Бинтова́ние ног () — обычай, практиковавшийся в Китае (особенно в аристократической среде) с начала X до начала XX века.
Девочкам ломали кости ступни, после чего полоской ткани привязывали к ступне все пальцы ноги, кроме большого, и заставляли ходить в обуви малого размера, отчего ступни значительно деформировались, иногда лишая возможности ходить в будущем. Такие ноги традиционно назывались «золотыми лотосами». От размера ступни зависел престиж невесты, к тому же считалось, что принадлежащей к высокому обществу даме не следует ходить самостоятельно. Это бессилие, неспособность к передвижению без посторонней помощи составляло, по литературным свидетельствам, одну из привлекательных черт женщины-аристократки: здоровые и недеформированные ноги ассоциировались с крестьянским трудом и «подлым происхождением».
При владычестве монгольской династии Юань и маньчжурской династии Цин в Китае маленькие ноги также становились символом национальной идентичности и «цивилизованности», поскольку у монголов и маньчжуров женщинам ноги не бинтовали.
В начале XX века Кан Ювэй, Су Маньшу и другие общественные деятели подвергали бинтование ног жёсткой критике. После Синьхайской революции (1911) и становления республики этот вредный обычай постепенно сходит на нет. В начале XXI века осталось лишь небольшое число весьма пожилых женщин, имеющих деформированные ноги.
Возникновение практики
Есть несколько легенд о происхождении практики бинтования стоп. По одной из версий, наложница императора из династии Шан страдала косолапостью, по этой причине якобы именно она попросила императора сделать общеобязательным бинтование стоп для всех девушек; таким образом её собственные ноги стали образцом красоты и элегантности. Другая легенда рассказывает, что любимая наложница императора Сяо Баоцзюань, у которой были изящные ножки, танцевала босиком на золотом помосте, украшенном жемчугом и изображениями цветов лотоса. Восхищённый император воскликнул: «От каждого прикосновения её ножки расцветают лотосы!». Возможно, именно тогда возникло выражение «нога-лотос» или «золотой лотос»; тем не менее, в легенде не упоминается о том, что ноги девушки были забинтованы. Однако в большинстве случаев возникновение обычая бинтовать ноги связывается с историей о том, как император Ли Юй (937—978) попросил одну из своих наложниц, Яо Нян, забинтовать ноги полосами белого шёлка таким образом, чтобы они напоминали полумесяц; затем девушка танцевала «танец лотоса» на кончиках пальцев. Женщинам из высшего общества стали бинтовать ноги, а затем эта практика получила широкое распространение.
Некоторые исследователи сомневаются в достоверности этой легенды. Например, историк Линь Вэйхун считает, что обычай бинтования ног появился в Китае позже, не ранее эпохи Сун (960—1279). В любом случае, известно, что обычай бинтования ног стал популярным в период династии Сун. К концу этой эпохи появилась мужская традиция пить из туфельки, в каблуке которой был небольшой бокал. В период династии Юань некоторые мужчины пили прямо из туфельки; это называлось «осушить золотой лотос». Традиция сохранилась до времён династии Цин.
Женщина с забинтованными ногами была ограничена в возможности передвигаться самостоятельно, она была вынуждена сидеть дома и не могла пойти куда-либо без сопровождения слуг. Считалось, что маленькая стопа не позволяет женщинам принимать участие в политике и общественной жизни. Женщина была зависима от своей семьи и, в первую очередь, от мужчин своей семьи. По этой причине забинтованные ноги стали символом гендерного неравенства: женского подчинения и целомудрия и мужской власти. Кроме того, женщина, неспособная самостоятельно передвигаться, была свидетельством богатства и привилегированного положения её супруга, поскольку он мог содержать неработающую жену. В период монгольского завоевания искалеченные ноги китаянок позволяли легко отличить их от монголок и прочих «варваров», благодаря чему они стали признаком национальной идентичности. Кроме этого распространялось мнение, что деформирование ног улучшает репродуктивное здоровье женщины и делает её более способной к деторождению. Забинтованная нога стала признаком красоты и необходимым атрибутом для того, чтобы девушку смогли выдать замуж, в том числе за мужчину с более высоким социальным статусом и финансовым положением (см. гипергамия). В конце XIX века в провинции Гуандун в бедных семьях стало обычаем бинтовать ноги старшей из дочерей, которую готовили для «престижного» замужества, чтобы улучшить материальное положение семьи (уделом младших сестёр была домашняя работа и брак с крестьянином; они также могли стать наложницами более богатых мужчин). Семьи и мужья очень гордились тем, насколько мала деформированная стопа.
Идеальная нога должна была не превышать 7 сантиметров в длину; такие ноги назывались «золотые лотосы». Стопа длиной в 10 см носила название «серебряный лотос», если же длина превышала 10 см — «железный лотос» и не сильно котировалась. Стопа не должна была выглядеть как опора для тела.
По свидетельству миссионера , многие бедные семьи были готовы на любые лишения для того, чтобы их дочери имели необходимые для «удачного» замужества крошечные ноги.
Предполагается, что практика бинтования ног в значительной степени связана с господствовавшей в средневековом Китае патриархальной философией конфуцианства. Конфуций придерживался древней концепции «инь и ян», в соответствии с которой женщина должна нести в себе начало «инь», то есть слабость и пассивность. Деформация стопы прививала эти качества женщине. Кроме того, конфуцианство насаждало строгую социальную иерархию, в которой женщины находились в подчинённом положении по отношению к мужчинам. Трудность самостоятельного передвижения для женщин ограничивала их возможности и тем самым гарантировала незыблемость этой иерархии.
