Юлий Михайлович Нудельман ( — , Израиль) — израильский , , -, и общественный деятель.
Биография
Годы в Советском Союзе Нудельман родился 7 ноября 1932 года в семье Михаила (Моше) (30 марта 1899 — 15 июня 1987) и Беллы Нудельман (10 ноября 1900 — 5 декабря 1988), уроженцев местечка Ганчешты Кишинёвского уезда Бессарабской губернии. Мать Нудельмана была дочерью Меира-Герша Штейнберга, выходца из брацлавских хасидов.
Годы Второй мировой войны провёл в эвакуации в Сибири ( ).. Ещё в возрасте 13 лет нашёл у своей матери книгу Жаботинского «Самсон назорей» и увлёкся идеей сионизма.
В 1950 году хотел поступить в Военно-Медицинскую Академию в Ленинграде, однако не был принят: по его словам, офицер академии ясно дал понять ему, что отказ связан с еврейским происхождением Нудельмана. Нудельман начал учиться в медицинском институте в Москве. Его учёба пришлась на разгар «Дела врачей» — сфабрикованного советскими властями уголовного дела против группы видных советских врачей-евреев, обвиняемых в заговоре и убийстве ряда советских лидеров. Несмотря на накал антисемитской атмосферы в стране в этот период, Нудельман во главе группы своих однокурсников демонстративно подчёркивал своё еврейское происхождение, и, после публикации в прессе о «сионистах-антисоветчиках» в его институте, Нудельмана и его товарищей исключили из комсомола и из института, но вернули на учёбу после смерти Сталина.
По окончании медицинского института в течение двух лет работал судовым врачом на кораблях первой советской океанической рыболовецкой флотилии. Специализировался в области нейрохирургии в Военно-Медицинской Академии и в области торакальной хирургии у видного хирурга Николая Михайловича Амосова в Институте грудной хирургии в Киеве. Прошёл также службу в Советской армии.
В возрасте 32 лет стал заведующим хирургическим отделением 2-й железнодорожной больницы в Москве, оставался на этой должности до 1971 года.
Нудельман, выразивший желание репатриироваться в Израиль, получил отказ советских властей выдать ему и его семье разрешение на выезд из СССР и в 1971 году начал открытую борьбу за получение разрешения. В октябре 1971 года в составе группы 92 евреев из разных городов СССР прибыл к зданию ЦК КПСС в Москве с целью вручить петицию с протестом против задержек в выдаче разрешений на выезд.
Ещё до выезда из СССР Нудельман подал просьбу на получение израильской врачебной лицензии, которая сначала была отклонена, но затем лицензия была выдана по настоянию Израильской хирургической ассоциации.
Хоть Нудельману удалось удержаться на должности заведующего хирургическим отделением до получения разрешения на выезд из СССР, после получения разрешения его уволили с должности по требованию профсоюзных организаций, его дочь, учившуюся в 10-м классе школы № 8 в Люберцах, исключили из комсомола, а от его жены, работавшей учителем английского языка в той же школе, потребовали подать заявление об увольнении. После принятия решения об исключении дочери из комсомола у дома Нудельмана собрались около 40 школьников, которые в течение двух часов скандировали антисемитские лозунги. Милиция, приехавшая на место лишь спустя полтора часа, не приняла каких-либо мер, и после её отъезда толпа разбила окна квартиры Нудельмана камнями. Окна в квартире были разбиты вновь спустя две недели, и приехавший на место офицер милиции заявил, что «семью Нудельмана трудно защищать, ибо она едет в фашистское государство и, следовательно, все члены семьи врача Нудельмана — фашисты».
Жизнь и деятельность после приезда в Израиль 17 ноября 1971 года в составе группы советских евреев прибыл в Израиль особым рейсом компании «Эль Аль» из транзитного лагеря в Вене вместе с первой супругой Ларисой и дочерью Анной (в дальнейшем: Анна Бен Нун). В Израиле семья поселилась в районе Кирьят-Элиэзер в Хайфе в квартире, снятой у государственной жилищной компании «Амидар». Родители Нудельмана последовали за ним и приехали в Израиль в 1972 году.
В 1972 году Нудельман начал работать врачом-хирургом в больнице «Рамбам» в Хайфе. Также начал вести активистскую деятельность: уже в марте 1972 года он вошёл в число организаторов конференции для обсуждения проблем трудоустройства врачей-репатриантов из СССР, в которой приняло участие около 500 врачей-репатриантов и ряд министров и деятелей в сфере здравоохранения и интеграции репатриантов, в том же году возглавил «Организацию врачей-выходцев из СССР» из нескольких десятков членов и в декабре 1972 года присоединился со своей организацией к забастовке репатриантов-стоматологов, протестовавших против задержки в выдаче репатриантам врачебных лицензий.
В 1973 году Нудельман был избран одним из около 400 делегатов на съезд Объединения репатриантов из СССР, войдя в президиум съезда, и возглавил оппозиционный блок съезда, состоявший из около 100 делегатов, представлявший, в основном, репатриантов, прибывших в Израиль после Шестидневной войны, и выступавший с позиций правого политического блока «ГАХАЛ» против находившегося у власти левого блока «Маарах», контролировавшего правление Объединения. После споров относительно процедуры избрания делегатов, начавшихся ещё до съезда, оппозиционеры во главе с Нудельманом выступили на съезде, состоявшемся 31 июля 1973 года в Беэр-Шеве, с требованием исключить из Объединения, а также из состава делегатов съезда, репатриантов, никогда не живших в СССР, а проживавших до репатриации на территориях, вошедших в дальнейшем в состав СССР. Оппозиционеры блокировали даже первичные организационные решения о порядке проведения съезда, а, когда председатель правления Объединения сообщил о решении отложить рассмотрение претензий оппозиции, оппозиционеры во главе с Нудельманом прорвались на сцену, захватили микрофоны и саботировали продолжение съезда, несмотря на вмешательство охранников и полиции. Прибывшая на съезд премьер-министр Голда Меир стала свидетельницей беспорядков и выступила с укоризненной речью против поведения оппозиции. Оппозиционеры под руководством Нудельмана также объявили о намерении создать новое объединение репатриантов из СССР, однако в дальнейшем не воплотили свою угрозу.
