«Ули́тка на скло́не» (аббревиатура УНС) — научно-фантастическая повесть братьев Стругацких, которую они сами считали «самым совершенным и самым значительным своим произведением». Борис Стругацкий определял жанр произведения как притчу. Название отсылает к эпиграфу — хокку Кобаяси Исса, и символизирует «неторопливость прогресса и человеческое упорство в достижении цели».
Первоначальный вариант повести, выстраиваемой по принципу чередования двух сюжетных линий (Леса и Управления), создавался авторами в марте 1965 года в доме творчества; с этого же времени Стругацкие вели рабочий дневник. Данный вариант получил название «Беспокойство», и увидел свет в 1990 году. После глубокой переработки во второй половине 1965 года оформился текст «Улитки на склоне», который не удалось опубликовать целиком. «Лесные» главы напечатали в 1966 году в сборнике «Эллинский секрет», сразу же вызвав интерес рецензентов. Главы об «Управлении» удалось опубликовать в журнале «Байкал» (Улан-Удэ) в начале 1968 года, что совпало с проработочной кампанией в прессе, явившейся следствием общей политики литературных властей СССР на сворачивание направления философской фантастики. Неавторизованное издание увидело свет в 1972 году в эмигрантском издательстве «Посев», а в СССР повесть целиком вышла только в 1988 году в журнале «Смена». Книжное издание последовало в сборнике «Волны гасят ветер» (1989) и в дальнейшем «Улитка на склоне» входила во все собрания сочинений Стругацких и во многие сборники их произведений.
«Улитка на склоне» построена по принципу «роман в романе». Действие происходит параллельно в двух соприкасающихся пространствах — в Лесу и в Управлении по делам Леса. Каждое из этих пространств служит фоном действий главных героев. Сотрудник Управления интеллектуал Перец борется с жестокой и неприступной бюрократией, в то время как Кандид стремится выжить в первобытном Лесу, отыскать его хозяев и постичь его тайны. Авторы демонстрируют два пути поиска смысложизненных ориентиров, которые скрывают в себе глубокие экзистенциальные идеи о назначении человека и смысле будущего. Изначально повесть воспринималась как жёсткая социальная сатира, доходящая до гротеска. Исследователи рассматривали множественность смыслов текста, куда входили рассуждения о будущем и перспективах создания биологической цивилизации, кардинально реконструирующей природу человека и противостоящей технической культуре. Практически все обозреватели подчёркивали художественную и философскую цельность «Улитки…», которая означала новый этап писательского поиска — Стругацкие разочаровывались в возможности немедленного построения коммунизма и приступили к пересмотру основ лево-коммунистической утопии. Авторы предвосхитили некоторые литературные стратегии постмодернизма: в «Улитке на склоне» впервые был введён приём полиреальности, допущения равноправного существования в одном тексте множества реальностей, которые не конкурируют, а дополняют друг друга.
Сюжет «Улитка на склоне» — первое произведение Стругацких, построенное на основе приёма «роман в романе», когда чередуются главы, представляющие разные сюжетные линии. Первая линия описывает Управление по делам Леса, расположенное в некоем неопределённом месте в неопределённое время. Главный его герой — Перец, этой фамилией помечены главы 1, 3, 5, 6, 9 и 10. Действие второй линии развёртывается в фантастическом Лесу, куда попал из Управления и потерял память исследователь Кандид. Главы, помеченные его именем, — 2, 4, 7, 8 и 11.
