Крымский поход на Русь 1571 года — военный поход крымского хана Девлет-Гирея на Русское государство, в ходе которого ему удалось обойти оборонительные позиции русского войска и подойти к Москве. В результате боёв в посадах начался крупный московский пожар. Из-за сильного ветра и жары столица, за исключением Кремля, сгорела практически полностью. После этого ханское войско ушло на юго-восток, разорив рязанские земли. В результате похода погибло 80—120 тысяч человек и было уведено в плен около 60 тысяч человек.
История
Поход и нападение на Москву После распада Золотой Орды на её бывших территориях сформировались несколько государств, граничащих с Русским государством. Одним из таких образований было Крымское ханство, правители которого периодически совершали грабительские набеги на русские земли. В 1551 году крымским ханом стал Девлет-Гирей. Русскому государству удалось отразить нападения крымскотатарских войск после завоевания Казанского и Астраханского ханств. Однако ведение затяжной Ливонской войны ослабило русские силы, из-за чего набеги с юга участились.
В 1570 году полководец князь Михаил Воротынский доложил царю о неудовлетворительной работе станичной и сторожевой служб на южных рубежах государства. В начале следующего года под руководством князя проводились служебные реформы, которые, однако, к моменту прихода Девлет-Гирея ещё не были полностью реализованы. 16 февраля Воротынский назначил новый устав сторожевой и пограничной службы, уделив особое внимание охране степных территорий и обнаружению татарских «воинских людей». Новая оборонительная система на юге состояла из подвижных и неподвижных элементов.
Весной того же года Девлет-Гирей собрал войско численностью до 40 тысяч воинов и напал на Русь. Хотя в российской историографии традиционно считалось, что хан шёл прямо на Москву, современные исследования исходят из того, что хан вряд ли рассчитывал на то, что ему удастся нанести поражение русскому войску и выйти к Москве. Первоначальной целью крымского набега была добыча полона (ясыря) для компенсации долгого отсутствия в Крыму «поминок» из Москвы и Вильно. Подтверждением этому является относительно небольшая численность войска, а также отсутствие в нём артиллерии и пехоты. Однако хана убедили идти на Москву сообщения от русских перебежчиков: в городе были голод, казни, отсутствовало ополчение. Возможно, здесь имела место целенаправленная дезинформация и попытки заманить ханское войско под Серпухов, где его на окских укреплённых позициях ожидал «береговой» разряд, за которым расположились ещё два крупных разряда — опричный и заречный. Общая численность русских войск составляла от 35 до 40 тысяч воинов, главным образом пехоты.
Однако хан через своих разведчиков почуял подвох и предпринял обходной манёвр русских войск с запада. Незаметно для русских дозоров его войско переправилось через Оку под Перемышлем, затем переправилось через Угру и с неожиданного направления устремилось к Москве, разбив по пути опричный отряд Я. Ф. Волынского. Русские воеводы снялись со своих позиций и поспешили к Москве. Одновременно в столицу стекались вытесненные с захваченных территорий беженцы. Иван IV, узнав о скором приближении крымской армии, уехал в Ростов.
К татарские войска приблизились к Москве, разбив лагерь под Коломенским. В то же время в город вошли русские воеводы. Войско Ивана Бельского стояло на Большой улице, а полк Ивана Мстиславского и Ивана Шереметева Меньшего — на Якиманке. Передовой полк Михаила Воротынского и Петра Татева стоял на Таганском лугу, опричное войско Василия Тёмкина-Ростовского находилось за Неглинной. По свидетельству летописцев, «князь Иван Дмитриевич Бельской выезжал против крымских людей за Москву реку на луг за Болото и дело с ними делал». В ходе боя крымцы оттеснили русских, князь Бельский был ранен, а по городу стремительно распространился пожар.
Пожар в столице 24 мая 1571 года случился один из самых сильных московских пожаров XVI века. По свидетельству очевидцев, за несколько часов сгорели практически все деревянные строения вокруг Кремля.
