Нике́о-Царегра́дский Си́мвол ве́ры, также Константино́польский Си́мвол ве́ры (, ), Нике́о-Константино́польский Си́мвол ве́ры, («Верую»), «Ве́ра 150 отцо́в» — строгая догматическая формула вероисповедания, по преданию, утверждённая на Втором Вселенском соборе в 381 году как полное раскрытие учения о Троице, в основу которого легли терминология и труды великих каппадокийцев и Никейский Символ веры; используется в богослужении большинства исторических церквей.
Исторический контекст составления
Церковь формулировала своё учение в символах веры в условиях борьбы с ересями, наиболее опасную из которых в IV веке представляло собой антитринитарное течение арианства. Христианская доктрина в изложении отцов Никейского собора (325) Фессалоникийским эдиктом (380) императора Феодосия I была объявлена официальной религией в Римской империи; эдикт предписывал следовать «той религии, которая была дана римлянам апостолом Петром <…>, то есть чтобы мы веровали согласно апостольскому и евангельскому учению во единое Божество Отца и Сына и Духа Святого в равном величестве и во Святой Троице».
Основу Никео-Цареградского Символа веры составляет Никейский Символ веры, cимвол Никейского собора, впоследствии переставший употребляться. Во второй половине V века Никео-Цареградский Символ распространился повсеместно и вытеснил из богослужебной практики Церкви как Никейский, так и более древние символыПротоиерей Олег Давыденков. Догматическое богословие. Символы веры и исповедания веры. Никейский символ — вероучительный текст, состоявший из положительных утверждений и анафематизмов, на Втором Вселенском соборе был переработан в крещальный символ, в котором нет места анафематизмам. В новом символе устранены слова Никейского Символа «и во единого Господа Иисуса Христа… чрез Которого всё произошло как на небе, так и на земле», тем самым отцы собора исключили возможность понимания слов «как на небе, так и на земле» в значении указания на Логоса как на Демиурга, Творца, восполняющего дело Бога Отца, Который создал лишь основные элементы мира — видимое и невидимое. В новом Символе Отец — Творец в полном смысле («неба и земли, всего видимого и невидимого»), Сын же соучаствует во всём деле творения («чрез Которого всё произошло»).
Выражение прежнего символа «из сущности Отца» было удалено, так как оно могло пониматься неправильно или в субординационистско-эманационном смысле, когда Отец оказывался выше других Божественных Лиц, или в духе савеллианства, в котором вообще отсутствовали Лица, реально отличные от Отца. Каппадокийцы, исходя из того, что божественной сущностью равно обладают все три Лица, не употребляли это выражение.
Никейские отцы не включили в Символ слова «прежде всех веков», боясь навести на мысль о том, что бытие Сына имеет начало во времени. Появление лжеучения Маркелла, согласно которому Сын, всё приведя к Отцу, вновь неразличимо сольётся с Ним, привело к необходимости включить в Символ указанные слова. Антимаркеллианское значение имеют и слова Символа «Царствию Которого не будет конца». Особой заботой для отцов собора было опровержение Аполлинария, Епиcкопа Лаодикийского, который учил о неполноте человечества во Христе — Сын Божий воспринял человеческие тело и «душу неразумную», а высшее духовное начало человека, дух (ум, «душа разумная»), в Нём отсутствовало, будучи заменено Богом Словом. Ответ на аполлинарианство был дан ещё в Никейском Символе, где говорится не только о «воплощении», но и о «вочеловечении» Сына Божия, что указывает на совершенство, полноту человечества в Нём. Полнота вочеловечения акцентируется многими добавлениями в новый символ веры, «от Духа Святого и от Марии Девы», «распятого за нас», «погребенного», происходящее в короткий исторический момент, «при Понтии Пилате», совершается «по Писаниям», во исполнение Божиих обетований роду человеческому. Сын Божий вочеловечившийся «сидит одесную Отца» и должен прийти «вновь, со славою», чтобы судить живых и мёртвых.
