Оборо́на Бори́сова — боевые действия 30 июня — 3 июля 1941 сводного отряда Борисовского гарнизона и 1-й Московской дивизии в районе Борисова и восточнее города вдоль шоссе Минск—Москва, часть Белорусской стратегической оборонительной операции.
Действия советских войск позволили задержать продвижение 18-й танковой дивизии вооружённых сил нацистской Германии (вермахт) на Оршу и дали возможность развернуть оборону второго стратегического эшелона Красной армии в верхнем течении Днепра.
Предшествующие события После окружения и разгрома сил Западного фронта ударные части вермахта открыли себе путь на Смоленск вдоль шоссе Минск-Москва. Ближайшей крупной водной преградой здесь была река Березина с мостами у Борисова, Веселова и Ухолоды. Переход немцев через Березину ставил под угрозу планы развёртывания сил второго стратегического эшелона Красной армии на рубеже Орша-Могилёв.
Однако разрыв между первым эшелоном РККА (почти целиком окруженным западнее Минска) и вторым эшелоном (сосредотачивался на рубеже рек Западная Двина, Днепр) привёл к тому, что на рубеже Березины противника сдерживали импровизированные отряды: курсанты училищ - Лепельского артиллерийско-миномётного, Борисовского танкотехнического, Бобруйского военно-тракторного, и даже конвой НКВД (у Березино на Могилёвском шоссе).
Пока основные силы немецкого 39-го мотокорпуса 3-й тг, наступавшие от Вильнюса, штурмовали Минск и захватили его 28 июня силами 20-й тд, 12-й тд, 20-й мд, его 7-я тд 27 июня обошла Минск с севера и прорвалась к Смолевичам на Московское шоссе восточнее Минска в 35 км от Борисова. Однако начать серьёзное наступление на Борисов 7-я тд не могла: она сама подвергалась атакам советских войск со всех сторон.
Историк Алексей Исаев приводит запись из журнала боевых действий немецкой 3-й тг:Вечером 29 июня 7-я тд восстановила связь со своими тылами после того, как она в течение 48 ч была отрезана и вынуждена была держать круговую оборону….С юга на Минск двумя танковыми дивизиями (17-й и 18-й) наступал 47-й мотокорпус 2-й тг (третья дивизия корпуса, 29-я моторизованная, осталась сражаться с окруженными советскими войсками Белостокского котла). Задержанный боями у Барановичей мотокорпус вышел к Минску только 29 июня. Немецкое командование сместило к северу полосу разграничения между 2-й тг и 3-й тг, теперь Борисов относился к полосе наступления 47-го мк. В итоге 7-я тд передислоцировалась в район Зембина (20 км севернее Борисова) и начала подготовку к наступлению на Витебск.
Вечером 30 июня в район борисовских переправ вышла немецкая 18-я тд генерал-майора В. Неринга (к Ново-Борисову на западном берегу р. Березина). Немецкая 17-я тд вечером 29 июня получила приказ остаться на позициях южнее Минска для обеспечения южного фаса нового Минского котла.
Стратегическое значение Борисова
Оно обуславливалось проходящим через него шоссе на Москву. Бетонный мост через Березину у Борисова на этом шоссе был для немцев лакомым куском. Поначалу немецкая воздушная разведка сообщала о нём как о разрушенном. Однако вскоре эта ошибка была исправлена. И 18-я тд 47-го корпуса получила приказ захватить переправы в районе Борисова и образовать плацдарм на восточном берегу реки. Историк Алексей Исаев пишет в книге "Неизвестный 1941":С точки зрения устойчивости советской обороны на рубеже Березины проще всего было бы взорвать мост. Он действительно был подготовлен к взрыву, но сделать это предполагалось только по особому распоряжению. Фронтовое командование все еще надеялось использовать борисовскую переправу для отходивших из-под Минска частей. Хороший прочный мост обещал как быстроту переправы, так и возможность переправить тяжелую технику, в том числе танки.