Главы об Управлении по делам Леса
Перец — учёный-лингвист средних лет, специалист по женской прозе периода Хэйан. Оказавшись в Управлении, расположенном на невероятной высоты утёсе над Лесом, он полюбил по утрам бросать камешки под край обрыва. Он ощущает собственную ненужность и ожидает появления Директора, который, по слухам, делает здесь утреннюю зарядку. У Переца истекает срок визы и ему нужно возвращаться обратно. Вместо директора является Клавдий-Октавиан Домарощинер из группы Искоренения Леса, который выспрашивает Переца о его странном поведении и фиксирует ответы в блокноте. После совместного завтрака с Домарощинером и шофёром Тузиком Перецу приходится, как обычно, идти работать в группу Научной охраны, где все ведут странные разговоры и отговаривают его уезжать. Среди ночи его изгоняют из номера в общежитии — закончилось действие визы, и Перец с трудом нашёл приют в библиотеке Управления, где его застало важное событие — обращение Директора к сотрудникам по внутренней связи. Все сотрудники слушали речь через телефонные трубки, но Перец не мог отыскать свою и случайно подслушал чужой разговор. Смысл этой речи непостижим для непосвящённых, более того, из разговора с Кимом становится ясно, что никто даже не знает, как выглядит Директор. Перец настаивает на приёме у главы Управления, и его ставят в очередь в Приёмной, где сидят двадцать очень странных персонажей, наподобие профессора Какаду или Беатрисы Вах. Вместо директора Перец попал к референту по кадрам мосье Ахти, который также ведёт странные разговоры, а далее в резкой форме пускает его по инстанциям. В итоге Перец оказался в грузовике с сотрудниками группы Научной охраны, направляясь на лесную биостанцию для получения жалованья. По пути все наблюдали за странными существами — «щенками», которые двигались колонной через лес. Часть щенков отделилась от основной группы и направилась к треугольному озеру, где все они утопились. Это озеро не отмечено на карте: вместо него указана деревня аборигенов. Шофёр Тузик — обаятельный бабник — заявил, что видел на берегу озера купающуюся русалку. Далее Перец оказался вовлечён в серию сюрреалистических событий, связанных с поимкой взбесившейся машины. Его спасает шофёр Вольдемар, направленный из Управления.
Проснувшись в кузове грузовика, Перец стал свидетелем сюрреалистического карнавала на болоте у застрявшего броневика, а затем ужасался диалогам машин в гараже, которые обсуждали своё отношение к людям и природу связи между ними и человечеством. Перец перепугался настолько, что убежал без ботинок, а затем его затянуло в спортивный марафон, на котором он занял второе место. Вконец деморализованного Переца приютила библиотекарь Алевтина, которая позаботилась о нём. Проведя с нею ночь, Перец обнаружил, что этого достаточно, чтобы сделаться Директором Управления. Стоя над обрывом, он наблюдал облака, закрывающие Лес, и обдумывал планы реформирования Управления. Вернувшись в кабинет директора, он обнаружил в ящике странные предметы: хоккейную клюшку, протез ноги, вермахтовский погон и другие необычные вещи. В сейфе от прежнего Директора осталось оружие и пустые папки. Алевтина принесла ему «Проект директивы „О привнесении порядка“»: <…> § 2. Однако наряду с достигнутыми достижениями вредоносное действие Второго закона термодинамики, а также закона больших чисел все ещё продолжает иметь место, несколько снижая общие высокие показатели. Нашей ближайшей задачей становится теперь упразднение случайностей, производящих хаос, нарушающих единый ритм и вызывающих снижение темпов. § 3. В связи с вышеизложенным предлагается в дальнейшем рассматривать проявления всякого рода случайностей незакономерными и противоречащими идеалу организованности, а прикосновенность к случайностям (пробабилитность) — как преступное деяние, либо, если прикосновенность к случайности (пробабилитность) не влечет за собой тяжких последствий, как серьёзнейшее нарушение служебной и производственной дисциплины.<…>
Перец отказывается подписывать бредовый документ, нарвавшись на отповедь Алевтины о смысле административной деятельности (которую она, впрочем, тоже не понимает): «Ни единого дня без директивы, и всё будет в порядке. Вот эта Директива о привнесении порядка — она же не на пустом месте, она же увязана с предыдущей Директивой о неубывании, а та увязана с Приказом о небеременности, а этот Приказ логически вытекает из Предписания о чрезмерной возмутимости, а оно…» Разозлившись, Перец диктует приказ о самоискоренении Группы по искоренению Леса: «Пусть все побросаются с обрыва… или постреляются… Сегодня же! Ответственный — Домарощинер…» Это вызывает полное одобрение Алевтины: «…Не нравится тебе директива — не надо. Но дай другую. Вот ты дал, и у меня больше нет к тебе никаких претензий…» Появившийся из ниоткуда Домарощинер уверяет, что деятельность Переца войдёт в историю, а новоявленный Директор пятится от него, «как от гигантской сколопендры».