«Сам город неприятель не взял, но зажег его предместья, которые (состоя из деревянного строения, без камня, кирпича или глины, за исключением немногих наружных покоев) сгорели с такой быстротой и огонь так далеко распространился, что в четыре часа не стало большей части города, имеющего до 30 миль или более в окружности. Зрелище было ужасное… Таким образом, в одно и то же время от огня и давки погибло (как сказывают) 800 000 человек или более.»
Единственным безопасным местом был каменный Кремль, а из-за пожара и вестей о скором приближении русских войск Девлет-Гирей решил его не штурмовать. Огонь охватил торговые ряды и лавки у стен Кремля, после чего будущую Красную площадь долгое время называли Пожаром. Татары грабили усадьбы и слободы, поджигали церкви и дворы. Немецкий путешественник и историк Адам Олеарий вспоминает, что Москва «совершенно погорела вплоть до Кремля при большом набеге крымских или перекопских татар». По сведениям «Пискарёвского летописца», за три часа Москва выгорела целиком «и людей без числа згорело всяких». По мнению английского дипломата Джерома Горсея, пожар начался от колокольни Ивана Великого, из-за сильного ветра и жары огонь быстро распространился по всему городу:
«Утро было чрезвычайно хорошее, ясное и тихое, без ветра, но когда начался пожар, то поднялась буря с таким шумом, как будто обрушилось небо, и с такими страшными последствиями, что люди гибли в домах и на улицах. На расстоянии 20 миль в окружности погибло множество народа, бежавшего в город и замки, и пригороды, где все дома и улицы были так полны народом, что некуда было притесниться; и все они погибли от огня, за исключением некоторых воинов, сражавшихся с татарами, и немногих других, которые искали спасения через стены, к реке, где некоторые из них потонули, а другие были спасены.»
Вытесненные пожаром горожане и беженцы бросились к самым дальним северным воротам столицы, где образовалась давка. В толпе был заколот ножом городской воевода Никита Шуйский. Митрополит Кирилл с духовенством укрылись в соборной церкви Успения. Воевода князь Иван Бельский задохнулся, укрывшись в каменном погребе своего дома, погиб также царский лейб-медик итальянец Арнольд ЛензейСегал А. Врачи в допетровской Руси // Наука и жизнь. — 1941. — № 3.. Историк Сергей Соловьёв писал: «Других князей, княгинь, боярынь и всяких людей кто перечтет? Москва-река мертвых не пронесла: специально были поставлены люди спускать трупы вниз по реке. Хоронили только тех, у кого были родственники или знакомые».
Деревянные постройки в городе и на прилегающих территориях выгорели за несколько часов. От жары разрушались каменные строения и падали церковные колокола. В летописях упоминалось, что взрывы пороховых складов в подземельях и крепостных башнях нанесли серьёзный ущерб: «…вырвало две стены городовых: у Кремля пониже Фроловского мосту против Троицы, а другую в Китае против земского двора». В общей сложности в огне сгорели и задохнулись несколько тысяч человек. Многие пытались спастись на Москве-реке. Очевидцы вспоминали, что у реки и во рвах столпились тысячи людей со своими вещами. Уже после пожара Иван Грозный отдал приказ сбросить все тела погибших в Москву-реку. В течение последующего года реку очищали от трупов и скарба. В реке находили мешочки с драгоценностями, кольца, дорогие сосуды и другую утварь. Из-за смрада и антисанитарии в городе началась эпидемия: «того же году и на другой год на Москве был мор и по всем городом русским».
