Легенда об ударе ножом в спину () или миф об ударе ножом в спину — теория заговора, объяснявшая поражение Германской империи в Первой мировой войне обстоятельствами не военного, а внутриполитического характера. Согласно этой легенде, германская армия вышла непобеждённой с полей сражений Мировой войны, но получила «удар в спину» от оппозиционных «безродных» штатских на родине. Антисемиты при этом увязывали «внутренних» и «внешних» врагов империи с еврейским заговором.
Легенда зародилась в националистических и консервативных кругах Германии, поддерживалась и распространялась высшим военным командованием. Она перекладывала вину за поражение в войне с германской армии на оппозиционные силы (социал-демократы, коммунисты, евреи). В военные годы они, согласно мифу, критиковали правительство и армию, осуждали войну, солидаризировались с забастовочным движением и, по их мнению, не демонстрировали патриотизм. Легенда об ударе ножом в спину использовалась идеологами Немецкой национальной народной партии, Народного движения и другими правыми экстремистскими организациями в пропаганде против Ноябрьской революции, Версальского договора, левых партий, первых правительственных коалиций Веймарской республики и Веймарской конституции. Сторонники мифа называли правительство, подписавшее перемирие 11 ноября 1918 года, «ноябрьскими преступниками» (Novemberverbrecher).
Легенда об ударе ножом в спину вошла в историю Новейшего времени как пример сознательно сконструированной фальсификации истории и идеологии оправдания действий военной и национально-консервативной элиты кайзеровской Германии. Она стала благодатной почвой для расцвета национал-социалистической идеологии.
Когда в 1933 году нацисты пришли к власти, они сделали теорию заговора неотъемлемой частью официальной истории 1920-х годов. Нацисты изображали Веймарскую республику как дело рук «ноябрьских преступников», которые «нанесли удар в спину», чтобы захватить власть. Нацистская пропаганда изображала Веймарскую Германию как «болото коррупции, вырождения (дегенерации), национального унижения, беспощадного преследования честной национальной оппозиции — четырнадцать лет правления евреев, марксистов и культурного большевизма, которые в конце концов были сметены национал-социалистическим движением и победой национальной революции 1933 года».
Современные исследователи уверены: экономический и моральный упадок в тылу был фактором поражения Германии, но единогласно опровергают миф. Историки и военные теоретики указывают на отсутствие резервов немецкой армии, опасность вторжения с юга (после капитуляции Австро-Венгрии) и подавляющее превосходство сил союзников над немецкими на западном фронте, особенно после вступления Соединённых Штатов в войну. Другими словами, по итогам весеннего наступления 1918 года Германия уже проиграла войну в военном отношении.
Исторический контекст К концу Первой мировой войны немецкий Генеральный штаб контролировал не только армию, но и большую часть экономики посредством от декабря 1916 года, который в рамках направлялся на полную мобилизацию экономики для военного производства.
Однако для реализации закона генерал-фельдмаршал Пауль фон Гинденбург и его начальник штаба, первый генерал-квартирмейстер Эрих Людендорф должны были пойти на уступки профсоюзам и Рейхстагу. Гинденбург и Людендорф пригрозили подать в отставку императору Вильгельму II в июле 1917 года, если он не сместит канцлера Теобальда фон Бетманна-Гольвега. Он утратил для них свою полезность, когда вопреки воле канцлера , призывающую к переговорам о мире без аннексий и контрибуций. Военным нужен был канцлер, который бы пользовался доверием рейхстага. Новым канцлером стал Георг Михаэлис, поддержанный генштабом. Но он пробыл на посту всего 100 дней — и стал первым канцлером, отстраненным от должности Рейхстагом, а не императором.
После многих лет войны и огромных потерь Британия и Франция опасались начинать вторжение в Германию. Однако союзники снабжалась Соединёнными Штатами со свежей армией. Линия Гинденбурга пала и немецкие войска отступали, однако союзные армии пересекли немецкую границу 1914 года только в нескольких местах в Эльзасе-Лотарингии. Тем временем, на Восточном фронте Германия уже выиграла войну против России и заключила Брестский мир. На Западном фронте Германия добилась успехов в весеннем наступлении 1918 года, но оно исчерпалось, как и немецкие резервы. Союзники перегруппировались и в Стодневном наступлении отвоевали утраченные позиции. Неудача немецкого наступления возлагалась командованием Германии на забастовки в военной промышленности, которые якобы оставили солдат без снабжения. Забастовки рассматривались как спровоцированные предателями, причем большую часть вины возлагали на евреев.
Слабость позиции Германии усугубилась крахом других Центральных держав к концу 1918 года после побед союзников на македонском и итальянском фронтах. Болгария подписала перемирие 29 сентября 1918 года в Салониках. 30 октября Османская империя капитулировала в Мудросе. . Австрия и Венгрия подписали отдельные договоры о мире после распада Австро-Венгерской империи.
Капитуляция Австро-Венгрии оставила южную границу Германии под угрозой вторжения союзников. 4 ноября союзники решили подготовить наступление через Альпы тремя армиями в направлении Мюнхена с австрийской территории в течение пяти недель.