Главы о Лесе
Кандид каждое утро просыпался с одной и той же мыслью: об уходе «послезавтра». Неопределённое время тому назад его вертолёт разбился над Лесом, но потерявшего память исследователя подобрали жители безымянной деревни, вы́ходили, дали ему дом и жену — не в меру говорливую молоденькую Наву. Кандида чаще именуют Молчуном, так как он долго не мог освоить местного языка. Селяне даже пустили слух, что ему кто-то отрезал голову и приделал чужую. Ребятишки на улице дразнят его «Молчаком-мертвяком». Деревенские жители очень медленно соображают, нудно рассуждают об одном и том же, но при этом обладают развитой биологической технологией: все предметы обихода, включая хижины, одежду и посуду, ими выращиваются на грядках. Есть и Слухач — «живой радиоприёмник», время от времени передающий сообщения о никому не понятном «Одержании» и грандиозных битвах во имя «Спокойствия и слияния». По разным домам бродит старец, который невероятно прожорлив, питается у всех подряд и при этом всех поучает: «Что можно — это ещё неизвестно, а уж что нельзя — то нельзя». Кандид, утомившись болтовнёй, ищет односельчан Кулака и Хвоста, пытаясь убедить их пойти в Город — некое важное для аборигенов место, откуда он рассчитывает узнать о пути в Управление. Староста созывает всех на деревенский сход, во время которого обсуждалась женитьба Болтуна, но разговор перешёл на споры о войне, Одержании, Разрыхлении Почвы и Заболачивании. Собрание было прервано появлением «мертвяков» — горячих на ощупь странных существ, которые забирают женщин; их необходимо отгонять, что очень нелегко. Далее Кандид спонтанно отправился на Выселки, расположенные в десяти километрах от деревни; вскоре его нагнала Нава, не желавшая оставаться в одиночестве. Далее на супругов напали воры — группа семи мужиков, которые, как и мертвяки, угоняют женщин. Кандид и Нава убежали через болото, прыгая по корягам, и потеряли тропку в родную деревню.
После тяжёлого пути, наевшись земли со вкусом сыра, Кандид и Нава вышли к странной деревне в треугольной котловине. Странность заключалась в то, что в деревне было удивительно тихо, вообще отсутствовали женщины и дети, а в каждом доме спали одни только мужчины без лиц, «с влажной холодной кожей». Сильно устав, Кандид и Нава остановились в пустующей хижине. Далее среди ночи Кандид, проснувшись, осознал, что вся деревня залита лиловым туманом, а в дверном проёме увидел силуэт его старого знакомого Карла. Пойдя за ним, Кандид добрался до плоского строения, где собралось множество людей и доносились страшные крики. Карл жестом посоветовал Кандиду бежать, и он, подхватив бесчувственную Наву, побежал прочь. Наутро в руке Навы необъяснимым образом очутился скальпель («Он, наверное, сам залез ко мне в руку, пока я спала. Видишь, какой он холодный? Он, наверное, захотел согреться и залез ко мне в руку»). Вернувшись на место деревни, они обнаружили, что треугольная котловина залита водой, а бывшую деревню утянуло под воду. Нава спокойным голосом сообщает, что здесь произошло «Одержание». Продолжая путь по тропе, они встретили странных существ, похожих на белых слизней-амёб, которые шли топиться в озеро. В этом озере в тумане плавали тела множества женщин. Нава предположила, что это жертвы мертвяков, сваренные в горячем источнике.