Одним из защитников традиции деформации ног девочкам был конфуцианский философ Чжу Си (1130—1200), настаивавший на том, что этот обычай следует распространить за пределы Китая, поскольку он представляет собой «правильные отношения между мужчиной и женщиной».
Распространённость и формы бинтования ног Несмотря на сильное влияние китайской культуры на соседние государства (Япония, Вьетнам, Корея), практика бинтования ног женщинам не прижилась ни в одной из этих стран.
Некоторые этнические группы, не принадлежащие к народу хань (основная этническая группа Китая), практиковали нетугое бинтование ног, при котором кости не ломались, а стопа не сгибалась, а лишь сужалась. Среди хакка бинтование ног вообще не практиковалось.
Отмечено, что практика бинтования ног существовала до 1948 года среди дунган, которые являются мусульманами, пришедшими в Китай из центральной Азии и была крайне распространённой в этнической группе хуэй провинции Ганьсу. В южном Китае в городе Гуанчжоу Джеймс Легг обнаружил мечеть, в которой висел плакат, осуждающий обычай бинтования ног и утверждающий, что ислам не может позволить делать то, что разрушает творение Бога.
В бедных семьях бинтование ног не всегда бывало тугим, и оно начиналось позже. В тех районах Китая, где выращивался рис, женщины участвовали в работе на полях, и там обычай бинтования ног не имел такого распространения, как в остальных частях Китая. Некоторые женщины с перебинтованными ногами могли ходить, хотя им это было намного труднее, чем тем, чьи ноги не были деформированы. В XIX веке и в начале XX века у мужчин пользовались популярностью выступления танцовщиц с перебинтованными ногами, а в цирках актрисы с перебинтованными ногами могли стоять на спинах скачущих лошадей.
Процесс
Бинтование ног начиналось в детском возрасте у маленьких девочек до того, как стопа была полностью сформирована. Чаще всего бинтовать ноги родители начинали осенью или зимой, поскольку холод уменьшал чувствительность к боли и помогал девочкам терпеть, а также снижал риск инфицирования. В богатых семьях в день первого бинтования ног девочке предоставлялась личная прислуга, для того, чтобы ухаживать за её стопами и носить её на руках в те дни, когда боль становится совсем нестерпимой.
Для формирования «лотоса» требовалось приблизительно три года. Процесс деформации состоял из четырёх этапов.
Первый этап назывался «попыткой бинтования». Прежде всего ноги девочки обмывали тёплой смесью из травяных отваров и крови животных для того, чтобы стопа стала более гибкой. Хлопковые бинты длиной 3 метра и шириной 5 сантиметров также вымачивались в травяных отварах и крови животных. Ногти на ногах подрезались как можно более коротко для профилактики врастания ногтя и, как следствие, инфицирования. После этого родители или слуги сгибали стопу ребёнка с такой силой, что пальцы вдавливались в подошву ноги и ломались. Повязку накладывали в форме «восьмёрки», начиная со свода стопы, затем - вокруг пальцев, и наконец - вокруг пятки. После каждого оборота бинта повязка туго затягивалась. Концы повязки сшивали для того, чтобы повязка не ослабла, а затем на ногу девочки надевали специальные носки и туфельки с острыми носами. После этой процедуры девочке с переломанными пальцами не давали снимать бинты и заставляли ходить на травмированной стопе для того, чтобы под весом тела она приобрела желаемую форму. Кроме того, ходьба была необходима для восстановления кровообращения в туго забинтованных ногах. Каждый день девочка должна была проходить не менее 5 километров (однако девочки с особенно маленькими ногами ходить не могли и до конца жизни их носили слуги).
Второй этап (длительностью более полугода) назывался «попыткой затягивания». На этом этапе бинты затягивались всё туже, что многократно усиливало боль. Сломанные пальцы ребёнка требовали постоянного ухода, поэтому повязки периодически снимались, стопы омывались для того, чтобы удалить ткани, поражённые некрозом. Ногти аккуратно подстригались. Девочке массировали стопы, чтобы они легче сгибались, иногда били их, чтобы суставы и сломанные кости стали более гибкими.
После омовения ногу обрабатывали квасцами и благовониями с различными ароматами. Сразу после этой процедуры повязка накладывалась снова, причём бинт затягивался ещё туже. Этот процесс повторялся как можно чаще (в состоятельных семьях - как минимум раз в день, а в бедных крестьянских семьях - два или три раза в неделю). Этим обычно занимались старшие женщины из семьи девочки или профессиональные бинтовальщики ног. Считалось, что матерям не следует проводить эту процедуру, поскольку мать будет испытывать жалость к дочери. Существовала китайская пословица: «Мать не может любить одновременно свою дочь и её ногу».
Третий этап назывался «периодом тугого бинтования». На этом этапе носок ноги постепенно притягивался к пятке, кости при этом изгибались и иногда ломались снова.
Четвёртый этап носил название «бинтование дуги»: его целью было сформировать подъём стопы настолько высоким, что под аркой стопы могло поместиться куриное яйцо. В результате форма стопы начинала напоминать натянутый лук — это считалось очень красивым и сексуальным.
Через 4-5 лет после начала бинтования стопы боль становилась менее мучительной. Однако страдания, причиняемые деформацией ноги, были такими сильными, что в Китае появилась пословица: «Пара бинтованных ног стоит ванну слёз».
В более взрослом возрасте женщины должны были продолжать сами бинтовать себе ноги. Это приходилось делать в течение всей жизни.
В Китае существовали специальные стулья для бинтования ног. Каждый стул был оснащен выдвижным ящичком, в котором хранились бинты, ножницы для подрезания ногтей и прочие принадлежности. В спинке стула было приспособление для разглаживания смятых бинтов.
Последствия