Советские войска в районе Борисова Сводный отряд Борисовского училища Борисов и предмостное укрепление обороняла сводная дивизия из войск гарнизона Борисова. Она состояла из:
курсантов Борисовского бронетанкового училища (начальник училища и комендант Ново-Борисова — корпусной комиссар Иван Сусайков, начштаба обороны города полковник Александр Лизюков) войск НКВД по охране железной дороги и ж/д моста отступающих подразделений войск Западного и Северо-Западного фронтов (в частности, остатки советской 5-й танковой дивизии, отступавшей от Вильнюса).
В Борисов для организации обороны города прибыл начальник отдела кадров Западного ОВО генерал-майор Михаил Алексеев, но о его действиях ничего не известно.
Личный состав Борисовского танкотехнического училища составлял около 400 курсантов и преподавателей. На 30 марта 1941 года, при переформировании училища из кавалерийского в танковое, в нём числилось 7 танков БТ-2, 10 БТ-5, 4 БТ-7 и 35 танкеток Т-27; на 25 апреля — 22 БТ и 18 Т-27.
Катастрофическое начало войны поставило гарнизон Борисова и командование танкового училища в условия информационного вакуума. В отчёте Сусайков писал: Командование училища 23-26 июня от штаба фронта сведений о противнике не получало. Училищу задача поставлена не была. Обнаружить местопребывание штаба не удалось. Случайные и отрывочные сведения о противнике получали исключительно от военнослужащих, которые беспорядочной толпой тянулись по автомагистрали на восток. В этой ситуации Сусайков проявил инициативу - к обороне города приступили силами личного состава училища и горожан. Они вырыли 7 км противотанковых рвов. На берегах Березины начали создавать укреплённые пункты и секторы обороны.
Из курсантов и преподавателей училища создали заградотряды - они задерживали отступающих военных, формировали из них сводные отряды, включали их в оборону города. Среди оказавшихся в городе командиров был и полковник Лизюков, возвращавшийся из отпуска.
В поисках информации о противнике Сусайков организовал разведку. На бронеавтомобилях разведчики действовали в радиусе до 30-40 км, вплоть до встречи с авангардами противника.
В 10.00 26 июня через почтовую станцию Борисова сообщили - у Логойска появилась мотоколонна и танки противника. В это же время пропала связь с Оршей и Минском. По приказу Сусайкова училище подняли по тревоге, курсанты вышли из военного городка Печь и развернулись в лесу на восточном берегу Березины. Затем училище перешло на штатный расчёт стрелкового полка 16-ротного состава (четыре батальона). В его состав включили сводный пятый батальон, сформированный из идущих с запада бойцов и командировКоломиец М. 1941. «Последний парад» мехкорпусов Красной Армии. — М.: Эксмо. Яуза. 2013..
26 июня связь со штабом фронта была восстановлена. Сусайкова назначили начальником гарнизона и ответственным за оборону города, а начштаба - Лизюкова. В приказе Западного фронта говорилось:Вы ответственны за удержание Борисова и переправ. Как крайний случай, при подходе к переправам противника переправы взорвать, продолжая упорную оборону противоположного берега. На переправу от Зембин к свх. Веселово выслать мотоотряд с подрывным имуществом с задачей: подготовить переправу к взрыву, упорно оборонять и при подходе противника капитально взорвать. Вам поручается выполнить то же с переправой у Чернявка (юго-восточнее Борисова).
27 июня командование создало четыре боевых участка обороны: Участок № 1 возглавил полковник Белый; Участок № 2 (Борисов) — полковник М. Д. Гришин; Участок № 3 — подполковник Мороз; Участок № 4 — майор КузьминЕгоров Д. Июнь 41-го. Разгром Западного фронта. — М.: Яуза; Эксмо, 2008..
К 30 июня Борисовский гарнизон насчитывал 6876 человек, «кроме частей 108-й сд» (585-й гаубичный артполк, около 600 человек), всего около 7500 человек. Основные силы размещались в Борисове - два сводных стрелковых полка, 585-й гаубичный артполк, дивизион 76-мм орудий 575-го артполка, два дивизиона 76-мм зениток, миномётная и пулемётная роты, танковый отряд. Приказом № 2 по Борисовскому гарнизону от 28 июня отрядам предписывалось «упорной обороной не дать противнику форсировать р. Березина, при полном истощении сил и средств переправы капитально взорвать, продолжая упорную оборону».