Девлет-Гирей, поражённый зрелищем огненной бури, отвёл свои войска к Коломенскому. Некоторые крымские татары на свой страх и риск бросились грабить в охваченном огнём городе, но погибли вместе с москвичами. Подробности об этом сообщает немец-опричник Генрих Штаден:
«Поначалу татарский хан приказал подпалить увеселительный двор великого князя — Коломенское — в 1 миле от города. Все, кто жил вне города в окрестных слободах, — все бежали и укрылись в одном месте: духовные из монастырей и миряне, опричники и земские. На другой день он поджег земляной город — целиком все предместье; в нем было также много монастырей и церквей. За шесть часов выгорели начисто и город, и кремль, и опричный двор, и слободы. Была такая великая напасть, что никто не мог ее избегнуть! В живых не осталось и 300 боеспособных людей. Колокола у храма и колокольня, на которой они висели, упали, и все те, кто вздумал здесь укрыться, были задавлены камнями. Храм вместе с украшениями и иконами был снаружи и изнутри спален огнем; колокольни также. И остались только стены, разбитые и раздробленные. Колокола, висевшие на колокольне посредине Кремля, упали на землю и некоторые разбились. Большой колокол упал и треснул. На опричном дворе колокола упали и врезались в землю. Также и все другие колокола, которые висели в городе и вне его на деревянных звонницах, церквей и монастырей. Башни или цитадели, где лежало зелье, взорвались от пожара — с теми, кто был в погребах; в дыму задохлось много татар, которые грабили монастыри и церкви вне Кремля…»
Поскольку хан не одержал убедительной военной победы и опасался повторного сбора русского войска, он не стал идти на северные и северо-восточные уезды, а повернул назад по рязанской дороге, подвергнув по пути опустошению юго-восточную «украйну» и уведя за собой множество пленных.
Иван IV не сразу вернулся в сожжённую Москву. Он повелел собрать купцов, ремесленников и торговцев из разных городов, чтобы заново отстроить и заселить столицу. Для этого в городе отменили налоги и ввели беспошлинную торговлю. Были наняты около семи тысяч каменщиков и строителей, которые за четыре года возвели вокруг Москвы новую каменную стену. В столице также издали полицейское распоряжение, запрещавшее допуск к месту последующих пожаров тех, кто не принимает участие в тушении.
Последствия похода
Поход на Москву стал её последним крупным разорением татарами. Исследователи считают пожар 1571 года ещё более масштабным, чем «великий пожар» 1547-го. Про события набега говорили, что в городе не осталось столба, чтобы привязать лошадь. Трудно оценить количество погибших и захваченных в плен во время похода Девлет-Гирея. По разным источникам, эти цифры составляли от 60 до 150 тысяч уведённых в рабство и от 10 до 120 тысяч погибших при нападении на Москву. Крымский посол в Варшаве рассказывал, что во время похода было убито 60 тысяч человек и ещё столько же попало в плен. Джильс Флетчер считал, что погибло порядка 800 тысяч человек. И хотя эта цифра явно преувеличена, потери России были действительно огромными. О большом разорении Москвы свидетельствует папский легат Поссевино, который насчитывал в 1580 году не более 30 тысяч населения, хотя ещё в 1520-м в Москве было 41 500 домов и не менее 100 тысяч жителей.
В военном отношении, сражение под Москвой хоть и было сопряжено для русской стороны с серьёзными потерями, однако оно не стало разгромом русских войск. В результате разворачивающихся событий, армия пришла в расстройство, также на улицах Москвы были практически полностью уничтожены огнём её обозы, пало множество коней, пострадала полевая артиллерия. Однако численность войска, комплектуемого из поместной конницы за счёт служилых городов, судя по кампании следующего 1572 года, существенно не сократилась.
Пожар оказал большое влияние на внутреннюю и внешнюю политику Ивана Грозного. Небоеспособность опричных войск при защите столицы продемонстрировала необходимость роспуска опричнины. , а некоторые видные опричники были казнены. После трагических событий московское правительство также задумалось о строительстве каменной стены вокруг Белого города, которую было бы не под силу преодолеть татарской коннице. Так была возведена Белгородская стена в начале 1590-х годов правительством царского шурина Бориса Годунова.