Катастрофа Boeing 747 в Амстердаме (также известная как Бейлмерская катастрофа ()) — авиационная катастрофа, произошедшая в воскресенье 4 октября 1992 года. Грузовой самолёт Boeing 747-258F авиакомпании El Al совершал плановый межконтинентальный рейс LY 1862 по маршруту Нью-Йорк—Амстердам—Тель-Авив, но через 6 минут после вылета из Амстердама лишился обоих правых двигателей (№ 3 и № 4). Экипаж развернул самолёт и пытался посадить его в аэропорту Амстердама, но во время захода на посадку лайнер опрокинулся и рухнул на жилой комплекс «Груневен» (), в котором проживало около 2000 человек. В катастрофе погибли 43 человека — все 4 человека на борту самолёта (3 пилота и 1 пассажир) и 39 человек на земле, ещё 26 человек на земле получили ранения (15 были легко ранены, 11 — тяжело).

Точное число погибших подвергалось сомнениям, поскольку в «Груневене» проживало много нелегальных иммигрантов.

Самолёт

Boeing 747-258F (регистрационный номер 4X-AXG, заводской 21737, серийный 362) был выпущен в 1979 году (первый полёт совершил 7 марта). 19 марта того же года был передан авиакомпании El Al. Оснащён четырьмя двухконтурными турбовентиляторными двигателями Pratt & Whitney JT9D-7J. На день катастрофы 13-летний авиалайнер совершил 10 107 циклов «взлёт-посадка» и налетал 45 746 часов.

Экипаж Состав экипажа рейса LY 1862 был таким:

Командир воздушного судна (КВС) — 59-летний Ицхак Фукс (, ). Пилот-ветеран ВВС Израиля, проработал в авиакомпании El Al 28 лет и 2 месяца (с 2 августа 1964 года). Управлял самолётами Douglas DC-3 и Boeing 707. В должности командира Boeing 747 — с 2 июля 1981 года. Налетал свыше 25 000 часов, свыше 9500 из них на Boeing 747. Второй пилот — 32-летний Арнон Охад (, ). Опытный пилот, проработал в авиакомпании El Al 10 месяцев (с 17 ноября 1991 года). Управлял самолётами IAI 1A-1124, IAI 101, Beechcraft C12D и Boeing 707. В должности второго пилота Boeing 747 — с 31 марта 1992 года. Налетал 4288 часов, 612 из них на Boeing 747. Бортинженер — 61-летний Гедалья Софер (, ). Проработал в авиакомпании El Al 37 лет и 3 месяца (с 19 июня 1955 года). Управлял самолётом Boeing 707. В должности бортинженера Boeing 747 — с 25 ноября 1971 года. Налетал свыше 26 000 часов, свыше 15 000 из них на Boeing 747.

Кроме экипажа, на борту самолёта находилась 23-летняя пассажирка Анат Соломон (, ), девушка сотрудника службы безопасности авиакомпании El Al Ицика Леви (, ), который намеревался вылететь вслед за ней следующим рейсом той же авиакомпании El Al.

Хронология событий

Предшествующие обстоятельства 4 октября 1992 года Boeing 747-258F борт 4X-AXG совершал рейс LY 1862 из Нью-Йорка в Тель-Авив с промежуточной посадкой в Амстердаме, совершённой в 14:40. В 15:00 началась дозагрузка лайнера для полёта в Тель-Авив, которую осуществлял Джерри Плеттенберг (). Масса груза составляла 114,7 тонны, из которых около 6,5 тонн были помечены как «опасный груз» (в частности, в него входили 190 литров диметил-метилфосфоната). В ходе дозаправки в топливные баки были залиты 74 200 литров авиатоплива, что довело суммарную массу авиатоплива на борту самолёта до 72 тонн. После дозаправки и проведения проверки на безопасность экипаж, прибывший ещё более ранним рейсом авиакомпании El Al (Тель-Авив—Лондон—Амстердам) и имевший 20 часов отдыха перед следующим рейсом, приступил к предполётной проверке. Взлётная масса самолёта составляла 338,3 тонны при максимально разрешённой в 359,3 тонны. Погодные условия были оптимальными: в тот вечер было ясно и тепло, видимость достигала 15 километров, а турбулентности почти не было.

