Культу́ра пско́вских дли́нных курга́нов (культура псковсконовгородских длинных курганов, культура псковско-мстинских длинных кургановИсланова И. В. // Ученые записки. Электронный научный журнал Курского государственного университета, 2011) — раннесредневековая археологическая культура V—XI веков, распространённая на северо-западе России (Псковская, Новгородская, Ленинградская области). Название получила по своему самому яркому отличительному признаку — погребальным насыпям удлинённой формы — длинным курганам (однако курганы, относящиеся к этой культуре, могут иметь и другую форму). Сформировалась в конце V — начале VI века. Наиболее поздние памятники этой культуры датируются уже началом — первой половиной XI века'Михайлова Е. Р. Культура псковских длинных курганов: современное состояние исследований и роль В. В. Седова в ее изучении // Краткие сообщения Института археологии. Выпуск № 240, 2015 года..
Основные памятники располагаются на берегах Псковского и Чудского озёр, в бассейнах таких рек как Великая, Плюсса, Луга, Мста, Ловать, а также в верхнем течении рек Западная Двина, Полота, Молога и в верховьях Волги. Самый северный могильник культуры псковских длинных курганов находится в Гатчинском районе Ленинградской области, неподалёку от деревни Заозёрье, на берегу Орлинского озера.
Периодизация IV/V—V века — бескурганные погребения; VI—XI века — погребения под курганомСедов В. В. Славяне в раннем средневековье М.: Институт археологии РАН, 1995. — 416 c.: ил. с. 214—215.
Характерные особенности Преобладают погребальные насыпи удлинённой формы, однако распространены и круглые курганы. Погребения совершены по обряду трупосожжения. Характерен малочисленный и невыразительный инвентарь, отсутствие дорогих предметов, престижного импорта и элитных захоронений.
Коллективные погребальные сооружения в виде удлинённых земляных насыпей иногда имели подпрямоугольную форму, иногда же переходили в валы, достигавшие нескольких десятков метров в длину при ширине 5—10 м. Высота курганов, как правило, очень невелика и редко достигает 1,50 м. Под насыпью длинных курганов обнаружены груды жжёных человеческих костей, иногда сложенных в глиняных сосудах или же в небольших ямках, выкопанных в земле. Насыпи сооружались не сразу, а постепенно — курган подсыпался и с каждым новым погребением всё больше вытягивался. Число погребений в длинных курганах достигает 6—8 и более.
История изучения Первые попытки исследования длинных курганов относятся к сер. XIX — нач. XX века. Первые предположения о датировке и этнической принадлежности высказал А. А. Спицын, интерпретировав их как погребальные насыпи летописных кривичей.
Следующую попытку осмысления предпринял Н. Н. Чернягин в 1930-х годах в своде, обобщающем результаты разведок и раскопок на территории СССР. Он также связал памятники с кривичами, длинные и встречающиеся вместе с ними круглые курганы с сожжением, датировав их VI—IX веками.
В послевоенный период изучение этой категории древностей активизируется, к ней обращаются многие исследователи, начинается исследование поселенческих памятников, относящихся к культуре псковских длинных курганов. Широко обсуждались вопросы культурно-этнической принадлежности и датировки (С. А. Тараканова, Я. В. Станкевич, В. В. Седов), проводится сопоставление псковских, смоленских и полоцких длинных курганов (В. В. Седов, Е. А. Шмидт).
В конце XX — начале XXI века исследователи возвращаются к проблеме хронологии этой культуры. Предпринимаются попытки выделить как ранние памятники (И. А. Бажан, С. Ю. Каргапольцев, И. Вернер, М. М. Казанский, Н. В. Лопатин, А. Г. Фурасьев), так и более поздние (Е. Р. Михайлова, С. Л. Кузьмин).
Этническая принадлежность В 1970—1990-х годах формируются две основные точки зрения на этническую принадлежность этой культуры. По первой — это памятники славянского или славяно-балтского (И. И. Ляпушкин, В. В. Седов, Е. Н. Носов), а по второй — дославянского «чудского» (С. Лаул, Г. С. Лебедев) населения.
Версию происхождения курганов сформулировала эстонский археолог М. Аун. По её мнению, курганный обряд развивался в Восточной Эстонии от погребальных площадок с большим числом захоронений до насыпей с одиночными погребениями на вершинеАун М. Курганные могильники Восточной Эстонии во второй половине 1 тысячелетия нашей эры. — Таллин, 1980..
В 1974 году В. В. Седов издал монографию, посвящённую длинным курганам. По его мнению культура сформировалась в результате миграционных потоков славянского и балтского населения, в основном, из бассейна Вислы и разделяется на два вида: псковские длинные курганы и смоленско-полоцкие длинные курганы. Носители культуры псковских длинных курганов являлись представителями разнообразного в этническом отношении населения, включавшего в себя как местный финский элемент, так и доминирующий аллохтонный славянский компонент .
По мнению В. В. Седова, допустимо предположение, что носители этой культуры именовались кривичами. В современном латышском языке слово русские звучит как . На первых порах латышские племена непосредственно соседствовали с носителями культуры длинных курганов, поэтому их имя и было распространено позднее на всё русское населениеСедов В. В. — М.: Яз. рус. культуры, 1999. — 316 с. — ISBN 5-7859-0086-6Седов В. В. Об этнической принадлежности псковских длинных курганов // — М.: Наука, 1981. — 121 c. — С. 10.