Новая часть Символа начинается после слов «и в Духа Святого». Мысль о необходимости восполнить Никейский Символ высказывалась отцами-каппадокийцами. Святитель Василий Великий в конце жизни высказался за включение в Символ «славословия» Святому Духу. Святитель Григорий Богослов, один из главных участников II Вселенского Собора, свидетельствовал о том, что отцы собора были верны Никейскому символу, но «детализировали недостаточно сказанное» в нём о Святом Духе. Эти два святых отца в основном и подготовили в десятилетие, предшествовавшее II Вселенскому Собору, прибавления к Никейскому Символу. Святитель Василий обосновывал «споклоняемость» Святого Духа Отцу и Сыну и Его «господственность». Святитель Григорий называл Святого Духа Господом. Одна из главных целей собора — утверждение веры в Святого Духа, равночестного по божеству Отцу и Сыну. Священное Писание именует Духа животворящим (), но то же говорится об Отце и Сыне (). На соборе была группа епископов, которая принимала никейскую веру, то есть единосущие Сына с Отцом, но о Святом Духе сказать это не решались. Поэтому, Святой Дух в Символе не назван ни «Единосущным», ни «Богом»Профессор Карташёв А. В. Вселенские Соборы. Никео-Цареградский символ. По другому мнению, не назвав прямо Святого Духа Богом и единосущным Отцу и Сыну, собор выразил это исповедание другими средствами, утверждая исхождение от Отца Святого Духа, настаивая на том, что Святой Дух поклоняем и прославляем наряду с Отцом и Сыном, что на богословском языке той эпохи вполне определённо означало равенство трёх Божественных Лиц.
Далее следует перечисление четырёх свойств Церкви: единая (единственная), святая, соборная (кафолическая) и апостольская. Исповедание «единого» крещения отражает споры о крещении за пределами Церкви.
Происхождение В предании Церкви происхождение Никео-Цареградского Символа веры связывается со Вторым Вселенским собором. Обстоятельства его создания не вполне ясны. Исторические свидетельства о том, что на этом соборе был официально утверждён новый Символ веры, отсутствуют. Однако в актах Четвертого Вселенского собора (451 год) этот Символ назван верою 150 отцов Константинопольского собора 381 года и признан непогрешимой формулой веры (догматом). По мнению профессора Карташёва, этот символ получил название Никео-Цареградского в VI веке, хотя на его составление Второй Вселенский собор не был уполномочен, также ни этим собором и никем из его участников и современников этот символ Второму Вселенскому собору не приписывался. По его мнению, символ уже употреблялся и до Второго Вселенского собора и дебатировался среди его участников при переговорах с македонианами. Также Третий Вселенский собор (431) знает только Никейский Символ веры и не упоминает о Символе 381 года.
Основанием для Никео-Константинопольского Символа послужили древние крещальные символы. Этот Символ обнаруживает большое сходство, например, с крещальным символом Иерусалимской церкви, которым пользовался в своих катехизических поучениях святитель Кирилл Иерусалимский.
Некоторые учёные рассматривают Никео-Цареградский Символ веры как одну из редакций Никейского Символа веры, действительно принятую на соборе 381 года и отражающую компромисс между православными и умеренными македонианами. Другие считают его либо расширенной в разделе о Святом Духе редакцией Никейского Символа веры, принятой на Римском соборе 377 года и представленной затем на Антиохийском соборе 379 года, либо результатом компромисса между Римской и восточными церквями, достигнутого на Антиохийском соборе 379 года на основе исповедания, составленного из Римского, Иерусалимского и собственно Никейского Символа веры. Некоторые полагают, что Никео-Константинопольский символ веры был тем исповеданием веры, которое представил перед своим крещением в 381 году святитель Нектарий, будущий патриарх Константинопольский.
