Кашу́бский язы́к (устар. поморский язык, поморско-кашубский язык, кашубско-поморский язык, кашубско-словинский язык, кашебский язык; самоназвания: kaszëbsczi jãzëk, kaszëbskô mòwa, kaszёbizna) — западнославянский язык лехитской подгруппы, распространённый в исторической области Кашубия на территории Поморского воеводства, язык кашубов. В настоящее время кашубский язык в его диалектной форме используют как средство общения в быту по разным оценкам от 50 до 500 тысяч человек в Польше, США, Канаде и некоторых других странах, в ходе переписи 2011 года в Польше кашубский язык назвали родным 106 тысяч человек. В «Атласе языков мира, находящихся под угрозой исчезновения» ЮНЕСКО кашубский отнесён к исчезающим языкам.
С 2005 года кашубский имеет в Польше статус регионального языка на территории Поморского воеводства.
Кашубский язык восходит к исторически самостоятельным диалектам поморских славян (в синхронном плане может рассматриваться как диалект польского языка), он относится к западному ареалу лехитской подгруппы западнославянской группы славянской ветви индоевропейской языковой семьи, по ряду древних языковых явлений отличается от восточнолехитского польского языка и сближается с остальными поморскими диалектами (включая исчезнувшие в XX веке словинский и кабатский) и с вымершим в XVIII веке полабским языком.
Кашубский язык в рамках лехитской подгруппы характеризуется такими отличительными особенностями в области фонетики, как развитие носовых гласных ǫ̆ > ã, ǭ > õ (на письме — ą) и переход ę > įИсключение составляет позиция перед твёрдыми зубными согласными, в которой произошёл переход ę > ǫ. с последующей деназализацией; изменение древних кратких гласных ŭ, ў, ĭ в шва (обозначаемый на письме как ё); изменение древних долгих гласных ō, ē, ā в ó, é, ô; переход согласных k’ > č’, g’ > ǯ’; отвердение мягких согласных s’, z’ и переход мягких согласных t’, d’ в твёрдые аффрикаты с, ʒ (кашубение); наличие в разных диалектах как разноместного (в том числе и подвижного), так и фиксированного (инициального и парокситонического) типов ударения. К морфологическим особенностям кашубского языка относят сохранение старых морфем двойственного числа в системе имён и местоимений; сохранение флексии творительного падежа множественного числа существительных -ama / -ami и прилагательных -ima / -imi; распространение флексии -ów в родительном падеже множественного числа существительных всех родов; адъективное склонение существительных среднего рода типа żёcé «жизнь» (форма родительного падежа — żёcégò); утрата различий по роду у предикативных кратких форм прилагательных; сохранение флексии глагола 1-го и 2-го лица множественного числа настоящего времени и повелительного наклонения -mа / -mё, -ta / -ce; архаичная парадигма глагола bёс «быть» и глаголов типа zamiôtaję, zamiôtôsz «подметаю, подметаешь»; архаичные формы императива типа niesё «неси»; наличие трёх способов образования форм глаголов прошедшего времени и т. д. В области лексики отмечается наличие большого числа германизмов.
Современный ареал кашубского языка включает севернокашубский, среднекашубский и южнокашубский диалекты, в последнем выделяются юго-западные и юго-восточные говоры.
Литературный стандарт кашубского языка до сих пор находится в стадии формирования, поэтому нет ясности относительно его норм и диалектной основы. В развитии идеи литературного кашубского языка выделяется три периода: предвозрожденческий (начало XV — первая половина XIX века), возрожденческий (40—50-е годы XIX века) и связанный с возрожденческим поздний период (XX век). Письменность на основе латинского письма. Самый древний памятник письменности на польском языке с кашубскими особенностями — так называемые Dutki brzeskie 1402 года, первые письменные документы и литература на собственно кашубском появляются только в XIX веке.
О названии Кашубы, как часть вендского населения Померании, отличающегося от остальных вендов не только местом расселения, но и особенностями языка, упоминаются в хронике Томаша Кантцова, датируемой приблизительно 1536 годом. Первые достоверные сведения о языке славянского населения Гданьского Поморья появляются в переводах религиозной литературы XVI—XVII веков, сделанных пастором из Бытува и пастором из Смолдзино , — в них название языка звучит как «славенский» (slawięsky) либо «словенский» (słowięski). На рубеже XVIII—XIX веков и в течение всего XIX века язык поморских славян известен уже как «язык кашубов», «язык словинцев и кашубов», «кашубский язык». В научной литературе упоминалось также такое название, как «кашубско-словинский язык», — этот вариант лингвонима употреблялся в названии первого кашубского журнала «Защита кашубско-словинского языка» (кашубск. Skôrb kaszébsko-slovjnskjè mòvé), который выпускал в 1866—1868 годах Флориан Цейнова. В ранних работах Ф. Цейнова применял к кашубскому языку термин «поморско-славянский диалект» или «поморско-славянское наречие» (). Кроме того, в России в XIX веке было распространено теперь уже устаревшее название «кашебский язык».