Археолог Е. Р. Михайлова склоняется к мнению о принадлежности культуры длинных курганов к дославянскому населению северо-запада нынешней России. Эта культура появляется на рубеже V—VI веков, резко выделяясь на общем фоне обрядом погребения в курганах, источником которого является балтская культура восточнолитовских кургановМихайлова Е. Р. «Балтский след» в культуре псковских длинных курганов? // Этнокультурные процессы на территории Беларуси в І — начале ІІ тысячелетия нашей эры. Минск: БГУ, 2018. С. 173—184.. Какое-то время культура процветает и полностью исчезает в X — начале XI века, растворившись в складывающейся древнерусской культуреМихайлова Е. Р. . По мнению Е. Р. Михайловой, материальная культура связана с древнерусской культурой Северо-Западной Руси. Комплексы вещей соответствуют «минимальному» набору женских украшений Новгородской земли. В этнокультурном смысле женский костюм можно отнести к словенскому костюмуМихайлова Е. Р. . // Вестник Санкт-Петербургского университета. Политология. Международные отношения, 2007.
Н. В. Лопатин полагает, что культура псковских длинных курганов (вместе с тушемлинской и колочинской) складывалась при участии населения, относившегося к кругу Заозёрье — Узмень (наиболее северный вариант киевской культуры, которая принимается им за славянскую). С этим кругом памятников (рассеянных вдоль границы Смоленской и Псковской областей) Лопатин связывает «первую волну массовой славянизации территории Северной Белоруссии и Северо-Запада России».
Вопрос об этнокультурной принадлежности раннесредневековых погребальных древностей на озёрах в верховьях Волги (в Тверской области) в настоящий момент далёк от своего решенияИсланова И. В. // Ученые записки: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2011. № 3 (19). Т. 2. Топонимист В. Л. Васильев отмечает, что территория культуры отчасти совпадает с ареалом разновременной балтской гидронимииВасильев В. Л. // Вопросы языкознания. 2008. № 3. — С. 92..
Е. Р. Михайлова отмечает, что «тезис о существовании уже в это время общности под названием „кривичи“, которая через несколько сот лет под тем же именем, на тех же территориях и без особых изменений будет известна авторам повести временных лет, нуждается в дополнительных доказательствах». Культура псковских длинных курганов является скорее культурно-исторической общностью с отчётливыми различиями между отдельными регионамиМихайлова Е. Р. Культура псковских длинных курганов: современное состояние исследований и роль В. В. Седова в ее изучении // Краткие сообщения Института археологии. 2015. Вып. № 240. С. 29..
Палеогенетика У представителя культуры псковских длинных курганов из кургана с трупосожжением могильника «Девичьи горы» у озера Сенница, жившего 1200±100 лет назад, была определена Y-хромосомная гаплогруппа N1a1 (ранее N1c) и митохондриальная гаплогруппа H2Чекунова Е. М., Ярцева Н. В., Чекунов М. К., Мазуркевич А. Н. «Первые результаты генотипирования коренных жителей и человеческих костных останков из археологических памятников Верхнего Подвинья». С. 287—294. Таблица на с. 294. // Археология озёрных поселений IV—II тыс. до н. э.: хронология культур и природно-климатические ритмы. — СПб.: ООО «Периферия», 2014.Chekunova E. M., Yartseva N. V., Chekunov M. K., Mazurkevich A. N. The first results of genetic typing of local population and ancient human bones in Upper Dvina region // Published in Archaeology of lake settlements IV—II mill. BC: chronology of cultures, environment and paleoclimatic rhythms. Saint-Petersburg, 2014. Mazurkevich A., Polkovnikova M., Dolbunova E. ed. P. 287—294..
Наследие культуры Исследователи оценивают влияние культуры псковских длинных курганов на последующие как ключевое. Большинство из них видит в ней культуру, оказавшую влияние на культуру новгородских сопок (VIII—X века), а затем ставшую вместе с последней основой древнерусской культуры Новгорода и Пскова.
См. также Длинный курган Гнёздово (археологический комплекс) Культура смоленско-полоцких длинных курганов
Примечания
Литература
Михайлова Е. Р. История изучения псковско-новгородских длинных курганов // Stratum Plus. ― 2000. ― № 5. ― С. 32―49. Михайлова Е. Р. Культура псковских длинных курганов. Проблемы хронологии и развития материальной культуры. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. СПб., 2009 Михайлова Е. Р. О деталях строения насыпей и структуры некрополей культуры псковских длинных курганов // Acta Archaeologica Albaruthenica: навуковае выданне / укладальнікі: М. А. Плавінскі, В. М. Сідаровіч. — Мінск, 2009. ― Vol. 5. С. 75—88.
Ссылки Культура псковских длинных курганов // Проект «Раннеславянские древности России»
Категория:Археологические культуры Новгородской области Категория:Археологические культуры Псковской области Категория:Археологические культуры Ленинградской области Категория:Кривичи