Немецкий церковный историк в своём фундаментальном исследовании 2021 года рассматривал происхождение Никео-Цареградского Символа веры таким образом. Никейский Символ веры был отредактирован по повелению папы Дамаса I на Римском соборе 377 года. Затем этот вариант был скорректирован и одобрен на Антиохийском соборе 379 года во главе со святителем Мелетием Антиохийским. Поскольку Рим отказывался признавать святителя Мелетия законным епископом, поддерживая его противника Павлина, а сам святитель Мелетий скончался в ходе Второго Вселенского собора, принятое на этом соборе новое исповедание веры (с элементами Иерусалимского Символа веры) не признавалось Римом и Александрией, считавшими его «мелетианским», но использовалось в Константинополе в качестве крещального Символа веры. Попытка вернуться к оригинальному тексту Никейского Символа веры на Третьем Вселенском соборе не удалась. Поэтому Символ веры 150 отцов, признанный Четвёртым Вселенским собором в качестве Никео-Цареградского, стал компромиссом между сторонниками чистого Никейского Символа веры и Символа веры, принятого в Константинополе в 381 году.
Согласно протоиерею Валентину Асмусу, «в настоящее время (2005 год) принадлежность Символа Второму Вселенскому собору не оспаривается».
Содержание Включает 12 членов. Утверждает веру: в Бога-Отца, Вседержителя и Творца (1-й член); в Иисуса Христа — единосущного Бога-Сына, предвечно рождаемого от Бога-Отца (2-й член), который воплотился от Девы Марии и Святого Духа (3-й член), умер за людей на кресте при Понтии Пилате (4-й член) и воскрес в третий день (5-й член), вознёсся на небеса и имеет славу, равную славе Бога-Отца (6-й член), который придёт второй раз, чтобы судить живых и мёртвых, и воцарится вовеки (7-й член); в дающего жизнь Святого Духа, говорившего через пророков (8-й член); в единую (одну) Святую Соборную (Кафолическую) и Апостольскую Церковь (9-й член); в очищающее от грехов крещение, совершаемое лишь единожды (10-й член); во всеобщее воскресение мёртвых (11-й член) и новую вечную жизнь (12-й член).
Текст Греческий текстЦерковнославянский переводТранслитерацияРусский переводСимвол веры. 1. Верую в одного и единственного Бога Отца, Вседержителя, Творца Неба и земли, всего видимого и невидимого. 2. И во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, прежде всех веков рождённого от Отца; Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рождённого, несотворённого, одного существа с Отцом, через Которого всё сотворено. 3. Ради нас, людей, и ради нашего спасения сошедшего с Небес, и воплотившегося от Духа Святого и Марии Девы, и вочеловечившегося. 4. Распятого же за нас при Понтии Пилате, и страдавшего, и погребённого. 5. И воскресшего в третий день, согласно Писанию. 6. И восшедшего на Небеса, и сидящего по правую сторону от Отца. 7. И вновь имеющего прийти со славою судить живых и мёртвых, царству Которого не будет конца. 8. И в Духа Святого, Господа, подающего жизнь, исходящего от Отца, поклонение и слава Которому воздаётся наравне вместе с Отцом и Сыном, говорившего через пророков. 9. Во Единую, Святую, Соборную (Вселенскую) и Апостольскую Церковь. 10. Исповедую одно Крещение во оставление грехов. 11. Ожидаю воскресения мёртвых. 12. И жизнь будущего века. Аминь. Данная редакция перевода на церковнославянский язык, — результат, в основном, стилистической правки иеромонаха Епифания (Славинецкого), была принята Московским собором 1654 года в ходе реформы патриарха Никона и остаётся общеупотребительной в богослужебной практике РПЦ. Правка перевода сделала следующие уточнения и изменения текста: из второго члена убран бывший ранее союз-противопоставление «а» в словах о вере в Сына Божия: фраза «рожде́на, а не сотворе́на» заменена на «рожде́на, несотворе́на»; в третьем члене фраза «воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та, и Мари́и Де́вы вочелове́чьшася» заменена на «воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы, и вочелове́чшася»; в седьмом члене формулировка «Его́же Ца́рствию не́сть конца́» была заменена на «Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́»; в восьмом члене было исключено слово «истинна́го» из фразы «и в Ду́ха Свя́таго, Го́спода и́стиннаго и животворя́щаго, и́же от Отца́ исходя́щаго»;