Помимо названия «кашубский язык», с конца XIX века до 1920—1930 годов XX века получили распространение такие варианты лингвонима языка кашубов, как «поморский язык», «поморско-кашубский язык», «кашубско-поморский язык» (польск. język pomorski, pomorszczyzna, język pomorsko-kaszubski, język kaszubsko-pomorski). Название «поморский язык» встречается, например, в работах того времени у Стефана Рамулта (Słownik języka pomorskiego czyli kaszubskiego 1893 года), у Фридриха Лоренца (Zarys ogólnej pisowni i składni pomorsko-kaszubskiej 1911 года, Geschichte der Pomoranischen (Kaschubischen) Sprache 1925 года, Gramatyka Pomorska 1927—1937 годов) и у других авторов, Стефан Рамулт называл термины «кашубский» и «поморский» синонимами. Варианты лингвонима, включающие слово «поморский», хотя и отражают преемственность языка кашубов с языком племени поморян, связывая его с названием древнего государства поморян в прошлом (Pomorania, Pomerania) и названием края Поморье в настоящем (польск. Pomorze, кашубск. Pòmòrskô, ), являются в некоторой степени искусственными. Самоназванием языка кашубов всегда оставался лингвоним «кашубский язык», а название «поморский язык» никогда кашубами не употреблялось.
В настоящее время для языка кашубов используется практически лишь одно название — «кашубский язык» (кашубск. kaszëbsczi jãzëk, kaszёbizna, kaszëbskô mòwa, польск. kaszubszczyzna, język kaszubski, , нем. Kaßubisch / Kassubisch, ), происходящее от самоназвания носителей языка — кашубы (кашубск. Kaszёbi, польск. Kaszubi). В работах польских исследователей кашубского языка нередко встречается название «кашубский диалект» (польск. dialekt kaszubski) или «кашубский этнолект» (польск. etnolekt kaszubski), подчёркивающее взгляд на статус данного идиома.
Название Кашубия (кашубск. Kaszëbë, реже неологизм Kaszëbskô; польск. Kaszuby) впервые появляется в булле папы Григория IX от 12 марта 1238 года. выводил это название из исчезнувшего слова kaszuby «неглубокая вода, поросшая высокой травой». Александр Брюкнер предложил иную этимологию: от названия одежды szuby с редкой приставкой ka-. Сходная этимология, связывающая происхождение слов Кашубия и кашубы с названием одежды, известна с давнего времени, её высказывали историк Ян Длугош в XV веке и проповедник Кшиштоф Целестин Мронговиуш в XIX веке.
Лингвогеография
Ареал и численность
Основной ареал кашубского языка — историческая область Кашубия на севере Польши — часть Гданьского Поморья (северные и центральные районы Поморского воеводства к западу от Гданьска). Северную границу данного региона образует побережье Балтийского моря от устья реки Пясницы на западе до Хельской косы на востоке (включая территорию косы без города Хели и его окрестностей), на востоке граница проходит с севера на юг по побережью Гданьского залива до города Гданьска (в устье Вислы), затем от Гданьска в юго-западном направлении до города Черска. На юге граница Кашубии проходит в верховьях реки Брды по линии Черск — Сворнигаце, западная граница продвигается в северо-восточном направлении от села Липницы на юге до устья Пясницы на севере, частично включая окрестности Лемборка и Бытува. Небольшое число носителей кашубского отмечается среди потомков кашубских иммигрантов в Канаде, США, Германии и других странах.
Современная территория Кашубии занимает восточную часть Поморья (в прошлом Поморье было полностью заселено славянами, в XII—XIII веках их ареал достигал на западе реки Парсенты и города Колобжега). С момента завоевания Поморья немцами в течение нескольких сотен лет область распространения поморских диалектов и численность их носителей постоянно сокращались, к началу XX века единственными оставшимися представителями поморян были кашубы, они составляли большинство только на Гданьском Поморье. На части своей этнической территории, в основном в небольших анклавах среди сплошного ареала с немецкоязычным населением (в Слупском, Бытувском, Лемборкском, Члухувском и Мястецком повятах в Западной Пруссии), кашубы остались как меньшинство; на части — полностью подверглись германизации. Так, например, кашубы (включая словинцев и кабатков), жившие ещё в XIX веке в приморском поясе от озёр Лебско и Гардно до Жарновецкого озера, были онемечены полностью к середине XX века. Лишь только после Второй мировой войны территория расселения кашубов стала расширяться на запад (в Слупский, Бытувский и другие повяты) и на восток (на территорию бывшего Вольного города Гданьска) .
В настоящее время носители кашубского языка живут преимущественно в сельской местности, они населяют полностью или частично несколько повятов Поморского воеводства (по современному административно-территориальному делению Польши): Пуцкий (гмины которого расположены на берегу Балтийского моря), Вейхеровский, Картузский, Косцежский, часть Бытувского, Хойницкого, Гданьского и Лемборкского. Наиболее важными историко-культурными центрами кашубов являются Гданьск, Картузы, Вейхерово и Косцежина.
По данным на начало XX века, опубликованным Ф. Лоренцем, общая численность кашубов в Поморье составляла 146,4 тыс. человек. По оценке , к 1980 году численность говорящих на кашубском языке составляла около 150 тысяч человек. По данным социологического исследования, проведённого Мареком Лятошеком (Marek Latoszek) во второй половине 1980-х годов, в Гданьском Поморье насчитывалось 332 тысячи кашубов и около 184 тысяч так называемых «полукашубов» (к ним относились те представители кашубского общества, которые не говорили по-кашубски, но относили себя к кашубам или знали о своём кашубском происхождении, или являлись потомками смешанных польско-кашубских браков) — таким образом, общая численность кашубов определялась в 0,5 млн человек, из которых около 300 000 человек говорили на кашубском языке . Похожие данные приводил в своих исследованиях 1997—2004 годов Ян Мордавский (Jan Mordawski), по его подсчётам, численность кашубов на Гданьском Поморье составила 390 509 человек, а «полукашубов» — 176 228При подсчётах численности кашубов Ян Мордавский использовал иную методологию, нежели Марек Лятошек, и исследовал те территории, которые не рассматривались Лятошеком, кроме того, исследования Мордавского проводились в то время, когда отмечалось усиление кашубского самосознания. .