В сентябре 1973 года Нудельман подал петицию в Верховный суд Израиля с утверждением, что, вопреки установленной практике, компания «Амидар» отказывается продать ему снимаемую им квартиру в Хайфе в отместку за его политический активизм на съезде Объединения репатриантов из СССР и критику против Министерства абсорбции. Министерство абсорбции выступило с опровержением утверждения Нудельмана, и Верховный суд отклонил петицию, сочтя её необоснованной.
Прошёл офицерские курсы в Армии обороны Израиля и в качестве врача находился на резервистской службе в армии в ходе Войны Судного дня в октябре 1973 года.
В 1976 году стал членом партии «» в составе правого политического блока «Ликуд» и был членом правления партии, членом секретариата партии и одним из лидеров членов партии из среды выходцев из СССР. Однако Нудельман вскоре разочаровался в партии, по его мнению не учитывающей в должной мере мнения членов партии-репатриантов, подавляющей их активизм и не принявшей его стремления войти в список кандидатов партии на выборах в кнессет.
Продолжая работать старшим хирургом в больнице «Рамбам» в Хайфе, Нудельман продолжал деятельность в правлении Объединения репатриантов из СССР, однако в сентябре 1976 года во главе 12 других членов правления покинул Объединение в знак протеста против решения большинства членов правления прекратить поддержку эмигрантов, выезжающих из СССР в Израиль, но после выезда из СССР направляющихся в другие страны.
В октябре 1976 года направил премьер-министру и министру здравоохранения письмо с требованием об увольнении министра здравоохранения вследствие речи последнего в кнессете с поспешным обвинением врача-репатрианта из Аргентины в смерти пациентки.
В ноябре 1976 года был исключён из партии «Ла-Ам» в ответ на свои заявления о намерении присоединиться к Ариэлю Шарону, задумавшего учредить партию «», вследствие этого вместе с Нудельманом из партии вышла бо́льшая часть её членов-репатриантов из СССР.
При учреждении партии «Шломцион» во главе с Ариэлем Шароном Нудельман вошёл в её ряды и в начале апреля 1977 года на конференции партии был избран одним из членов партии, вошедших в партийный список кандидатов накануне выборов в кнессет. Однако, когда в ходе того же месяца стало ясно, что, вопреки прежним обещаниям Шарона и значительной поддержки на конференции партии, ему не удастся занять в партийном списке кандидатов место, гарантирующее реальные шансы стать депутатом кнессета, Нудельман, во главе 31 репатрианта-члена партии «Шломцион», заявил о выходе из партии, подвергнув резкой критике Ариэля Шарона, обвинив его в нарушении демократических принципов в управлении партией и назвав своё решение выйти из «Ликуда» и последовать за Шароном ошибкой и следствием собственной политической неопытности.
В июне 1977 год вошёл в состав группы, планировавшей учредить поселение Мево-Дотан в Самарии на Западном берегу реки Иордан, и прожил два года в Самарии.
Продолжая работать в больнице «Рамбам» в Хайфе, в 1979 году Нудельман вошёл в состав команды при Еврейском агентстве для проверки путей сокращения явления советских эмигрантов, выезжающих в Израиль, но по пути из СССР отбывавших в другие страны; в рамках своей деятельности провёл ряд встреч с эмигрантами в Европе. Нудельман и другие члены команды также пытались обращаться к министру абсорбции Давиду Леви с жалобой об условиях интеграции прибывающих репатриантов, однако тот гневно отверг их жалобу, назвав её «политическим подстрекательством».
В марте 1980 года выступил на конференции медицинских работников-выходцев из СССР с резкой критикой системы здравоохранения Израиля, представив сравнительные данные об её отставании по некоторым показателям от систем здравоохранения европейских и некоторых арабских стран. На той же конференции участвовал в создании «Организации медицинских работников-репатриантов из СССР» и возглавил её. В качестве главы организации выступал с резкой критикой деятелей системы здравоохранения, отрицательно высказывавшихся об уровне подготовки прибывших в Израиль советских врачей, а также боролся за признание дипломов советских врачей и прочих медицинских работников вопреки мнению критиков, требовавших их повторной сертификации.
Нудельман, снискавший себе скандальную репутацию бескомпромиссного критика системы, неоднократно представлял свою кандидатуру на руководящие должности в системе общественного здравоохранения, включая должность директора больницы «Рамбам» в Хайфе, заведующего хирургическим отделением и директора больницы имени Вольфсон в Холоне. Не получив назначение ни на одну должность, Нудельман опубликовал в газете «Маарив» в апреле 1982 года объявление с воззванием к другим врачам передавать ему информацию о нечестных конкурсных процедурах при назначении на высокопоставленные должности в государственных больницах, чем вызвал гневную реакцию Министерства здравоохранения.
Нудельман принял участие в Первой ливанской войне в 1982 году в качестве главного хирурга и главы операционного взвода медицинской роты в звании капитана резервистской службы. В этой должности оказывал медицинскую помощь, включая хирургическое вмешательство под огнём в полевых условиях, в ходе боёв по захвату лагеря и города Сур, а также проводил операции в полевых госпиталях в Суре, Сайде и , оперируя как израильских военнослужащих, так и ливанских граждан.