933 года в Милане, Хени впервые представила ледовую версию знаменитого танца Павловой на музыку «Лебедя» Сен-Санса, впоследствии ставшую её визитной карточкой. Формально она была любительницей и не могла получать деньги за эти выступления, но её отец Вильхельм как опытный бизнесмен умел негласно договариваться с хозяевами спортивных арен и получать за работу дочери значительные суммы. Эти выплаты никогда не фиксировались на бумаге, чтобы не рисковать любительским статусом Сони, и подозрения в нарушениях правил любительского спорта долго оставались достоянием газетных разделов светской хроники. Лишь в 1934 году Международный союз конькобежцев впервые предпринял шаги, связанные с этими обвинениями, но вместо того чтобы рассматривать вопрос о лишении Хени любительского статуса, организация потребовала отчисления в свою пользу части доходов от её показательных выступлений в США. Это требование было отвергнуто, но в итоге зимой 1934—1935 года норвежка в Северную Америку просто не поехала. С начала 1930-х годов семья регулярно публиковала пресс-релизы о предстоящем завершении Соней спортивной карьеры или её переходе в профессионалы, но несмотря на это она продолжала любительские выступления.
После десятой победы на чемпионате мира 1936 года в Париже Хени объявила о завершении соревновательной карьеры; к этому времени её психическое здоровье было расшатано, и врачи настоятельно рекомендовали ей продолжительный отдых. Вместо этого, однако, она отплыла в США, где заключила профессиональный контракт на сумму в 70 тысяч долларов и процент от кассовых сборов, включавший выступления в десяти городах Восточного побережья и Среднего Запада. Успех первых шоу побудил стороны продлить контракт, и в итоге Хени с 24 марта по 15 апреля дала 17 выступлений. После этого она отправилась на Западное побережье и в начале мая дважды выступила на крытом катке «Полар Палас» в Лос-Анджелесе, демонстрируя свои способности деятелям Голливуда. В эту программу она включила все три своих коронных номера — «Лебедя», фокстрот и мазурку из «Коппелии».
Стиль и вклад в развитие фигурного катания Соня Хени первой из фигуристок стала использовать короткую юбку и белые ботинки в костюме для катания (на более поздних этапах карьеры её платья создавал французский модельер Жан Пату), а также практиковать применение хореографии. Под руководством Йиллиса Графстрёма она превратила произвольную программу, до этого представлявшую собой простой набор элементов, в зрелищное шоу. Наиболее выдающейся частью программ норвежки были вращения, представленные в них 19 разновидностями. В отдельном вращении Хени могла выполнить до 80 оборотов; финальное вращение в её произвольной программе 1930 года, в которой она выступала в розовом платье, отороченном рыжим мехом, сравнивали с быстро крутящимся факелом. Укороченные юбки также позволяли ей выполнять отдельные элементы (в том числе одинарный аксель), до этого бывшие уделом мужского катания; после неё эта часть программы в женском катании начала быстро развиваться, и в 1948 году в программе новой олимпийской чемпионки Барбары Энн Скотт уже было шесть или семь прыжков в два оборота. Специалисты отмечали необычайную лёгкость, с которой норвежка выполняла самые сложные элементы программы. С именем Сони Хени связывают революцию в женском фигурном катании, равных которой не было за всю историю этой спортивной дисциплины.
Карьера в Голливуде и профессиональные ледовые шоу В 1927 году Хени снялась в роли второго плана в немом художественном норвежском фильме «Семь дней для Элизабет», копий которого не сохранилось. На следующий год был снят документальный фильм «Павлова на льду», запечатлевший её катание на фоне заснеженных гор, а в 1929 году Хени появилась на экране в документальном фильме Густава Лунда «Увидьте Норвегию». Однако обычно норвежка отвергала предложения от киностудий сниматься в короткометражных фильмах, всё содержание которых состояло из показа её мастерства на льду: она мечтала о карьере кинозвезды в Голливуде, и это стало возможным только после ухода в профессионалы. В 1936 году, после переговоров с киномагнатом Дэррилом Зануком, спортсменка заключила контракт на пятилетний срок со студией 20th Century-Fox Film. Договор обязывал её сниматься в одном фильме ежегодно и позволял продолжать выступления в ледовых шоу в свободное от съёмок время. Хени должна была получать по 125 тысяч долларов (около 4 млн долларов в пересчёте на курс 2020-х годов) за каждую главную роль. Специально для неё в одном из звуковых павильонов «Фокс» был оборудован искусственный каток, лёд которого покрывали особым составом, гасящим отражения от осветительных приборов. В промежутках между съёмками фильмов с участием фигуристки каток накрывали, превращая в танцпол.