Когда немецкое наступление на Западном фронте в 1918 году провалилось, Гинденбург и Людендорф в Генштабе признали: Германия обречена на военное поражение. Они объявили кайзеру Вильгельму II: фронт может держаться лишь в течение пары недель. Поэтому необходимо, чтобы он договорился о перемирии и быстро перешел к парламентскому правительству в Германии, как требовали четырнадцать пунктов Вильсона. Без перехода к парламентской демократии США отказывались вести переговоры с Германией. Гинденбург и Людендорф постарались переложить вину за поражение в войне с себя и немецкой армии на других. Людендорф сказал подчиненным 1 октября:Я … попросил Его Величество включить в правительство те круги, которые в значительной степени ответственны за то, что все сложилось именно так. Теперь мы увидим, как эти господа займут министерства. Пусть они подпишут мирный договор, который теперь должен быть предметом переговоров. Пусть они едят суп, который они нам сварили!Таким образом, Людендорф хотел подставить политиков-республиканцев (либералов, социалистов, христианских демократов), которые должны были войти в правительство и вести переговоры о перемирии с союзниками. Их избрали козлами отпущения, чтобы они взяли на себя ответственность за поражение в войне вместо Людендорфа и Гинденбурга. Обычно во время войны переговоры о перемирии велись между военными командирами враждующих сил, но Гинденбург и Людендорф в кулуарах настояли: командование принципиально не должно участвовать в переговорах. Новому гражданскому правительству необходимо единолично вести переговоры. Позиция военных была такова: «Партии левых должны принять на себя одиозность этого мира. Буря гнева тогда обернется против них», после чего военные в будущем как спасители смогли бы вмешаться и взять власть в свои руки, чтобы гарантировать: все снова будет «по-старому» (как при Кайзере)Kershaw, Ian. To Hell and Back: Europe 1914—1949. (англ.). — New York: Penguin Books, 2016. — P. 61. — 640 p. — ISBN 978-0-14-310992-1..
Продвинутый генштабом канцлер Германии принц Максимилиан Баденский 5 октября 1918 года связался с президентом США Вудро Вильсоном и заявил: Германия готова принять его «Четырнадцать пунктов» в качестве основы для переговоров. В ответ Вильсон потребовал, чтобы Германия приняла парламентскую демократию;отказалась от территорий, которые она оккупировала на тот момент; и значительно разоружилась, а также отказалась от немецкого флота открытого моряKershaw, Ian. To Hell and Back: Europe 1914—1949. (англ.). — New York: Penguin Books, 2016. — pp. 85-86. — 640 p. — ISBN 978-0-14-310992-1.. 26 октября император заменил Людендорфа в Генштабе на генерал-лейтенант Вильгельма Грёнера, который начал готовить вывод войск и демобилизацию армии.
11 ноября 1918 года представители в созданной в результате Ноябрьской революции 1918—1919 годов Веймарской республики подписали перемирие. Высшее офицерство договорилось: общественность не должна знать, что именно военное командование запросило перемирие. Они хотели, чтоб ассоциацию с поражением взяли на себя исключительно республиканцы, демократы, либералы и социалисты, а не армия. Подпись в документе о перемирии поставил Маттиас Эрцбергер, которого позже убили за якобы «измену Родине». В своей автобиографии преемник Людендорфа Грёнер заявил: «Меня вполне устраивало, что армия и Верховное командование оставались максимально невиновными в этих жалких переговорах о перемирии, от которых нельзя было ожидать ничего хорошего».
Находящаяся под жесткой цензурой немецкая пресса на протяжении всей войны сообщала только о победах, а сами территории Германии вплоть до перемирия не были оккупированы. При этом сама Германия оккупировала значительную часть чужой территории. В итоге для немецкой общественности просьба о перемирии выглядела внезапно и необоснованно. Кроме этого, немцы не знали, что о перемирии просили их военные лидеры. Также немецкое общество не знало, что немецкая армия отступала после провала последнего наступления. Примечательно, что вплоть до решения командования о запросе перемирия в октябре 1918 года настоящее положение на фронте не было известно ни императору, ни депутатам рейхстага, которые систематически дезинформировались военными.
Таким образом появились условия для «мифа об ударе в спину», в котором высшее военное командование невиновны, а немецкая армия — как непобедимая на поле боя. Ответственность перешла на республиканских политиков — особенно социалистов. Стал популярен миф «украденной победы». Ведь республиканцы также подписали Версальский договор в 1919 году, который привел к территориальным и финансовым потерям для молодой республики, включая парализующий график репарационных выплат.
Монархисты, националисты и бывшие военные лидеры критиковали Версальский договор и политиков Веймарской республики: больше всего социалистов, коммунистов и евреев. Даже католики вызывали подозрение из-за их предполагаемой верности Папе Римскому и якобы отсутствия патриотизма (католическая партия Центра входила в состав Веймарской коалиции). Утверждалось: эти группы недостаточно поддерживали войну и предали Германию. Эти «ноябрьские преступники» и извлекшие выгоду из образованной Веймарской республики «нанесли удар в спину». Якобы они провоцировали беспорядки и организовывали забастовки в критически важных военных отраслях промышленности ради поражения Германии, либо наживались на бедах Германии. Сторонники мифа представляли дело так: из-за предательства Германию лишили однозначной и оглушительной победы в Первой мировой войне.
Оценки военного положения Германии в Первой мировой к осени 1918 года
Оценки во время войны В октябре 1918 года командующий войсками Британии и стран Содружества на западном фронте Дуглас Хейг, когда консультировался по условиям перемирия, заявил: «Германия не сломлена в военном смысле. В течение последних недель ее войска отступали, сражаясь очень храбро и в отличном порядке». Верховный главнокомандующий союзными войсками Фердинанд Фош согласился с этой оценкой: «немецкая армия, несомненно, могла бы занять новую позицию, и мы не могли бы этому помешать»Liddell Hart, B.H. The Real War: 1914—1918 (англ.). — Boston: Little, Brown, and Company., 1930. — pp. 383—384. — 508 p. — ISBN 978-0-316-52505-3.. Когда его спросили, сколько времени, по его мнению, потребуется немецким войскам, чтобы переправиться через Рейн, Фош ответил: «Может быть, три, может быть, четыре или пять месяцев, кто знает?».