Вылет, отрыв двигателей

Вылет рейса LY 1862 был назначен на 17:30, но произошла задержка, из-за которой взлёт был отложен формально до 18:20. В 18:00 все 4 двигателя самолёта были запущены, в 18:04 командир запросил буксировку и в 18:14 начал руление. В 18:21 рейс LY 1862 вылетел из амстердамского аэропорта Схипхол с ; взлёт осуществлялся вторым пилотом в северном направлении. После взлёта самолёт повернул вправо и взял курс на юго-восток (курсы 124,87°; 121,2° и 118,4° последовательно), набирая высоту над жилыми кварталами Амстердама.

В 18:27:30, когда самолёт находился на высоте 1950 метров и пролетал над озером , раздался звук, похожий на взрыв. Приборы на панели бортинженера показали, что вышли из строя оба правых двигателя (№ 3 и № 4), однако в реальности оба двигателя оторвались от крыла, сильно повредив закрылки (предохранители в механизмах удерживания двигателей сломались из-за микроскопических трещин); двигатель № 3, оторвавшись от крыла, вылетел вперёд и затем ударился об двигатель № 4, заодно оторвав часть крыла длиной 10 метров. Громкий шум отрыва двигателей привлёк внимание рыбаков на озере, которые оповестили о двух объектах, упавших с неба; один из свидетелей по ошибке принял оба двигателя за парашютистов, ещё один свидетель сообщил о вспышке над правым крылом.

В 18:27:56 второй пилот передал авиадиспетчеру аэропорта Схипхол сигнал бедствия («Mayday») и сообщил, что необходимо срочно вернуться в аэропорт. КВС взял управление самолётом на себя, в то время как второй пилот стал вести переговоры с авиадиспетчером. Первоначально в 18:28:17 он сообщил о возгорании в двигателе № 3, но уже в 18:28:45 передал о выходе из строя обоих двигателей: El Al 1862, вышли из строя двигатели номер 3 и номер 4, вышли из строя двигатели номер 3 и номер 4 ().

Авиадиспетчеры не знали точной причины сигнала бедствия и спросили экипаж о необходимости возвращения в Схипхол, а после получения от экипажа утвердительного ответа дали ему команду взять курс 260° для возвращения в Схипхол, скорректировав его позже до 270°; впрочем, никто не знал об истинном состоянии дел: экипаж не мог разглядеть двигатели непосредственно из кабины. Для приземления в аэропорту Схипхол номинально использовалась ВПП № 06, но экипаж рейса 1862 запросил самую длинную из ВПП — № 27 в западном направлении, несмотря на то, что северо-восточный ветер, дувший со скоростью 38 км/ч, создал бы им помехи при аварийной посадке. Авиадиспетчеры тем временем вызвали в аэропорт пожарную бригаду.

Катастрофа

Рейс 1862 находился достаточно высоко над землёй, когда командир начал выполнять заход на посадку и сделал второй разворот, первоначально взяв курс 100° и позже, без корректировки авиадиспетчера, изменив его на 120°; на эти манипуляции экипажу понадобилось около 30 секунд. Чтобы экипаж не пропустил момент для посадки, авиадиспетчер дал им команду совершить ещё один разворот, взяв курс 290°, а ещё через 20 секунд дал команду взять курс 310° и снизиться до 457 метров. Но в 18:35:03 пилоты, поднимая нос самолёта и снижаясь на нужную высоту, сообщили о серьёзных проблемах с управлением — вся гидравлическая система вышла из строя, что вызвало резкий и неуправляемый крен самолёта вправо под углом 90° и переход в пикирование. Подъёмная сила на повреждённом правом крыле была слишком маленькой, и у пилотов не было шансов осуществить безопасную посадку самолёта. В 18:35:25 второй пилот передал авиадиспетчерам сообщение, ставшее последним с борта рейса LY 1862: Падаем, 1862, падаем, падаем, повторяю, падаем! (); при этом на заднем плане было слышно, как КВС на иврите приказывал второму пилоту и бортинженеру выпустить шасси и поднять закрылки.