Сусайков не питал иллюзий относительно сил, которые оказались в его распоряжении. 28 июня он докладывал:Гарнизон, которым я располагаю, имеет сколоченную боевую единицу только в составе бронетанкового училища (до 1400 человек). Остальные бойцы и командиры — сбор «сброда» из деморализованных паникёров тыла, командиры из тыла, следующие на поиски своих частей из командировки, отпуска, с лечения. Плюс значительный процент приставших к ним шпионов, диверсантов. Все это делает гарнизон Борисова небоеспособным.
1-я Московская мотострелковая дивизия 30 июня 1941 года авиаразведка Западного фронта сообщила о движении немецких мотоколонн в направлении на Борисов. Для сдерживания противника 30 июня комфронта Дмитрий Павлов приказал перебросить к Борисову 1-ю Московскую мотострелковую дивизию полковника Якова Крейзера. Её задача — занять позицию на 50-км фронте по восточному берегу Березины, войти в подчинение штабу 44-го стрелкового корпуса Василия Юшкевича.
На 24 июня 1-я мотострелковая дивизия насчитывала 10 955 человек личного состава, 205 танков БТ-7М (к Борисову отправили 177 БТ ), 24 плавающих танка Т-37/Т-38 и 39 бронемашин. Автотранспортом и артиллерией соединение было укомплектовано почти полностью. Позже 1 мсд получила 10 тяжёлых танков КВ (прибыли в район боёв к 3 июля) и 30 танков Т-34 (прибыли к 6 июля).
Сосредоточение 1-й мд и занятие ею обороны на Березине началось во второй половине дня 1 июля - непосредственно перед боестолкновением с немцами.
По воспоминаниям Крейзера, 6-й мотострелковый полк с танковым батальоном и артдивизионом встал севернее Борисова у совхоза Веселово, два мотострелковых батальона 175-го полка и танковый батальон разместились позади позиций танкового училища на автостраде Минск-Москва восточнее Борисова, ещё один мотострелковый батальон прикрывал переправу через Березину южнее города у дер. Большие Ухолоды. Один танковый батальон оставался в резерве.
Так 1-я мсд заняла позиции позади курсантов Борисовского училища. Сам Борисов и мосты через Березину обороняли войска Борисовского гарнизона.
Военный историк Алексей Исаев пишет, что между Сусайковым и Крейзером были «определённые трения» и что части полнокровной дивизии «прятались» в тылу курсантов.Свежее и хорошо укомплектованное соединение из Московского военного округа было серьезной силой. Однако с самого начала построения обороны возникли определенные трения между командованием гарнизона города и прибывшими «варягами». Крейзер вспоминал: « С Сусайковым мы договорились, что 175-й полк лучше расположить за батальонами училища (во втором эшелоне), чтобы создать более глубокую оборону». Неясно, с чем это связано, но фактически оборона на самом главном участке оказалась доверена курсантам и «сброду», а не регулярным частям. Это не могло не сказаться и, безусловно, сказалось на обороне города.
Действия сторон
Бои за Борисовские переправы 1 июля Первыми столкнулись с немцами высланные на запад от Борисова разведчики. В 16.30 1 июля движущиеся навстречу друг другу советские и немецкие танки сталкиваются западнее Ново-Борисова. Вспыхивает короткое, но ожесточенное танковое сражение. Немецкой стороной в нём заявлено уничтожение 20 советских танков, захват 8 полевых и 4 зенитных орудий. Вечером 1 июля авангард дивизии Неринга входит в Ново-Борисов.
Поздно вечером 1 июля 18-я тд натолкнулась на подготовленные позиции войск Борисовского гарнизона. Новый комфронта Еременко приказал Сусайкову разрушить важнейшие мосты, прежде чем они попадут в руки немцев.
Чтобы захватить мосты, из состава немецкой 18-й тд сформировали боевую группу майора Теге: батальон танков, мотоциклисты и разведчики при поддержке артиллерийского и зенитного дивизионов. С первой попытки боевая группа не смогла выбить русских с небольшого плацдарма на западном берегу Березины.