С высоты 760 метров самолёт, находившийся в 13 километрах от аэропорта Схипхол, начал падать в направлении к 11-этажному жилому комплексу «Груневен» () над кварталом, располагавшегося в одном здании с жилым комплексом «Клейн-Крюйтберг» (); нос самолёта в момент падения находился под углом 70° по отношению к земле, а крен вправо достиг 90°. В 18:35:42 рейс LY 1862 врезался в крышу комплекса «Груневен» в точке его стыка с «Клейн-Крюйтбергом», разрушив 31 квартиру на 11 этажах, взорвался и полностью разрушился. Обломки самолёта были разбросаны по площади 400×600 метров, кабина пилотов упала около восточной стороны здания между комплексом и Амстердамского метрополитена, хвостовая часть в результате взрыва полностью разрушилась. Авиадиспетчеры из восточной части аэропорта безуспешно пытались связаться с самолётом в последние секунды полёта, однако с диспетчерской вышки они хорошо видели его падение. В 18:35:45 один из авиадиспетчеров, видевших взрыв, сказал: Всё кончено ().

Спасательная операция Пожарные команды и машины скорой помощи отправились в район в 1,5 километрах к западу от Веспа, но ещё раньше двое полицейских объявили тревогу, когда увидели пожар. Первые машины подъехали уже через несколько минут, больницы стали готовиться к принятию пострадавших и опознанию погибших. В «Груневене» проживало много выходцев из Суринама и Арубы, но масштаб катастрофы не мог позволить подсчитать точное число погибших и раненых, так как многие проживали там нелегально. С улицы Флирбосдреф сообщили о крупном пожаре, охватившем 11 этажей жилого комплекса шириной 120 метров и длиной с футбольное поле. В точке, куда врезался самолёт, не выжил почти никто, кроме тех, кто успел убежать из попавших под огонь квартир. Некоторые жители комплекса вынуждены были выпрыгивать из окон, чтобы спастись от пожара; те, кто не пострадал, но видел катастрофу, бросились на помощь в горящую часть дома, где выламывали двери и эвакуировали жителей, находившихся в опасности. Сотни людей остались без крыши над головой и городские автобусы вынуждены были доставлять выживших в специальные убежища и приюты. Пожарным и полицейским пришлось бороться также против мародёров.

На следующий день место катастрофы посетили королева Нидерландов Беатрикс и премьер-министр Нидерландов Рууд Любберс, который заявил о том, что катастрофа потрясла всю страну. Останки погибших и следы разрушения потом были вывезены с места падения самолёта: в частности, на месте катастрофы находились обломки кабины пилотов, части крыльев и оба левых двигателя (№ 1 и № 2), которые на момент катастрофы были исправными. Оторвавшиеся правые двигатели (№ 3 и № 4) были найдены спустя некоторое время в озере Гоймер вместе с участком правого крыла и отправлены следователям для дальнейшего изучения. На месте катастрофы был найден также параметрический самописец, однако из-за серьёзных повреждений его пришлось отправить на экспертизу и восстановление в штаб-квартиру американского Национального совета по безопасности на транспорте (NTSB), сотрудникам которого удалось расшифровать его данные. Речевой самописец так и не был найден, несмотря на заверения авиакомпании El Al, что он был установлен на борту самолёта; по мнению следователей, самописец мог быть украден.

Погибшие и раненые По официальным данным, в катастрофе рейса LY 1862 погибли 43 человека — 4 на борту самолёта (все 3 пилота и 1 пассажирка) и 39 на земле; ещё 26 человек на земле получили травмы и ожоги разной степени тяжести (11 из них были доставлены в госпиталь в критическом состоянии). Полиция же изначально предполагала, что число жертв составило более 200 человек, а мэр Амстердама говорил о более чем 240 пропавших без вести. Среди общественности ходили слухи, что число погибших было занижено, поскольку в жилом комплексе «Груневен» проживало много нелегальных мигрантов из Ганы и Суринама. Ганская община заявила, что в тот день погибли многие мигранты, которые не имели официальных документов и не значились в числе жителей комплекса, однако расследование установило, что многие зарегистрированные мигранты из Ганы и Суринама де-факто не проживали в «Груневене», и следствие опровергло заявления о нескольких сотнях жертв.

Проблемы со здоровьем у выживших